адада̄нас тр̣н̣ам дантаир
идам̇ йа̄че пунах̣ пунах̣
ш́рӣмад-рӯпа-пада̄мбходжа
дхӯлих̣ сйа̄м джанма-джанмани
(Дана-кели-чинтамани, 175)
«Зажав соломинку в зубах, я падаю ниц и неустанно молюсь о том, чтобы жизнь за жизнью быть пылинкой на лотосных стопах Шримад Рупы Госвами». Шрила Рагхунатха Дас Госвами молит о том, чтобы оставаться слугой Шрилы Рупы Госвами, указавшего нам путь в духовный мир. Он —самстапака-ачарья, он тот, кто проложил дорогу в духовный мир, и по своей милости он описал основные вехи на этом пути в очень коротком, но емком произведении «Упадешамрита», которое мы с вами изучаем.
И, как я уже говорил, конечным пунктом назначения на этом пути является Радха-кунда. Мы хотим прийти туда, где любовь Кришны переливается через край, према̄мр̣та̄пла̄вана̄т (Н.-н., 9). Амрита, или нектар любви, именно на Радха-кунде достигает своего апогея, и он переливается через край, и, глядишь, нам с вами тоже что-нибудь перепадет.
Но иногда люди не понимают, какая дорога ведет на Радха-кунду. Иногда люди думают, что на Радха-кунду можно купить билет или, еще хуже того, приехать туда на рикше, заплатив всего пятьдесят рупий. Нет, цена, которую нужно заплатить, для того чтобы попасть на Радха-кунду, гораздо более дорогая. Шрила Прабхупада смеялся над такими попытками преждевременно перескочить куда-то или скакнуть выше головы. Он приводил стих из какого-то перевода «Рамаяны»:
«Big, big monkey, big, big belly — Lanka jumping, melancholy», что в переводе на русский язык значит «большая обезьяна, большая мартышка, большой живот попыталась прыгнуть на Ланку и в результате впала в депрессию, потому что до Ланки она не допрыгнула, а вместо этого села в лужу».
И очень часто люди, которые пытаются раньше времени попасть на Радха-кунду и думают, что, приехав туда на рикше, они попали на нее, они в конце концов оказываются в депрессии. И это бы еще не самое плохое. Очень часто они повергают в депрессию других. Поэтому Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупада говорил, что Радха-кунда — хорошее место, но, к сожалению, то место в материальном мире, которое называют Радха-кунда, для многих людей становится Нарака-кундой, потому что люди вместо того, чтобы обрести внутреннюю дисциплину, чистоту и в конечном счете любовь, к которой мы стремимся, приходят туда и, к сожалению, становятся жертвами самых отвратительных и печальных форм майи.
Разумеется, это происходит не со всеми, не всегда, но такое может быть, если мы не знаем дороги, которую указал Шрила Рупа Госвами. И дорога эта начинается с первого стиха, который мы проходим. Теперь мне стало окончательно ясно, что мы до конца его не пройдем, хотя, я надеюсь, что бо́льшую часть этого стиха мы все-таки пройдем, но и торопиться не надо, потому что, чтобы реализовать эти наставления, нам нужно время. Чтобы обуздать побуждения языка, речи, ума, гнева, языка, желудка, гениталий, нужно время.
Давайте вместе прочитаем этот стих:
ва̄чо вегам̇ манасах̣ кродха-вегам̇
джихва̄-вегам ударопастха-вегам
эта̄н вега̄н йо вишахета дхӣрах̣
сарва̄м апӣма̄м̇ пр̣тхивӣм̇ са ш́ишйа̄т
«Человек, дхира, спокойный, уравновешенный, обуздавший себя, который способен контролировать речь, ум, сдерживать гнев и укрощать побуждения языка, желудка и гениталий, достоин принимать учеников повсюду в мире, по всей земле». И Шрила Прабхупада показал, как этот процесс работает.
На прошлой нашей лекции, не на вчерашней лекции, а на прошлой, где мы говорили немного о медитации, я рассказывал о том, что целиком ведическая культура интровертна. Она учит нас, каким образом обрести счастье с помощью погружения в себя, погружения вовнутрь, а не за счет экстравертности.
И этот стих, по сути дела, описывает первый шаг, который нужно сделать, для того чтобы научиться погружаться вовнутрь. Для этого надо, прежде всего, обуздать свои чувства, которые влекут нас, подобно необузданным коням, вовне. Они несут колесницу нашего тела вовне. Лошади-чувства стремятся к объектам чувств. И, соответственно, человек должен взять контроль над своей жизнью. Контроль над этими импульсами значит, контроль над своей жизнью — значит «контроль над кармой», значит «постепенный выход из-под влияния кармы, когда я перестаю быть жертвой». А все эти импульсы — это как раз то, что делает меня жертвой.
И смысл человеческой жизни — в том, чтобы перестать быть жертвой этих побуждений, а взять управление своей жизнью в свои руки, научиться управлять колесницей своего тела. И с этого момента мы можем пойти вовнутрь, в конце концов дойти до Радха-кунды, которая находится где-то там, в сокровенных глубинах внутреннего мира, потому что пойти внутрь — значит прийти к духовному первоистоку всего сущего.
Я не знаю, как у вас, но у меня после праздников, подобных вчерашнему, стремление пойти внутрь очень сильно увеличивается. Мне хочется интроверности, хочется погрузиться куда-то внутрь. Хотя, понятно, что вчера мы пытались праздновать духовные вещи, но все равно у человека есть потребность погружаться внутрь и отдыхать там внутри, на этих просторах духовного мира.
Вот этот путь, первые шаги на нем. Надо научиться прежде всего обуздывать свою речь. И если мы обуздаем свою речь, то ум наш уже станет спокойнее и гораздо более приспособленным для того, чтобы медитировать, для того, чтобы сосредотачиваться. Это награда, мы говорили об этом вчера.
Манаса-вегам — это побуждение ума, или привычка ума, постоянно выбирать из какого-то меню, которое предоставляет нам этот мир с его объектами чувств, стимулирующими наши чувства и таким образом возбуждающий ум. И обуздывать речь нужно, стараясь говорить о Кришне естественным образом, но также избегая каких-то грубых речей, невежественных речей, речей, связанных с объектами этого мира. Манаса-вегам — нужно научиться обуздывать свой ум с помощью Харе Кришны мантры, и с помощью киртана, и с помощью размышлений над духовными предметами, но также пытаясь ограничивать, скажем так, тот выбор, который мы постоянно делаем, стараясь делать этот выбор в пользу духовности.
И, соответственно, мне вначале хотелось привести стих из «Бхагавад-гиты» для иллюстрации того, о чем мы говорим. «Бхагавад-гита» — наша основная книга, и в пятой главе «Бхагавад-гиты» есть этот стих:
ш́акнотӣхаива йах̣ сод̣хум̇
пра̄к ш́арӣра-вимокшан̣а̄т
ка̄ма-кродходбхавам̇ вегам̇
са йуктах̣ са сукхӣ нарах̣
(Б.-г. 5.23)
Тот человек счастлив, са сукхӣ нарах̣, в этом мире, и тот человек са йуктах̣, тот человек йукта. Йукта Шрила Прабхупада переводит как «достигший совершенства». Йукта значит… Это очень многозначное санскритское слово, от того же корня, что и слово йога, йукта значит «уместный», йукта значит «дисциплинированный», йукта значит «человек, который вернулся к своей изначальной природе».
Итак, са йуктах̣ са сукхӣ нарах̣ — человек восстанавливает свою природу и становится счастливым. Каким образом? Ка̄ма-кродходбхавам̇ вегам̇. Тот человек, который научился ш́акнотӣхаива йах̣ сод̣хум̇ / пра̄к ш́арӣра-вимокшан̣а̄т, который научился сдерживать позывы своих чувств, ш́арӣра-вимокшан̣а̄т — своего тела, а также ка̄ма и кродха удбхавам, возникающий из вегам — побуждения.
Вот, по сути дела, парафраз этого стиха с обещанием того, что ждет нас в конце: такой человек достигает совершенства, просто обуздав свои чувства, научившись обуздывать свои чувства и научившись обуздывать гнев и желание, вожделение.
Давайте перейдем к следующему импульсу, или к следующему побуждению. Я очень надеюсь, что сегодня мы сможем рассказать о двух важных побуждениях — кродха-вегам и джихва-вегам, что это такое и каким образом их можно обуздать.
Мы говорили в самом начале в прошлом году о том, что есть импульсы, которые являются дхарания, и есть адхарания-вегам — импульсы, которые не нужно обуздывать. Так вот, мы там же объясняли, что адхарания-вегам — импульсы, обуздание которых приводит к болезням и к проблемам, — это телесные импульсы. А импульсы, которые нужно обуздывать, — дхарания-вегам, импульсы, которые следует обуздать и сдерживать, — это импульсы, касающиеся ума.
