Харе Кришна!
Я очень рад видеть всех и каждого, кто приехал сюда. С точки зрения преданного служения Германия мало чем отличается от необитаемого острова. Но, несмотря на это, столько людей оказалось здесь. И это, конечно же, самое яркое, очевидное доказательство привлекательности Кришны в образе святого имени, в образе кришна-катхи, в образе санги преданных.
В течение тридцати с лишним лет я пытаюсь разгадать, что меня привлекло, и до сих пор так и не понял. Вчера я только встречался с одной женщиной молодой, которая рассказала мне о своей истории в Сознании Кришны. Она говорит: «Я приехала в Германию из России. В России я не видела преданных». Такое тоже бывает. Ей нужно было приехать в Германию, чтобы-таки с ними увидеться. И она говорит: «Единственное, что меня поразило сразу же, — это поразительные люди. Я никогда не видела таких людей. Я почувствовала что-то, что я не чувствовала раньше».
У разных людей разный путь в Сознании Кришны, но все чувствуют что-то особенное. Чей-то путь в Сознании Кришны лежит через желудок. Они пробуют прасад и чувствуют, что что-то особенное. Некоторые до сих пор уверены, что мы подкладываем наркотики в прасад. Это факт, мы подкладываем наркотик любви Кришны в прасад. Поэтому люди начинают испытывать что-то, что они не испытывали раньше.
Кто-то приходит через звук святого имени, слышит святое имя, и святое имя не оставляет его, становится его спутником, входит глубоко. Кто-то читает книги Шрилы Прабхупады, бо́льшая часть слушает лекции Аударья-дхамы прабху, Олега Геннадьевича Торсунова, и тоже чувствуют что-то необычное в этом. Необычный человек, совершенно лишенный слуха, поет песни и делает это очень заразительно. Каждому свой путь. А суть в том, что, когда мы так или иначе приходим в Сознание Кришны, мы начинаем чув-ствовать, что что-то держит нас тут.
И смысл практики сознания Кришны в том, чтобы этот опыт усиливать; в том, чтобы этот опыт с каждым днём становился глубже. И надо понимать, какие условия должны быть соблюдены, для того чтобы этот опыт стал глубже. Мы пришли сюда не за каким-то стандартным набором обрядов и даже не за философией, хотя философия, безусловно, является одним из притягательных моментов Сознания Кришны. Мы пришли сюда для того, чтобы почувствовать Бога; для того, чтобы почувствовать прикосновение Бога к своему сердцу и почувствовать Его реальную милость, почувствовать Его участие в нашей жизни и для того, чтобы выйти за пределы скучной бессмысленной кармы, в которой мы живём.
Наш основной смысл, основной смысл этого Движения в том, чтобы дать людям возможность получить реальный духовный опыт. Можно оставаться вайшнавом-теоретиком, но, в общем-то, это всё равно, что пытаться теоретически изучить езду на велосипеде. Можно очень хорошо понимать все о велосипеде или теоретически, находясь на суше, учиться плавать. В конце концов, мы пришли сюда за опытом. Это то, что я хочу сказать.
И нам нужно знать условия, соблюдение которых поможет нам этот опыт углублять. Наша практика не что иное, как углубление опыта, постоянная попытка сделать этот опыт глубже.
И любой, кто пытался практиковать сознание Кришны, знает, что, поначалу особенно, у человека есть взлёты и падения. Иногда человек чувствует что-то необычное, сердце радуется, сердце раскрывается. Он чувствует восторг, восхищение. Шрила Рупа Госвами объясняет, что, когда сердце испытывает этот опыт, сердце, или сознание, человека, оно начинает расширяться. Эта адбхута, раса-адбхута. Сегодня говорилось об этом утром на лекции. Это особое состояние сознания, когда сознание становится больше, шире.
Материальный опыт приводит прямо к противоположному результату. Сердце сжимается, сознание сжимается, сознание становится у́же. Можно видеть, как у пожилых людей, которые прожили, скажем так, не очень благочестивую жизнь, сознание становится у́же, у́же, у́же и уже, так, что они в конце концов забывают обо всём. Они не могут реально взаимодействовать с людьми.