И вачо вегам, безусловно, корень вачо вегам находится в уме, манаса-вегам естественным образом находится в уме, и кродха-вегам, конечно же, находится в уме.
Строго говоря, эти шесть импульсов, которые перечислены в этом стихе, делятся на три категории: — импульсы речи — вачо вегам,
— импульсы ума — манасах̣-вегам и кродха-вегам
— и импульсы тела, которые нужно обуздывать, — джихва-вегам, удара-вегам и упастха-вегам.
Таким образом мы имеем шесть импульсов: один импульс речи, два импульса ума и три импульса тела, которые нужно научиться обуздывать, чтобы стать счастливыми. И сразу же возникает вопрос: если кродха-вегам… В прошлом году мы говорили, что есть другие импульсы ума, такие как матсарья — зависть, или лобха, и они тоже относятся к категории ума, мадха — гордыня. Почему все это не включается в одно общее слово, которое включает в себя все остальное — манаса-вегам? Зачем Шила Рупа Госвами отдельно упоминает кродха-вегам? Достаточно было сказать: вачо-вегам, манаса-вегам, все импульсы в уме. Кродха есть не что иное, как энергия, возникающая в нашем уме.
Но причина этого очень важная. Кродха-вегам выделяется в отдельный импульс, потому что это самый могущественный, самый страшный, самый разрушительный импульс, который может возникнуть в нашем уме. Это особая энергия. В уме возникает множество других вещей. Они отвратительные, плохие, они приводят к каким-то дурным последствиям, но нет ничего плачевнее, чем пасть жертвой импульса гнева — кродха-вегам, поэтому Шрила Рупа Госвами выделяет этот импульс в отдельный, чтобы подчеркнуть важность, чтобы подчеркнуть необходимость. Все что угодно, но обязательно нужно научиться обуздывать свой гнев.
И в связи с этим Юдхиштхира Махараджа произносит семь стихов (больше на самом деле).
кродхо ханта̄ мануш̣йа̄на̄м кродхо бха̄вайита̄ пунах̣
«Кродха, гнев, может убить человека, ханта̄ мануш̣йа̄на̄м. Кродха, гнев, бха̄вайита̄ пунах̣, может привести к процветанию человека».
Он начинает свою речь, обращенную к Драупади, в лесу, в Вана-парве, с этих парадоксальных слов. Он говорит, что гнев может уничтожить человека, привести к гибели человека, а может привести его к процветанию.
ити виддхи маха̄пра̄джн̃е кродхамӯлау бхава̄бхавау
«Обязательно, о разумная женщина, обладающая великой мудростью, ты должна знать корень гнева, и каким образом он приводит к уничтожению человека и к процветанию человека».
И дальше он говорит:
йо хи сам̇харате кродхам̇ бха̄вастасйа суш́обхане
йах̣ пунах̣ пурушах̣ кродхам ̇нитйа̄м̇ на сахате ш́убхе
Он говорит, что тот, кто подавляет в себе гнев, обретает процветание. А тот человек, который всегда дает волю гневу, пожинает несчастье из-за своего неистового гнева.
То есть гнев приводит к процветанию каким образом? Если я научился его обуздывать. Нет никакого другого способа, каким образом гнев может привести нас к процветанию.
И дальше он продолжает, что в этом мире гнев является причиной разрушения всего:
кродхамӯло вина̄ш́о хи праджа̄на̄миха др̣ш́йате
(Мы не будем читать это всё.)
«Как же тогда такой человек, как я, может потворствовать своему гневу, который разрушителен для мира?»
Разгневанный человек совершает грех. Он может совершить любой грех. Разгневанный человек убивает даже своих учителей. Разгневанный человек оскорбляет грубыми словами даже старших. Разгневанный человек не в состоянии отличить, что следует говорить, а что нет. Нет такого поступка, которого не мог бы совершить разгневанный человек.
ва̄чйа̄ва̄чйе хи купито на праджа̄на̄ти кархи чит
на̄ка̄рйамасти круддхасйа на̄ва̄чйам̇ видйате татха̄
на ш́рейах̣ сататам̇ теджо на нитйам̇ ш́рейасӣ кшама̄
ити та̄та виджа̄нихӣ двайаметадасам̇ш́айам
Махараджа Юдхиштхира говорит, что нет такого дурного поступка, который не мог бы совершить разгневанный человек. Нет чего-то, чего он мог бы не сделать. Поэтому очень хорошо надо знать корень гнева.
Откуда возникает гнев? Наверняка вы все знаете корень гнева. Потому что, если не вырвать корень гнева, то мы никогда не обуздаем гнев. Иногда люди, даже много лет практикующие сознание Кришны, жалуются на то, что они по-прежнему являются жертвами этой энергии гнева. Причина гнева — в неисполненных желаниях. Когда у человека появляется эта сила желания и возникает некое препятствие на его пути, чтобы уничтожить, устранить это препятствие, у него возникает гнев.
И в конечном счете кама, желание, является корнем гнева. Поэтому иногда гнев называют камануджа, младшим братом камы. Поэтому в последовательности врагов мы говорим: кама, кродха, лобха и все остальное дальше.
И поэтому Кришна тоже упоминает только две этих вещи: ка̄ма эша кродха эша / раджо-гун̣а-самудбхавах̣ (Б.-г. 3.37). Он говорит: «Знай же, что кама и кродха — это враг в единственном числе. Потому что кама и кродха неотделимы друг от друга. Это губительный враг человека, который уничтожает все».
И мы знаем, что дальше Он говорит:
дхйа̄йато вишайа̄н пум̇сах̣
сан̇гас тешӯпаджа̄йате
сан̇га̄т сан̃джа̄йате ка̄мах̣
ка̄ма̄т кродхо ’бхиджа̄йате
(Б.-г. 2.62)
кродха̄д бхавати саммохах̣
(Б.-г. 2.63)
Человека постигает затмение разума, саммохах̣, из-за энергии гнева и сопряженных с гневом физиологических реакций, которые происходят в нашем уме. Человек забывает себя, забывает, что можно делать, чего нельзя делать. В приступе гнева он совершает какие-то непростительные поступки, о которых потом может сокрушаться до конца своих дней.
Поэтому надо найти корень гнева. Когда гнев уже обуял нас — поздно. Мы не можем обуздать гнев, когда гнев уже захлестнул наше сердце, когда мы готовы брызгать слюной, кричать, когда кулаки сжались, и мы готовы пустить их в ход, и самые обидные и злые слова просятся на язык. Мы покраснели, глаза покраснели. Поздно, поздно! Научиться обуздывать гнев нужно раньше, и для этого надо научиться обуздывать желания. И прежде всего, конечно же, речь идет вначале о ненужных желаниях. Есть серьезные желания с очень глубинной основой в нашей карме, а есть глупые желания. И мы знаем, когда человек невежественный, например, в детстве, не исполнили какой-то его каприз, не купили ему воздушный шарик, или сладкую вату на палочке, или еще что-то, этот маленький человек начинает топать ногами, он становится красным, он падает на землю, он начинает кататься по земле.
Теперь, я очень надеюсь, что если вам не дадут какого-нибудь воздушного шарика или ваты на палочке сладкой, то вы не будете делать то же самое — не будете падать на землю, биться в истерике, кричать и проклинать все по вполне понятной причине, потому что вы уже не так привязаны к сладкой вате на палочке. Вы понимаете, что это глупость, и без нее вполне можно обойтись, так же, как и без воздушного шарика. И поэтому отсутствие исполнения этого желания не вызывает той же самой реакции.
Это очень важный момент и очень важная иллюстрация, которую хорошо надо понять. Когда мы поняли ничтожность наших желаний, большинства, скажем так, у нас есть какие-то серьезные желания, и о них отдельная речь, отложим их в сторону. Но если мы также поймем, что у нас есть огромное количество желаний, которые не представляют никакой важности, и если мы хорошо осознаем их ничтожность, их незначительность, то, соответственно, эти желания потеряют над нами свою власть. И это значит, что в значительной степени гнев тоже потеряет над нами свою власть. Это очень важный вывод.
Но есть также серьезные вещи. Эти несерьезные желания, они постепенно уходят сами по мере того, как человек взрослеет, по мере того как человек становится более зрелым и понимает смысл жизни.