Наоборот, Сознание Кришны, или научный путь духовного прогресса, — это путь к расширению сознания. В одном из стихов Рагхунатхи Даса Госвами говорится:
чаитанья-чандра мама хр̣т-кумудам̇ вика̄ш́йа
хр̣дйам̇ видхехи ниджа-чинтана-бхр̣н̇га-ран̇гаих̣,
что благодаря Господу Чайтанье, Движению Господа Чайтаньи Господь Чайтанья может сделать так, что лотос моего сердца начнет раскрываться. Сейчас этот лотос сердца очень узкий, очень сжатый.
И, собственно, смысл сознания Кришны в этом — в том, чтобы сердце раскрылось, раскрылось навстречу Богу, раскрылось навстречу этому миру, раскрылось навстречу людям. Когда человек испытывает эти вещи, мы знаем, этот опыт любви, собственно, Господь Чайтанья принёс опыт любви, самой высокой любви. Когда человек даже в материальной мире испытывает опыт любви, он хочет обнимать всех. Он не ходит по земле, он над землёй ходит, ему хочется всех любить, всех обнимать, радоваться, прыгать, пля-сать, петь. И, собственно, это мы пытаемся делать, изображая экстаз любви к Богу: прыгаем, пляшем, поём и пытаемся не касаться земли.
Но в конечном счёте, ещё раз, мы пришли за э́тим. Нам нужно э́то. И мы не должны успокаиваться до тех пор, пока мы этот опыт не обретём. Иначе какой смысл? Человеческая жизнь предназначена только для этого. Смысл человеческой жизни только в том, чтобы обрести этот опыт, выйти за пределы пережёван-ной нами многажды кармы и того, что она может дать, и получить что-то за пределами убогих и ограни-ченных материальных чувств.
Вот такие ретриты и фестивали, их смысл в том, чтобы научить нас, чтобы помочь нам соблюсти условия, которые этот опыт усилит. В сущности, мы приезжаем сюда для того, чтобы настроить свое сознание должном образом. Кришна доступен, Он тут. Одно из главных имён Бога на санскрите — Вишну. Вишну значит «вездесущий»: тот, кто вошёл; тот, кто находится в нашем сердце; тот, кто находится в каждом атоме; тот, кто находится прямо здесь и сейчас. Мы не чувствуем Его, не понимаем Его, не ощущаем Его, несмотря на то что Он находится здесь по одной причине — потому что наше сознание настроено на другое, оно не настроено на восприятие Его. И сознание Кришны — это, в сущности, попытка настроить своё сознание на ту волну, на которой мы сможем услышать и почувствовать Кришну. Как радиоприёмник, да? Я не знаю, сейчас всё современное, но раньше нужно было долго искать нужную волну. И в основном были шумы какие-то, помехи. Вдруг ясная волна, мы поймали её. Точно так же тут, если сознание наше настроится должным образом, мы увидим Кришну, почувствуем Кришну и, главное, услышим Кришну.
И способ настройки сознания, самый эффективный и самый простой способ настройки сознания — это звук. На самом деле с помощью звука мы можем настроить своё сознание на определённый лад. Звук — это очень могущественная сила. Звук, просто несколько брошенных слов, может вывести наше сознание в какие-то состояния возбуждения, которые даже наркотики могут не дать. Кто-то скажет нам несколько слов, эти слова засядут у нас, и всё наше сознание будет пережёвывать эти слова. Кто-то нас обидел, кто-то сказал что-то — фу, всё наше сознание будет вертеться вокруг этих слов. Мы позволили другому человеку настроить наше сознание определённым негативным образом, и всё наше сознание сосредоточилось там, на этом так называемом оскорблении или ещё чём-то.
И точно так же звук может настроить наше сознание на всё что угодно. Звук может опустить наше сознание. Мы слышим какой-то грязный звук, несущий в себе какие-то грязные образы, и сразу же наше сознание опускается, мгновенно. И наоборот, мы слышим какой-то высокий звук, и сознание наше поднимается, дотягивается до этого.