Почему ребенок так легко впадает в гнев? Потому что для него смысл жизни сосредоточен на исполнении этих сиюминутных желаний. Но мы поняли с вами более высокую цель жизни. Мы поняли более глубокий смысл жизни, и понимание этого уже в значительной степени должно избавить нас от гнева, от того, чтобы пасть жертвой гнева. Мы не будем по поводу и без повода или по малейшим пустякам впадать в гнев. Если мы по-прежнему впадаем в гнев из-за пустяков, из-за ерунды — что-то не так с нашим взрослением.
Иногда человек остается инфантильным. И один из признаков инфантильности, незрелости человеческой — это его чрезмерно большая обидчивость и легкое впадание в состояние гнева. Почему? Потому что незрелый человек не видит высшей цели, не может до конца понять и соотнести себя с этой высшей целью. Если я действительно увидел высшую цель, все какие-то незначительные, ничтожные вещи, про которые я знаю, они не сделают меня счастливыми, потеряют свою важность для меня. В этом смысл. Это первое, что нужно знать, когда мы говорим о гневе: то, что по мере зреления, особенно в обществе преданных, когда мы слушаем духовную философию, какие-то поводы для гнева, то есть маленькие желания, которые часто не исполняются, поводы для гнева сами отпадут. Но при этом у нас все равно останутся существенные поводы для гнева: если кто-то оскорбил нас реально, сильно задел нас, у нас может подняться гнев, и нельзя называть этот гнев ничтожным. У нас есть наше достоинство, у нас есть наше представление о себе, и кто-то причиняет нам боль, естественным образом у меня может подняться гнев против такого человека. Что делать в этом случае? Потому что гнев остается гневом. Гнев, даже если у него есть законные основания, даже если основания для гнева не ничтожные, а вполне обоснованные, все равно ни к чему хорошему не приведет.
И мы знаем, очень часто мы таскаем с собой эти обиды, то есть таскаем с собой гнев. Человек обидел нас очень давно, и много-много лет спустя мы по-прежнему гневаемся на него. Мы не отдаем себе отчета в этом. Если у нас спросить, мы скажем: «Я его давно простил, только не упоминайте его имени при мне». И это хорошая формула, которая означает, что на самом деле мы его не простили. Он причинил нам какую-то боль, и мы по-прежнему помним об этой боли. И любое упоминание об этом человеке вызывает у нас неприятные ассоциации. Мы не хотим близко общаться с ним. Мы не хотим соприкасаться с ним. Мы держим в себе эту обиду. Обида может быть какой-то глупой, пустяковой, детской. Обида может быть серьезной. Неважно. Обида значит «законсервированный гнев». Вот что такое обида.
Как раньше, сейчас люди этого уже не делают, но раньше осенью все люди консервировали огурцы, помидоры, варенье, закручивали банки с этим. Точно так же мы можем законсервировать свой гнев. И гнев остается гневом. Гнев гниет у нас внутри, и этот гнев разрушает нас изнутри. Даже если мы делаем вид, что не знаем о нем, не помним о нем, он все равно подтачивает нас и все равно лишает нас какой-то энергии и не позволяет нам по-настоящему сосредоточиться на Кришне, на том, на чем нужно, потому что это гигантская сила. И чем больше обид мы скопили внутри, чем больше негатива у нас накопилось, тем больше энергии мы тратим на это. Это мешает нам в конце концов погрузиться внутрь, потому что гнев просит выйти наружу. Гнев хочет выйти наружу. Может пройти много-много лет, мы все равно будем помнить об этом. Эта боль будет сидеть в нас и мешать нам жить.
И что тут нужно делать? Тут нужно научиться прощать. И прощать значит действительно отпускать это все. На самом деле это нетрудно, с одной стороны, а с другой стороны, очень трудно. Прощать значит действительно отпускать, подумать, попытаться еще раз прожить эту ситуацию. Посмотреть, какой я сам вклад внес во все это, какие ошибки я делал, какая моя нечистота сыграла роль во всем этом, и как человек в конце концов просто отразил что-то, что было во мне, или что я принес, может быть, из прошлой жизни то, что мне нужно было испытать.
Если мы поймем, что человек тут ни при чем, в том, что случилось, есть часть моей вины в этой жизни и какая-то часть вины, принесенная из прошлого, если в этот момент я отпущу это полностью, посмотрю на человека, и как понять, что я отпустил это? Мне для этого нужно представить человека, который меня обидел, и посмотреть на него с доброй улыбкой, сложить перед ним руки. Не обязательно делать это очно, хотя это самое лучшее, но можно, по крайней мере, мысленно поклониться этому человеку, попросить у него прощения, даже если он сам не попросил у нас прощения.
И об этом тоже говорит Махараджа Юдхиштхира, и тоже в беседе с Драупади, и тоже в лесу. У них в лесу было много времени, они в основном говорили о том, как нужно жить в этом мире и как не нужно жить в этом мире. И он говорит, это удивительные слова: «Если бы среди людей не было тех, кто равен земле в способности прощать (иногда землю называют кшама̄. Кшама̄ значит «прощение». Земля, мы топчем ее, мы делаем всевозможные оскорбления по отношению к ней, но она все принимает в себя), между людьми никогда бы не наступил мир, а всегда продолжалась бы борьба, вызванная гневом. Если обиженный ответит тем же своему обидчику; если кто-то, наказанный старшим, в ответ накажет своего старшего, следствием будет уничтожение всего сущего, и грех восторжествует в этом мире. Если человек, услышавший дурные речи от другого, возвращает эти речи, платит взаимностью; если обиженный возвращает свои обиды; если наказанный наказывает в ответ; если отцы убивают сыновей, сыновья отцов; если мужья убивают жен, а жены мужей, тогда, о Кришна (это Драупади), как может происходить рождение в мире, где царит гнев, ибо ты, обладательница прекрасного лица, знай, что рождение существ, прекрасноликая Драупади, что рождение существ происходит благодаря умиротворению или благодаря прощению».
Это автоматический перевод, не судите строго Google-переводчик, он сделал все, что можно, он не знает сюжета «Махабхараты», и поэтому он перевел обладателя прекрасного лица в мужском роде. Не нужно на него обижаться, потому что мы сейчас говорим как раз об этом.
Махараджа Юдхиштхира говорит тут удивительную вещь очень важную, о том, что гнев запускает цепную реакцию, потому что, когда меня кто-то обижает, то у меня возникает желание обидеть его в ответ, ответить ему чем-то, отомстить ему, и, соответственно, в ответ на это у него возникнет еще большее желание снова обижать меня. Если он не может обидеть меня, он будет выливать свой гнев на всех остальных, или если я не могу отплатить ему тем же, я буду ругаться со всеми остальными. Так возникает эта взрывообразная цепная реакция. Цепная реакция всегда приводит к взрыву. И он говорит, что, если бы не было в этом мире людей, которые способны остановить цепную реакцию, то есть на них обрушивается какая-то реакция гнева, они не отвечают тем же самым, они не отвечают оком за око, зубом за зуб, они прощают, и на этом всё, гнев умирает в этом мире. И в результате этого Махараджа Юдхиштхира говорит, что рождение в этом мире… мир давно бы самоуничтожился, если бы таких людей не было, если бы не было людей, способных прощать, и поэтому способность прощать, кшама̄, — одно из важнейших качеств дхармы, одно из важнейших качеств человека, который претендует на то, чтобы называться цивилизованным, и следует принципам дхармы.
Понятно, что не сразу это нужно делать, не всегда, есть какие-то оговорки, я скажу об этом, но тем не менее сам принцип очень важный, потому что если не остановить цепную реакцию гнева, то весь мир уничтожится. В какой-то момент ее нужно остановить. И чем больше будет людей, на которых эта цепная реакция заканчивается, тем более вероятно событие того, что она в конце концов затухнет. В противном случае все приведет к разрыву, к уничтожению всего, к самоуничтожению мира. И Махараджа Юдхиштхира говорит тут, что те, кто прощают, те дают новую жизнь; те, кто гневаются, те уничтожают жизнь, которая существует на земле.
Это то, каким образом надо обращаться с гневом: надо избавиться от ненужных желаний, а когда какие-то поводы для гнева серьезные, когда задевают что-то очень существенное в нас, обижают нас, надо научиться прощать, понимая, что эта боль пришла к нам в результате нашей кармы.
И Прахлада Махараджа в той же самой «Махабхарате», Бхишмадева рассказывает историю Махарадже Юдхиштхире. Он также рассказывает о том, как важно прощать.
Однажды Бали Махараджа, внук Прахлады Махараджи, сын Вирочаны, пришел к своему деду, знаменитому бхакте, знаменитому вайшнаву, и спросил у него: «Скажи мне, каким образом я должен действовать? Что самое важное в этом мире?» И Прахлада Махараджа ответил ему: «Знай, о дитя, две истины со всей определенностью, а именно — что могущество не всегда достойно похвалы, и прощение тоже не всегда достойно похвалы».
До этого он говорил, что могущество приводит к злоупотреблению властью, злоупотребление властью приводит к обидам людей, но не всегда нужно прощать. Почему? Потому что иногда прощение воспринимается как признак слабости. Внутри мы должны простить, но внешне мы иногда можем показать гнев, чтобы дать уже совсем сбалансированную картину, когда человек поступает неправильно, например, ребенок. Мы можем, чтобы он понял, что он делает не так, мы можем рассердиться на него, но не внутри, а снаружи, внешне. И точно так же по отношению к другим людям. Если мы видим, что они не раскаиваются, мы можем воспользоваться энергией гнева, чтобы наказать их или чтобы помочь им понять, какую боль они причинили. Но внутри при этом у меня не должно быть гнева. Это напускной гнев.
Как в той самой знаменитой истории про змею, которую стали бить палкой, потому что она перестала кусаться. И Нарада Муни сказал: «Шипеть можно, клобук поднимать можно, не проблема. Кусаться не надо». По-настоящему злиться не надо. Не надо направлять свою энергию на то, чтобы другим стало плохо. Они причинили боль, они неправы. Хорошо, давайте отомстим им в соответствии с ветхозаветной заповедью: «Око за око, зуб за зуб». Нет! Мы можем внешне попытаться наказать их, но без этой внутренней злости, без энергии злобы, потому что энергия злобы разрушает прежде всего нас.
И поэтому Шрила Рупа Госвами говорит здесь: ва̄чо вегам̇ манасах̣ кродха-вегам̇, это очень важное условие, каким образом мы можем в конце концов дойти до Радха-кунды — надо избавиться от власти гнева над собой.
И совет, который дает, опять же, Нарада муни Махарадже Юдхиштхире в последней главе Седьмой песни «Шримад-Бхагаватам» (7.15.22): асан̇калпа̄дж джайет ка̄мам̇ — «Мы можем победить каму, вожделение, если у нас не будет санкалпы».
В «Бхагавад-гите» (6.24) Кришна объясняет: сан̇калпа-прабхава̄н ка̄ма̄м̇с — из санкалпы, из решимости, из желания наслаждаться появляется желание. Санкалпа — это некая решимость, стоящая до этого: «Во что бы то ни стало я должен исполнить свое желание». Чтобы победить каму, надо найти ее корень, эту санкалпу: «Я хочу наслаждаться здесь», тогда мы победим каму.
Кродхам̇ ка̄ма-виварджана̄т — а чтобы победить гнев, нужно избавиться от желаний, ка̄ма-виварджана̄т. Нужно избавиться от… Отбросив желание, мы победим гнев. Ну, собственно, мы уже сказали об этом.
И поэтому Шрила Рупа Госвами в «Бхакти-расамрита-синдху» (1.2.114) цитирует стих из «Падма-пураны», как ведет себя преданный:
алабдхе ва̄ винашт̣е ва̄
бхакшйа̄ччха̄дана-са̄дхане
авиклава-матир бхӯтва̄
харим эва дхийа̄ смарет
Вот он, совет, окончательный совет, каким образом можно победить гнев. Если мы чего-то не достигли, алабдхе, если что-то, какой-то цели своей мы не достигли, не исполнили, или, ва̄, винашт̣е ва̄ — что-то у нас было, и мы потеряли это, в том, что касается пищи, одежды или еще чего-то, если мы не получили чего-то или, получив что-то, потеряли это, мы должны оставаться невозмутимыми. И харим эва дхийа̄ смарет — очень важные слова. И чтобы понять рецепт победы над гневом, надо запомнить эти четыре слова: харим эва дхийа̄ смарет — надо вспомнить о Господе Хари, о лотосооком Господе Кришне, который никогда не гневается, который всегда улыбается, играет на флейте, иногда горюет в разлуке со своими преданными, иногда плачет. И смарет (в повелительном наклонении это слово стоит здесь) — вспомнив о Нём, если мы заставили вспомнить себя о Нём, мы сможем быстро усмирить свой гнев, потому что гнев улетучится.
Настоящая память о Господе, который является олицетворённым всепрощением, который готов терпеть все наши глупости, все наши оскорбления, который готов снова и снова принимать нас и давать нам ещё один шанс, если мы сосредоточили свой разум на Нём и вспомнили Его, то в этот момент можно избавиться от гнева, можно избавиться от обиды, можно избавиться от всех проблем. И чем в большей степени мы научимся переносить своё сознание туда, в духовную реальность, где Кришна играет на флейте, где Он всегда счастлив, где Он всегда общается с теми, кто Его любит, и проливает на них любовь, и принимает их любовь, если мы сумеем в памяти своей находиться там, это будет самой лучшей прививкой от материального гнева и от материальных желаний, и мы будем абсолютно счастливы и невозмутимы, авиклава-матих̣. Зафиксировав свой ум, сделав свой ум неподвижным или невозмутимым, человек должен вспомнить о Кришне.
И в следующий раз, когда какой-то повод для гнева возникнет у вас, попытайтесь просто вспомнить о Кришне. Если не получится о Кришне, вспомните о Господе Нрисимхадеве. Я думаю, вам легче будет о Нём вспомнить, о Его красных от гнева глазах. И в этот момент подумайте: «Мне не нужно самому защищать себя, Нрисимхадева вступится за меня. Он вступился за Прахладу, Он позаботится и обо мне».
Вот, описание гнева, кродха-муллам, корня гнева — неисполненные желания или какие-то оскорбления, которые мы терпим от других. Два повода для гнева, ничтожные поводы, от которых постепенно нужно избавляться. И мы избавляемся от них по мере того, как становимся глубже. По мере того, как смысл жизни становится яснее для нас, и настоящая цель жизни становится яснее, ненужные желания сами отпадают. Как нужно научиться прощать тех, кто обидел нас? Просто отпускать, просто сосредоточившись на них, поднести им что-то, улыбнуться им и сказать, что «я понимаю, что ты тут ни при чем, мне не нужно таскать в себе эту обиду на тебя», и в конечном счете вспомнить о Кришне: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.
Следующий импульс. Два импульса ума: манаса-вегам и кродха-вегам мы прошли. Вачо вегам, импульс речи мы прошли. Теперь мы приступаем к импульсам тела: джихва-вегам, удара-вегам и упастха-вегам — трем импульсам тела.
И, как я уже говорил, в прошлом году мы с вами говорили, что импульсы тела сдерживать не нужно. Мы говорили о том, что есть определенные импульсы, которые не стоит сдерживать: икание, чихание, слезы и так далее. Какие-то вещи, которые естественным образом, реакции в теле, их не стоит сдерживать. Но здесь Шрила Рупа Госвами перечисляет три импульса тела, которые нужно научиться сдерживать, но для этого нужно очень хорошо понять, какой смысл в них вкладывает Шрила Джива Госвами.
Итак, джихва-вегам — побуждение языка. Язык, джихва, — это орган чувств, который помимо того, что он говорит, он еще и обладает способностью давать нам удовольствие от вкуса. И мы знаем, что вкус, или удовольствие с помощью языка, — это самый доступный и самый, на первый взгляд, невинный способ получить удовольствие в этом мире. У нас может не быть каких-то других удовольствий, но удовольствие языка у нас есть. И мы знаем, что люди очень часто заедают свои горести с помощью сладких пирожных или еще чего-то. Они таким образом нейтрализуют негативные эмоции в уме.
У языка есть очень особое место в нашей жизни, потому что наслаждение, которое мы получаем в результате поедания пищи или в результате вкушения разных вкусов, оно самое прямое, самое непосредственное. Человек может себя нормально чувствовать, если у него не будет хороших запахов, или, может быть, приятных каких-то видов, или когда у него не будет красивой музыки, но от языка мы зависимы больше всего. Не от языка, а от наслаждения, которое приносит нам язык. И поэтому джихва-вегам — это привязанность к любому из шести вкусов, к любой из шести рас.
Есть шесть материальных вкусов: сладкий вкус, кислый вкус, соленый вкус, острый вкус, вяжущий вкус и горький вкус — это шесть вкусов, к разным сочетаниям которых мы в высшей степени привязаны, и привязаны на очень глубоком уровне. И надо понимать, до какой степени мы зависимы психологически, эмоционально зависимы от хорошей еды.
И мы знаем, что самый лучший способ обуздать побуждение языка — это употреблять прасад.