И смысл ретрита в этом — в том, чтобы ограничить свой контакт с другими звуками. В нормальной жизни мы соприкасаемся с этим миром звуков, с этим морем звуков. По сути дела, наше основное взаимодействие с этим миром даже не через глаз, а именно через уши. Мы читаем, мы слушаем. Всё наше понимание этого мира идёт через звук. Если мы просто будем видеть, мы ничего не поймём. Понимание нашего мира, взаимодействие, ориентация в этом мире, наша настройка, она вся идёт через звук. Интернет сейчас есть и много всего остального — всё это настраивает определённым образом наше сознание. И ретрит заключается в том, чтобы попробовать провести этот эксперимент — на время ограничить своё сознание, оборвать возможность соприкасаться с другими звуками и попробовать целиком сосредоточиться на духовном звуке так, чтобы это сосредоточение на духовном звуке помогло нам почувствовать Кришну.
У Шрилы Прабхупады есть очень интересная фраза. Он говорит, что часто люди говорят: «Покажите нам Бога!» Он говорит: «Удивительно, почему-то все хотят увидеть Бога, но никто не хочет услышать Бога».
А мы можем услышать Бога. Первый опыт соприкосновения с Богом не через глаза. Глаза потом будут, если будут, если повезёт, если условия будут исполнены. Но самая доступная форма Бога, которая доступна нам, это устройство самого Бога, эта система, которую устроил сам Бог, — Он становится доступным нам через звук. И если мы правильным образом отнесёмся к этому опыту, воспримем этот звук как объект поклонения, как объяснял Ватсала прабху, сделаем этот звук объектом нашего поклонения, то тогда другие аспекты Бога тоже могут открыться нам. Тогда мы сможем услышать Его, мы сможем почувствовать Его запах. Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит, что в материальном теле удачливому человеку доступны эти три вещи: он может услышать Бога, он может увидеть Бога, он может почувствовать запах, который исходит от Него, невероятный аромат. Он говорит, что невозможно на нашем уровне с вами почувствовать касание Бога и ощутить вкус не буду говорить чего, вкус Его губ. Это возможно на другом уровне духовного опыта, когда человек выходит полностью за пределы своего тела.
Но по крайней мере три вещи мы можем сделать: Бога можно увидеть, можно почувствовать Его запах, ощутить аромат благоухания, который исходит от Него. Но начинается все со звука. Шрила Прабхупада говорил, что кришна-катха неотлична от Самого Кришны. «Бхагаватам» неотличен от Самого Кришны. Этот звук, который есть, — Кришна. «Бхагавад-гита» — это слова, которые произнес Сам Кришна. И, если мы слушаем эти слова и настраиваем свое сознание на эти слова, все остальное приходит из этого. И, разумеется, звук святого имени неотличен от Самого Кришны. Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе.
И есть чудо в этом имени.
на̄ма чинта̄ман̣их̣ кр̣шн̣аш́
чаитанйа-раса-виграхах̣
пӯрн̣ах̣ ш́уддхо нитйа-мукто
’бхиннатва̄н на̄ма-на̄минох̣
атах̣ ш́рӣ-кр̣шн̣а-на̄ма̄ди
на бхавед гра̄хйам индрийаих̣
севонмукхе хи джихва̄дау
свайам эва спхуратй адах̣
Эти два стиха из «Падма-пураны» объясняют: на̄ма чинта̄ман̣их̣ кр̣шн̣аш́ / чаитанйа-раса-виграхах̣ — что нам, имя Кришны, есть чинта̄ман̣и, концентрированная форма сознания. Чинта мани, чинта значит «сознание», мани значит «камень». Эта концентрированная форма сознания, чаитанйа-раса-виграхах̣, — это форма, которая дает человеку возможность ощутить вкус жизни, вкус бытия, вкус сознания, стать самому источником этого вкуса для Кришны и ощутить этот вкус, чаитанйа-раса-виграхах̣. Пӯрн̣ах̣ ш́уддхо нитйа-мукто — вечно освобожденная, она всегда полностью чистая. Этот звук всегда полностью чистый, ’бхиннатва̄н на̄ма-на̄минох̣ — имя и носитель этого имени неотличны друг от друга.