Мы перейдем к этому чуть позже, а вначале посмотрим на предпоследний стих из речи блудницы Пингалы из Одиннадцатой песни «Шримад-Бхагаватам» (11.8.19), где она говорит:
джихвайа̄ти-прама̄тхинйа̄
джано раса-вимохитах̣
мр̣тйум р̣ччхатй асад-буддхир
мӣнас ту бад̣иш́аир йатха̄
что рыба, которая побуждаема желанием удовлетворить свой язык (а рыба является примером живого существа, который привязан именно к вкусу), она живет в воде. Вода, как мы знаем, — это тот элемент, который несет в себе вкусы, и у нее вкусовые рецепторы находятся на всем теле. На самом деле вся рыба — это большой язык, который плавает в воде и получает наслаждение от разных вкусов.
Но мы знаем, что рыбу ловят именно за счет вкуса, когда она начинает ощущать сначала аромат, а потом и какие-то вкусовые нюансы, исходящие от червяка. Она забывает и заглатывает этого червяка, не понимая, что в норме червяки на одном месте не извиваются и не ждут, когда их проглотят. Она заглатывает этот крючок. И в результате этого мр̣тйум р̣ччхатй — она обретает смерть. Почему? Потому что она раса-вимохитах̣, потому что она введена в заблуждение расой, вкусом, потому что она одержима испытывать вкус.
Люди, чтобы каким-то образом развеселить себя, они постоянно пьют «Кока-колу» или еще какие-нибудь напитки. Конечно, больше всего мы привязаны к сладкому вкусу, но также к кислому, иногда к соленому. Если вы родились в Индии, то к острому. Если в Белоруссии, то к картошке. Но смысл в том, что раса-вимохитах̣ — живое существо, введенное в заблуждение этим опытом вкуса, оно обретает асад-буддхир — его разум становится сосредоточенным на непостоянном. И подобно этому человек, который стремится все время удовлетворять свой язык, он утрачивает свой разум и в конце концов погибает, мр̣тйум р̣ччхатй асад-буддхир. Из-за того, что он утратил разум, он погибает. Людей покупают на эту приманку вкуса.
Как в китайских ресторанах пользуются усилителями вкуса. Там добавляют глутамат натрия или, я не знаю чего, калия. В общем, глутамат в еду, и невкусная еда становится очень вкусной. В уме возникают все эти сильные реакции. И человека сажают на крючок. Он ходит в этот дурацкий ресторан, где его кормят совершенно вредной пищей, ненужной.
И, соответственно, в комментарии к этому стиху говорится, что «люди обожают удовлетворять прихоти языка и теряют всякую разборчивость в еде. Ради сиюминутных удовольствий они строят огромные скотобойни и убивают миллионы невинных созданий, причиняя им жестокую боль. Люди готовят себе ужасное будущее. Но даже питаясь пищей, одобренной Ведами, человек должен быть осмотрительным. Не следует переедать, поскольку набитый живот будет давить на половые органы».
Смысл вот в чем — в том, что мы живем в этой цивилизации вкуса. Рестораны — это самая заметная часть больших городов. Каждый привлекает какими-то своими приманками. Недавно в Индии я увидел рекламу ресторана. Там было написано, какой-то ресторан «Рure veg», что значит «чисто вегетарианский», and «Non-veg» — и не вегетарианский. Чисто вегетарианский и не вегетарианский — на любой вкус. Все что хотите! Хотите чисто вегетарианское — будет чисто вегетарианское, хотите невегетарианское — будет невегетарианское.
А в Маяпуре я увидел вывеску ресторана, который назывался «Higher Taste», это знаменитое название, идущее из перевода стиха из «Бхагавад-гиты» (2.59) Шрилы Прабхупады — «высший вкус», раса-варджам̇. Расо ’пй асйа парам̇ др̣шт̣ва̄ нивартате — человек может отказаться от вкуса, но вкус остается. Раса-варджам̇ расо ’пй асйа. У него все равно остается привязанность. Он отказывается от вкуса, но у него остается привязанность к вкусу. Парам̇ др̣шт̣ва̄ нивартате — но он может полностью избавиться от этого, когда он ощущает высший вкус.
Но, к сожалению, так как владелец этого ресторана не очень владел английским языком, то вместо слова higher taste, что значит «высший вкус», он назвал свой ресторан «Higher Test», что значит «высшее испытание». Любой человек, который выдержал испытания в этом ресторане, может считать, что он прошел higher test.
Так вот, еще раз, рестораны — это те самые вещи, где мы действительно держим экзамен на то, насколько обузданы наши чувства. Ароматная, привлекательно выглядящая пища с какими-то там изысканными вещами очень сильно приковывает к себе наше внимание, но мы должны понимать, что всякий раз, когда мы смакуем эту пищу, когда мы задерживаем свое сознание на этой пище, мы усиливаем в себе привязанность к этому, и значит джихва-вегам остается очень сильной.
И, соответственно, скажем так, надо по-философски относиться к этому процессу. Да, мы получаем огромное удовольствие от прасада. Прасад меняет внутренне свою структуру, он реально избавляет нас. Так как трансцендентная энергия Кришны входит в прасад, то он избавляет нас от привязанностей. Вначале Шрила Прабхупада вообще не ставил никаких ограничений перед своими учениками и говорил: «Ешьте прасада как можно больше!» Почему? Потому что сам этот процесс контролирует язык. Вначале да, мы можем есть сколько угодно, но в конце концов мы должны понимать, что слишком большая привязанность к изысканным блюдам, она не благоприятствует нашему духовному развитию и не способствует успокоению ума. Мы будем думать о том, что мы будем есть, за джапой, или о том, что мы ели до этого, или какие-то образы пищи будут являться у нас перед глазами. Поэтому надо хорошо понимать, что привязанность к удовлетворению языка — это причина смерти, потому что она сосредотачивает наш разум на невечном и делает нас глупыми, лишает нас устремления, или устремленности, к высшей цели, асат-буддхир.
Поэтому комментаторы этого стиха в «Шримад-Бхагаватам» объясняют, что, с одной стороны, люди убивают невинных животных или едят мидии, тараканов жареных в шоколаде, и чего только нет. В Китае, мы знаем, есть поговорка, что все то, что летает, ползает и бегает, может сойти в пищу. Спасители человечества, которые пытаются избавить нас от кризисов грядущих, утверждают, что самой лучшей белковой пищей является саранча. И сейчас в Америке уже есть саранчовые фермы, где выращивают саранчу, перерабатывают ее на белок и объясняют людям, что это самая лучшая пища, которую они могут есть. Я представляю себе, какую форму примет наше сознание, если мы будем питаться этой консервированной саранчой. То есть человечество идет по какой-то очень странной дороге непонятно куда, вернее, понятно куда, но мы из-за тактичности, присущей вайшнавам, не будем говорить, куда оно именно идет.
И тут, конечно же, этот замечательный стих Бартрихари из «Вайрагья-шатаки». Надо помнить этот стих. Бартрихари был великим поэтом, но до того, как он стал поэтом, он был царем. И он написал три шатаки, то есть триста стихов. Одна шатака — это «Нити-шатака», где он объясняет, как человек должен себя вести. Сто стихов, сто нравоучительных наставлений — «Нити-шатака». Другая шатака — это «Шрингара-шатака», это сто стихов о любви.
Он был очень любвеобильным человеком, романтичным человеком, но в конце концов та, кому он посвятил все эти стихи, его жена, которую, кстати, тоже звали ранее Пингала, она оказалась изменщицей, она изменила ему, и он понял это. И за одну ночь, когда он это понял, он оставил все, удалился в Гималаи и написал третью шатаку.
Когда он был царем, он написал «Нити-шатаку» — как должны вести себя люди. Когда он влюбился в свою будущую жену и царицу, признаваясь ей в любви, он написал «Шрингара-шатаку». Окончилось все «Вайрагья-шатакой», то есть ста стихами, прославляющими вайрагью.
На самом деле высшее удовлетворение он обрел в вайрагье — в отречении от этого мира. И седьмой стих из этой «Вайрагья-шатаки» звучит так:
бхога̄ на бхукта̄ вайамева бхукта̄х̣
тапо на таптам̣ вайамева тапта̄х̣
ка̄ло на йа̄то вайамева йа̄та̄х̣
тр̣ш̣на̄ на джӣрн̣а̄ вайамева джӣрн̣а̄х̣
Слово, которое тут повторяется везде, — вайамева. Вайам значит «мы», или «нас», eva — «по истине». Бхога̄ на бхукта̄ вайамева бхукта̄х̣ — не мы наслаждаемся бхогой, или пищей, но пища пожирает нас. Вайамева бхукта̄х̣ — мы пожираемы, не мы пожираем пищу, но пища пожирает нас. Всякий раз, когда мы едим пищу, эта пища, она недаром называется ахара. Ахара — это то, что я принимаю вовнутрь, но ахара — это то, что также разрушает меня. Это самый разрушительный процесс, в котором мы всё время находимся. Поэтому он говорит: бхога̄ на бхукта̄ — не мы едим пищу, пища ест нас.