И атах̣ ш́рӣ-кр̣шн̣а-на̄ма̄ди — это, пожалуй, один из самых важных стихов, которые нам нужно понимать, атах̣ ш́рӣ-кр̣шн̣а-на̄ма̄ди. Поэтому, атах̣ (это следующий стих после предыдущего) ш́рӣ-кр̣шн̣а-на̄ма̄ди / на бхавед гра̄хйам индрийаих̣ — все, что относится к Кришне, начинается с Его имени, невозможно ощутить грубыми материальными чувствами.
На самом деле, когда мы произносим имя Кришны, это не мы произносим имя Кришны. Имя Кришны, так как оно пӯрн̣а-ш́уддха и нитйа-мукта, мы не можем по своему приказу вызвать Его, сказать: «Эй, Кришна, иди ко мне!» Он должен Сам, свайам эва спхуратй адах̣, Он должен Сам проявиться у нас на языке. И он проявляется на нашем языке пропорционально той степени служения, которая есть в наших чувствах. Опыт соприкосновения с Богом пропорционален в той степени, в которой мы хотим служить Богу.
Мы все повторяем святое имя, но не потому, что мы́ повторяем святое имя, потому что у нас есть ма-ленькая толика служения, и эта маленькая толика служения приводит к тому, что вечно освобождённое святое имя нисходит с трансцендентного плана. Мы можем этого не понять, но, с другой стороны, мы можем очень хорошо понять: когда у нас нет никакого настроения служения, никто не исходит. Вместо святого имени на язык нисходит брум-брум и шнык-шнык. Это великая песня освобождения.
Сравнение, которое приводят, очень интересное. В чём, собственно, механизм этого всего? Механизм этот очень простой. Представьте себе маленького ребёнка. Этот маленький ребёнок, он видел, что кто-то поднимает штангу. Он подходит к этой штанге и говорит: «Сейчас я подниму эту штангу!» А сзади у него за спиной стоит отец. И он видит, что ребёнок старается, ему хочется воодушевить этого ребёнка. Он видит, что хочет, очень хочет он поднять эту штангу. И он незаметно для него поднимает эту штангу. Ребёнок, он тоже: «Даааа! Я поднял эту штангу! Это я́ поднял эту штангу!» — Отец: «Да, да, молодец, вообще! Отлично!»
Именно это происходит с нами. Мы приходим, и мы стараемся, и Кришна говорит: «Ну ладно! Можешь повторять святое имя». Но это святое имя нисходит к нам на язык. И, ещё раз, этот опыт, который мы получаем в результате этого, пропорционален нашим стараниям служить; пропорционален тому, насколько мы пытаемся действительно сосредоточить своё сознание на этом процессе, насколько мы уважительно относимся к этому, насколько мы сосредоточены на этом.
Говорится, что корнем всех оскорблений является невнимательность, когда мы пренебрегаем этим. И, собственно, я сейчас перехожу к теме своего семинара. Я буду говорить об оскорблениях святого имени, что, собственно, мешает нам обрести этот опыт. Но я говорю также в целом о том, какая должна быть атмосфера. Атмосфера здесь у нас в идеале должна быть атмосферой служения, которая помогает другим людям получить правильную настройку и испытать более глубокий опыт. Если это настроение служения (а оно заразительное) будет у каждого здесь в той или иной степени пропорционально степени нашей испорченности и сосредоточенности на себе, если мы попытаемся выйти за… Что значит служение? Служение значит выйти за пределы своих узких интересов и подумать о других, о том, что нужно им. И если мы настроимся на этот лад, то вся атмосфера поможет в конце концов получить гораздо более глубокий опыт соприкосновения со святым именем. Если мы всё время будем находиться в этом настроении, будем видеть всех остальных… Иначе говоря, каждый человек здесь является очень существенным, скажем так, участником того, что должно произойти на выходе. Мы уедем отсюда с очень глубоким впечатлением, и всё это оставит у нас очень глубокий след в сердце, если возникнет атмосфера, в которой святое имя будет естественным образом проливать на нас свою милость.