Тапо на таптам̣ вайамева тапта̄х̣ — не мы совершаем аскезу, а аскеза пожирает нас.
Ка̄ло на йа̄тах̣ — не время проходит, вайамева йа̄та̄х̣ — мы проходим. Не время идёт, мы проходим, то есть мы движемся, мы приближаемся к смерти. Не время куда-то движется. Это мы приближаемся к смерти.
И тр̣ш̣на̄ на джӣрн̣а̄ — жажда никогда не утихает, вайамева джӣрн̣а̄х̣ — не мы сами попадаем в безумие, это неправильно. Жажда никогда не истощается, мы истощаемся. Джӣрн̣а̄х̣ значит «мы истощаемся», мы… как это сказать? Ну да, истощаемся, или мы приходим в упадок, мы умираем. Не жажда умирает в нас, а мы находимся в этом процессе истощения жизненных сил.
Это важный стих, который хорошо вспоминать можно, включить его в прасада-севаю, первую строку: бхога̄ на бхукта̄ вайамева бхукта̄х̣ — не мы едим бхогу, она ест нас. Чтобы помнить.
И поэтому, соответственно, та же Пингала, она говорит:
та̄вадж джитендрийо на сйа̄д
виджита̄нйендрийах̣ пума̄н
на джайед расанам̇ йа̄вадж
джитам̇ сарвам̇ джите расе
(Бхаг., 11.8.21)
До тех пор, йа̄ват, пока человек не обуздал язык, даже если он анйа-индрийах̣, виджита̄нйендрийах̣ — обуздал все остальные чувства, тот человек, пуман, не может считаться обуздавшим себя. Та̄вадж джитендрийо на сйа̄д — такой человек не обуздал себя, если он не обуздал свои чувства, если он не обуздал язык. Но если он обуздал язык, расана, расана, или другое название для языка — расагья. Расагья — знаток, или тот, кто познает вкус. И расана — тот, кто доставляет нам удовольствие с помощью вкуса. Но если человек обуздал язык, то такой человек обуздал все остальное. Только тот, кто властвует над языком, может по праву считаться хозяином всех чувств.
Во время поста другие органы чувств слабеют, но язык только еще больше хочет наслаждаться вкусом изысканных блюд. И когда человек в конце концов уступает ему, все остальные органы чувств очень быстро выходят из-под контроля.
Каким образом его контролировать? Мы уже сказали — с помощью прасада. И еще одно очень важное правило — это правило из самих Вед: кевала̄гхо бхавати кевала̄дӣ — тот человек, который кевала, ест один, такой человек ест исключительно один грех. Кевала агхо бхавати кевала̄дӣ — тот человек, кто ест в одиночестве, человек, который питается в одиночестве, ест в одиночестве, питается одним грехом.
Очень важным способом обуздать свой язык, является совместное вкушение, когда мы разделяем свою трапезу с другими, когда мы делимся с другими, когда мы приносим что-то и угощаем других, когда мы приглашаем других. И любой человек, который находился в этой роли, будь то раздатчик пищи или человек, который готовит пищу, он знает, что просто когда он готовит пищу, медитирует на Кришну, как он будет предлагать ее Кришне или раздает пищу другим, он сам насыщается. Ему самому становится очень легко, и радостно, и приятно. И это тоже очень важная мудрость Вед: в одиночестве есть не нужно. Мне иногда приходится есть в одиночестве, это всегда мука. На самом деле всегда нужно делить свою трапезу с кем-то. И мы все знаем: когда мы едим вместе с другими преданными, совсем другое ощущение, когда мы делимся пищей с другими.
То есть надо есть вкусную, хорошую пищу, предложенную Кришне, поглощать бхакти, которая содержится в этой пище, она сама по себе будет очищать наше сознание, избавлять нас от привязанностей и желательно делать это в обществе преданных.
И беда в том, что когда человек джихва̄ра ла̄ласе — это из «Чайтанья-чаритамриты» из Антья-лилы (6.227):
джихва̄ра ла̄ласе йеи ити-ути дха̄йа
ш́иш́нодара-пара̄йан̣а кр̣шн̣а на̄хи па̄йа,
тот, кто потакает прихотям языка, он будет потакать также прихотям гениталий и желудка, и кр̣шн̣а на̄хи па̄йа — он никогда не обретет Кришну.
Поэтому Шрила Прабхупада объясняет в комментарии к этому стиху, что эти три вещи — язык, желудок и гениталии — находятся на одной линии, и, чтобы обуздать две вещи, находящиеся ниже, надо научиться обуздывать язык, то есть избавиться от привязанности к вкусу.
И в связи с этим Билвамангала Тхакур в «Говинда-Дамодара-стотре» рекомендует нам: джихве расаджн̃е мадхура-прийа̄ твам̇, он обращается к своему языку и называет его джихва и расагья. «О джихва, о язык, о расагья, о тот, кто привык вкушать разные вкусы! Мадхура-прийа̄ твам̇ — я знаю, что ты очень любишь сладкий вкус, что больше всего ты привязан к сладостям. Сатйам̇ хитам̇ тва̄м̇ парамам̇ вада̄ми — я говорю тебе правду, но полезную для тебя правду, сатйам̇ хитам̇ тва̄м̇ парамам̇ вада̄ми, в высшей степени полезную правду. А̄варн̣айетха̄ мадхура̄кшара̄н̣и — если ты хочешь наслаждаться сладким вкусом, то самый сладкий вкус — это вкус слогов, варн, сладких слогов, из которых состоят святые имена: Говинда, Дамодара, Мадхава. Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.
Так что если любите сладкое, то у вас всегда есть что-то на сладкое: говинда да̄модара ма̄дхавети. Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.
Это было два очень важных побуждения:
— побуждение гнева. И мы с вами смотрели, что коренится, что находится у оснований этого гнева, и каким образом можно с этим справиться;
— и побуждение языка — наслаждаться всевозможными вкусами. Очень могущественная сила, которую можно победить только с помощью кришна-прасада. Прасад должен быть вкусный. Я искренне надеюсь, что вчерашний праздничный пир был вкусным. Пожалуйста, подтвердите это! (преданные: Харибол!) Я спокоен за вас. Отныне вам не грозит пасть жертвой побуждений своего языка.
Вопрос:
Про саранчу перед обедом — это самое то. У меня такой вопрос: дело в том, что у многих преданных есть такая привычка — вкушать прасад, слушая лекцию или даже видео, перед видео. Каково Ваше мнение по этому поводу?
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Нет, это нехорошо. Мы не должны, мы таким образом только усиливаем беспокойство в нашем уме. Занимаясь несколькими делами сразу, не сосредотачиваясь на том, чем мы занимаемся сейчас, мы только усиливаем, мы только делаем ум еще более бесконтрольным. Не нужно этого делать. Мы можем слушать бхаджан, не проблема, спокойный. Он, наоборот, направит наше сознание туда, но слушать какую-то лекцию или смотреть видео — это в высшей степени нездоровая и неблагоприятная привычка.
На самом деле надо понимать, что это священнодействие. Когда мы вкушаем прасад, надо сосредоточиться. Мы повторяем мантру, и мы должны стараться настроиться на эту волну благодарности. Кришна дал нам этот прасад, с помощью которого я могу лобхамай судурмати —обуздать этот совершенно необузданный язык.
И единственное, что я могу сделать при этом, — это ра̄дха̄-кр̣шн̣а-гун̣а га̄о / преме д̣а̄ко чаитанйа-нита̄и — я могу периодически от восторга или от благодарности повторять Кришна, или Говинда, или Радха-Кришна, или джай Гирирадж, Дамодара, Мадхава. Это я могу делать, это правильно, потому что я понимаю, что я сейчас соприкасаюсь с Ним. Эта привычка совмещать несколько дел, опять же, — свидетельство очень большой экстравертированности нашего сознания, о чем я говорил позавчера. Эта доведенное до абсурда в современной цивилизации экстравертированность сознания мешает нам, она не помогает нам нисколько. Этот синдром дефицита внимания, который становится, по сути дела, эпидемией во всем мире, и другие формы постоянно возбужденного ума, неспособного погрузиться куда-то вовнутрь, — это следствие такого рода перестимулирования что ли ума. Даже если это какая-то лекция, для лекции есть свое время, для прасада есть свое время. Да, иногда желание такое возникает, но надо его стараться подавлять и есть, сосредотачиваясь на этом процессе.
Вопрос:
Когда Вы говорили про гнев, вы приводили пример детей, которые бьются в истерике, катаются по полу, и сказали, что это, в основном, из-за того, что они не понимают, что их желания ненужные. Вопрос такой: отсутствие ненужных желаний — это признак зрелости? То есть, когда мы видим ребенка в таком состоянии, или когда мы видим, что другие люди рядом с нами гневаются из-за ненужных желаний, то нам нужно просто быть в стороне и ждать, когда они созреют, или мы можем как-то им помочь в этой ситуации?
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Одна из функций брахмана, Гопипаранадхана прабху объяснял это, цитируя «Шатапатха-брахману», — это помогать другим людям становиться зрелее. Инфантильные люди действительно идут на поводу у каких-то своих совершенно глупых, ничтожных желаний, но, когда они соприкасаются со зрелыми людьми, они видят, что можно жить по-другому. Поэтому ровно настолько, насколько мы можем повлиять на других людей, мы должны стараться влиять.
Шрила Прабхупада хотел, чтобы мы выполняли в современном обществе функции брахманов, к сожалению, класса людей, который исчез из этого мира. Поэтому, что тут скажешь еще? Надо пытаться помогать людям становиться лока-паква, становиться людям зрелее, более серьезными, ровно настолько, насколько наше влияние позволяет это сделать.
Вопрос:
Вы сказали, что победить гнев мы можем, если мы избавимся от желаний. Каким образом можно избавиться от желаний? Ведь даже в духовной практике нам нужны желания, чтобы двигаться.
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Под желаниями имеются в виду ненужные, глупые, материальные желания, которые постоянно возбуждают нас. Я не говорил, я также говорил в течение этих дней, что я уж не помню, где, когда, я каждый день что-то говорю… Я говорил, что желание — это признак жизни, что только у камня нет желаний. Шрила Прабхупада это говорил, это не я говорю. Поэтому от желаний не нужно избавляться, нужно избавляться от ненужных желаний. Об этом идет речь. И избавление от ненужных желаний помогает нам усилить нужные желания.
Я недавно слушал одну интересную лекцию некоего итальянского ученого, довольно знаменитого, который в какой-то момент получил интересный опыт, трансцендентный, иначе не назовешь. Он, реально, как он описывает это, это опыт Брахмана. Он понял, что он един со всем миром, он почувствовал это. Его залила какая-то невероятная любовь, он почувствовал энергию, он почувствовал, как он действительно, его сознание — это часть этого мира, и он понял, что наше индивидуальное сознание — это фрагментики единого сознания, познающего себя.
И я стал задумываться. Он так убедительно это рассказывал. Это произошло лет двадцать назад. С тех пор его жизнь поменялась, он из ученого-материалиста стал убежденным духовным человеком и пытается соединить науку с духовностью, объяснить, что сознание первично, фундаментально. И видно, когда он рассказывает, что это не просто придуманная вещь, это не что-то, что он прочитал в книгах или услышал в лекции какого-нибудь майавади залетного, он это почувствовал.
Я стал думать, почему этот опыт к нему пришел. Я довольно давно еще услышал эту его лекцию, потом какие-то другие варианты. И недавно он объяснил что-то, что натолкнуло меня на очень важные, на мой взгляд, размышления. Он сказал, что до того, как этот опыт случился с ним, неожиданно совершенно, посреди ночи на него снизошло какое-то откровение важное, которого у многих преданных нету. До этого он, будучи человеком очень глубокомысленным, он бился над проблемой сознания. Он пытался понять, что такое сознание, и он находился в рамках материалистической парадигмы, он был полностью убежден в том, что сознание — это результат, эпифеномен материи, что-то, что возникает в материи каким-то образом, но в то же время он не понимал, как происходит этот качественный скачок, когда материя вдруг начинает осознавать себя. Это же нечто другое. И он столкнулся с этой проблемой. И, как человек любознательный, он на ней засел, он застрял на ней, он, насколько я понимаю, думал снова, и снова, и снова над этим. И это откровение пришло как ответ на его глубокую медитацию: какова природа сознания.
И, размышляя над этим случаем, я подумал: а почему к нам откровение такое не приходит? Почему к нему, к какому-то, с нашей точки зрения, я не знаю, любой вайшнав скривился бы, скривил бы нос свой, посмотрел на него и сказал бы, что «а, это все какой-то Брахман!», еще что-то такое. Но на самом деле его опыт, он гораздо ценнее чисто теоретического понимания духовной философии, которое есть даже у нас, потому что у него это реальный живой опыт, который поменял его жизнь. А у нас часто жизнь косметически внешне меняется, на глубинном уровне не меняется.
И неутешительный вывод, к которому я пришел, но на мой взгляд очень важный, — тот, что с ним это случилось, потому что он очень хоте́л, чтобы это случилось. Кришна откликнулся на его желание, открыл, приоткрыл перед ним истину в ответ на это очень сильное желание.
Что очень часто происходит с вайшнавами? Они приходят в «Сознание Кришны» в результате разочарования (не они, мы), в результате действительно сильного желания как-то найти истину, понять, почему мы страдаем. И Кришна откликается на это. Он посылает нам встречу с преданными, посылает нам какую-нибудь лекцию на YouTube, или харинаму на улице, или книгу, или еще что-то такое. Кришна откликается на это желание. Мы становимся преданными. Но вместо того, чтобы разжигать в себе это желание, вместо того, чтобы, поняв путь и поняв, к чему мы в конце концов должны прийти, стараться усиливать себе эти желания, мы думаем: «А, ну нормально! Все понятно! Все хорошо!» И мы начинаем жить жизнью, которая представляет собой некий комфортный гибрид между материализмом и духовностью. Мы примеряем одно и другое до какой-то степени у себя. Мы находим этот компромисс. Мы пытаемся усидеть на этих двух стульях. Мы говорим, что «не надо быть фанатиком! Не надо слишком уж ударяться в это! Надо быть умеренным человеком!» Это все хорошо, это все правильно. Но как-то вот это искреннее желание, которое привело к чуду в нашей жизни, а наша встреча с сознанием Кришны — это чудо, еще большее чудо — то, что мы не просто встретились с сознанием Кришны, а приняли его в свою жизнь, поменяли свою жизнь до какой-то степени. Но чудеса-то должны продолжать происходить с нами, а чтобы они происходили, нужно очень сильное желание. Не компромиссное желание, не понимание того, что «ну, может быть, в конце жизни перед смертью я что-то почувствую, увижу». Нет, это искренняя как бы молитва Кришне. На санскрите молитва называется медитацией. Часто одним и тем же словом называются эти две вещи. Сосредоточенность на чем-то, попытка разгадать какую-то проблему, она должна превращаться во внутреннюю мольбу Кришне. И когда эта мольба, когда это желание становится сильным, эта лаласа, желание обрести Кришну, становится сильным, Кришна откликается.
То, что у нас есть, — это то, чего мы заслуживаем. Нам нужно с сожалением констатировать этот факт, что все, что мы заслуживаем, у нас есть. Кришна дает то, что мы заслужили. Если мы хотим большего, надо, чтобы желание стало сильнее. Желание повторять святое имя. Как недавно мне прислал Савьясачи прабху фрагмент из лекции Аиндры прабху, где он говорит, что шестнадцать кругов надо повторять с этим горячим желанием: «Кришна, где же Ты?» Последний круг надо повторять с еще более горячим желанием, шестнадцатый круг. А последние имена надо повторять так, как будто бы мы вот сейчас умираем, и это последнее, что мы можем сказать. Может быть, это наш последний шанс обратиться к Кришне.
Сегодня утром мы проснулись, и у нас есть этот шанс произнести шестнадцать кругов. Вот это настроение самуткантхи, когда сердце выпрыгивает из грудной клетки от желания стать ближе к Кришне, оно — важное условие обретения духовного опыта. Заниматься духовной практикой можно без него, не проблема, но, чтобы глубокий духовный опыт пришел, без этого желания поменять что-то качественное в своей жизни мы никак не обойдемся.
Это вот то, на какие размышления натолкнула меня эта история, почему вдруг какой-то совершенно случайный как будто бы человек получил что-то. Только по одной причине — только потому, что он этого очень сильно хотел.
Вопрос:
1. Какой критерий того, что желание важное или неважное? Могли бы Вы, пожалуйста, привести пример для взрослого человека.
2. Если я правильно понял, что неважные желания, нужно понять, что они мне не нужны, желание уйдет и гнев уйдет. Если желание важное, тогда такой рецепт не сработает. Как быть, если не исполняется важное желание?
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Я могу привести массу примеров из взрослой жизни: купить новый айфон, хотя старый вполне работает; поменять компьютер; купить новую машину, хотя старая вполне себе ничего; ну или в самом крайнем случае завести новую жену, хотя старая еще тоже есть.
Много есть каких-то глупых желаний, которые… Как отличить важное от неважных? Очень просто. Если мы, скажем, перестанем сосредоточиваться на… Если желание само по себе проходит, мы знаем, что вот сейчас оно есть, а завтра оно уйдет, и у нас много уже было таких вещей, то, значит, это ненужное желание.
И мы можем с помощью разума оценить по какой-то шкале десятибалльной важность этого желания. Ну исполнится оно или не исполнится, в конце концов разум же должен продолжать действовать у нас: нужно мне это для того, чтобы я стал счастливым, или это просто какая-то глупость или наваждение.
Что касается важных желаний, то важные желания — это желания, от которых не так легко избавиться. Это не желания, которыми мы заразились от других или из какой-то рекламы мы их подчерпнули. Это желания настойчивые, к которым мы возвращаемся постоянно: желание что-то сделать, чего-то достичь, чего-то обрести. Обычно такие желания достаточно ясно проявлены в нашем гороскопе. Любой хороший астролог объяснит вам, что вам в вашей жизни по разным каким-то признакам, глядя на ретроградные планеты или еще на какие-нибудь аспекты гороскопа, он скажет, что вот это важные вещи, которые вам нужно сделать в вашей жизни, достичь чего-то.
Если важное желание не исполняется, тут надо понимать, во-первых, что исполнение от меня не зависит. Достигну я этого желания или нет, зависит не от меня. Карман̣й эва̄дхика̄рас те / ма̄ пхалешу када̄чана — человек имеет право действовать, но у него нет права претендовать на плоды своего труда (Б.-г. 2.47).
И первое, чему нужно научиться, — это тому, чтобы саму осмысленную деятельность для достижения какого-то важного желания (важное желание касается, скажем так, какой-то нашей деятельности, предназначения, миссии, говоря высокопарно более), тут нужно научиться понимать, что деятельность по реализации этого желания, она, в общем-то, эквивалентна достижению самого желания. Если я смогу сказать, положа руку на сердце: «Я сделал все, но не получилось у меня до конца», Кришна примет это все, и Кришна пошлет удовлетворение в сердце, даже если желание как таковое не исполнилось. Все равно удовлетворение придет из-за того, что мы делали усилие с этим пониманием того, что я делаю это, потому что это нужно, потому что я должен делать это, это существенная часть моей жизни, но что-то не сложилось — ну, хорошо, значит, это между Кришной и моей кармой. То есть сама по себе деятельность, направленная на реализацию этого желания, она будет приносить нам удовлетворение, несомненно.
Вопрос:
Вы сказали, что не все преступления можно простить, то есть есть вещи, на которые нужно проявить внешний гнев, чтобы на шею не сели. Но есть два взаимоисключающих христианских постулата: первый — «око за око», об этом мы говорили. Второй — «если тебе дали по правой щеке, подставь левую». Так как быть? Или глаз выбить, или щеку подставить? Или сначала щеку подставить, потом глаз выбить?
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Если уж говорить о последовательности, то сначала глаз выбить, а потом щеку подставить. Эти две взаимоисключающих заповеди, они потому и взаимоисключающие, что одна — «око за око, зуб за зуб» в «Ветхом Завете», а другая в «Новом Завете». И все зависит от того, какая цель. «Ветхий Завет» прежде всего учит человека жить в этом мире. И когда мы живем в этом мире, то какая-то, скажем так, степень взаимности, она предполагает, если мы не ставим перед собой более высоких целей. «Новый Завет» учит нас самому высшему завету, или завету любви, и он по идее должен выводить нас за пределы этого мира. Поэтому вторая заповедь, она выше.
В Ведах тоже есть много взаимоисключающих или противоречивых утверждений, поэтому есть наука герменевтики, которая очень подробно разработана в Пурва-мимамсе. Какое из утверждений более сильное? Какому из утверждений нужно последовать, если мы сталкиваемся с этими двумя приказами? Второе утверждение — простить — более сильное, потому что, если мы хотим уйти из этого мира, нам нужно простить. Уходя из этого мира, не простив людей, мы вынуждены будем вернуться для того, чтобы отплатить им «око за око, зуб за зуб». Еще непонятно, кто в дураках останется. Поэтому всегда рекомендуется, по крайней мере перед уходом из этого мира, попросить у всех прощения. Простить всех и попросить прощения у всех, чтобы ничего не держало нас здесь, чтобы эти кармические связи «око за око, зуб за зуб» не заставили нас вернуться сюда снова. Но еще лучше и правильнее делать это на протяжении жизни, научиться делать это на протяжении жизни.
И необязательно подставлять вторую щеку, чтобы недобросовестные люди воспользовались этим. Иногда это надо сделать, если мы действительно искренне настолько прочувствовали это, что нам легко это сделать. Это не должно быть каким-то насильственным действом. И когда другой человек видит это, он может оценить это действо, но не всегда. И поэтому в таких случаях Кришна говорит… Кришна в этом смысле дает разные советы. Когда Он посоветовал Бхиме перебить бедро Дурьйодхане, то он действовал исходя из принципа «око за око, зуб за зуб». Дурьйодхана нагло поднял свое дхоти, и указал на свое бедро, и похлопал, и сказал Драупади: «Садись на мое бедро! Отныне ты моя! Ты моя наложница, рабыня! Ты должна исполнять мои приказы». И Кришна указал на это самое бедро, которое в случае с Дурьйодханой было ахиллесовой пятой, уязвимым местом в неуязвимом теле Дурьйодханы, что было полным нарушением кодекса кшатрия. Кшатрии не должны ударять ниже пояса.
И Он действовал, исходя из этого принципа: «око за око, зуб за зуб», но не потому, что Он хотел утвердить этот принцип как нечто окончательное, а потому, что Он нас учил, что, живя в этом мире, мы иногда должны прибегать к каким-то таким мерам. Но внутренне, глубоко внутри, если наша цель — обрести любовь, то в конце концов нам нужно будет всех простить.
Мы можем послужить инструментом справедливости Бога, но при этом надо оставаться в сознании инструмента: «Я исполняю волю Бога, я действую не потому, что во мне живет неутоленная жажда мщения, а потому, что в конце концов я хочу обрести любовь к Богу. Я знаю, что все живые существа едины».
Вопрос:
Вы говорили о гневе, о контроле гнева. Гнев — это такое мимолетное явление. Каждую секунду какая-то реакция, какие-то ситуации у нас происходят, и ты не можешь проконтролировать этот гнев, он вспыхивает мгновенно. И ты потом просто осознаешь: зачем это? Как в данном случае действовать?
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Поэтому я говорил, что, когда гнев уже охватил тебя, это поздно что-то делать. Можно, конечно, спохватиться, если у нас хватит самообладания, но это даже, может быть, и не самое лучшее. Главное — научиться понимать, почему гнев вспыхивает. Когда гнев вспыхнул, и потом мы успокоились немного, надо проанализировать: а почему он в данном случае вспыхнул?
Буквально пару дней назад я разговаривал с одной преданной, которая получала первое посвящение. Она сказала замечательную вещь, которая мне очень понравилась. Она сказала, что «я в меньшей степени хочу контролировать ситуацию, и поэтому у меня гораздо меньше поводов для гнева».
Как правило, гнев вспыхивает, потому что кто-то что-то делает не по-нашему, делает что-то, что нам не нравится, или что-то, что мы считаем неправильным, или просто не так, как нам хотелось бы, чтобы он действовал. Если мы поймем: «Не я тут главный, не я контролер», то, соответственно, гнев… ну да, делает человек, но это не мои проблемы, это его проблемы. Почему его глупости должны стать моей проблемой? Если, конечно, это не приводит к каким-то печальным последствиям.
Но, как правило, это пустяки, по которым мы вспыхиваем. И они уходят, если эта концепция того, что все здесь должно быть по-моему, ослабевает, и мы понимаем, что все здесь по-кришниному, а не по-моему.
Варшана прабху: просим Ваших благословений!
Бхакти Вигьяна Госвами Махарадж:
Все мои благословения вам на контроль языка. Я желаю, чтобы язык, вкусив трансцендентный вкус прасада, который отведали губы Кришны, которого коснулись губы Кришны, стал спокойным, ласковым, добрым и сам вибрировал святое имя: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.
Ссылки на лекцию: https://goswami.ru/lecture/5644
https://www.youtube.com/live/FTRdq9N1HsQ?si=NZwRED37mytW2uxA