И для этого нужно очень простые вещи делать. На самом деле наше служение другим начинается с того, что мы улыбаемся другим. Оно начинается с того, что мы видим вайшнава и пытаемся подойти к нему ближе. В Пуранах говорится, что если человек видит вайшнава и идёт в другом направлении от него: «Ой-ой-ой, лучше я куда-нибудь уйду», то в Пуранах говорится, что, даже если такой человек сто лет будет поклоняться Кришне, Кришна его поклонение не примет. Но, если мы видим других вайшнавов и радуемся им, улыбаемся им, идём навстречу, пытаемся раскрыть своё сердце, это самое важное служение, которое может быть. И это самое важное, что мы можем сделать, и главное, что это поможет всем остальным.
Когда мы приходим вместе на мангала-арати, мы должны понимать: это наше служение всем остальным. Представьте себе, мы пришли на мангала-арати, а никто больше не пришёл, то есть, иначе говоря, никто мне не послужит. Мой опыт от мангала-арати будет очень печальным. Я знаю, я бывал в таких храмах. Приходишь, там несчастный пуджари, он же одновременно ведёт все киртаны, мурлыкает себе, предлагает пуджу. Стоишь и думаешь: «Что же такое-то происходит»?
Иначе говоря, если каждый из нас будет вкладывать хотя бы немножко своего сердца и своего внимания в то, что происходит здесь (это самое главное служение), это служение будет иметь экспоненциальный эффект. Наш небольшой вклад, увеличенный всеми остальными, если каждый будет такой небольшой вклад делать, ух! он в конце концов приведёт к тому, что наше сознание возвысится очень сильно. Это несомненный факт. Я был на очень успешных мероприятиях такого типа. Люди уезжают с какими-то уди-вительными чувствами. Они не хотят расставаться, они плачут, они обнимаются, они думают: «Как же я без вас!..» И были ситуации другие, когда всё происходило как бы внешне формально неплохо, но такого глубокого следа всё это не оставляло, потому что сознание оставалось рассеянным. Основной смысл ре-трита, еще раз, в том, чтобы сосредоточить сознание, сосредоточить его на духовных предметах и сосредоточить его на служении, приобрести это настроение служения, заразиться этим настроением друг от друга.
И для этого нужно очень хорошо как бы также настроиться, чтобы видеть также служение других. Люди служат, но иногда, так как мы настроены на другое, мы предпочитаем не видеть их служения. Это называ-ется оскорблением. Когда другие люди служат, стараются что-то делать, а мы такие: «А-а, притворщики! А-а, мы знаем! А-а, им нужно чего-то!», и тогда ничего не будет. Нет! Надо открыть свое сердце к служению других, служить другим и тогда ух! каждый день будет новым днем в нашей жизни. Это условия:
— сосредоточенность,
— сознательная попытка изолироваться от каких-то других мешающих, возбуждающих звуков и вибра-ций
— и желание служить.
Собственно, это то, что нужно сделать. Попытка сосредоточиться на духовном, слушать максимально внимательно. Оборотная сторона медали этого — когда мы перестаем слушать что-то другое или искреннее желание послужить другим.
Мы должны понимать: я прихожу на лекцию, для чего я прихожу на лекцию? Не для того, чтобы меня развлекали. Это мое служение! Я прихожу, чтобы служить — служить тому, что будет сказано, служить человеку, который будет говорить, потому что мое присутствие естественным образом будет вдохнов-лять его. Я очень хорошо знаю: смотришь на кого-то и думаешь: «Чё он сюда пришел? Лучше бы не приходил!» Я принес что-то, а он смотрит по сторонам, чешется и ворочается, и вообще ему кажется… И думаешь: «Ну хоть бы ушел поскорее!»
И наоборот, сидит какой-то простой человек и прямо вот видно, что он слушает. И это служение рассказчику. Мы очень зависимы от этого. Это служение всем остальным, потому что каждый человек, приходя и сосредотачиваясь на этом, помогает другим сосредоточится. Моя рассеянность, она будет рассеивать других. Мы очень тесно связаны друг с другом. Мы можем не понимать этого, но когда все люди находятся на одной волне, то очень легко настроиться на эту волну. Но даже один человек, он немножко вый-дет из этой волны, он может ух! он может такие бури произвести. Ух! Я знаю это по своему опыту. Один человек, один провокатор может все разрушить своим неправильно настроенным сознанием.
Поэтому мы приходим сюда, мы приехали, чтобы служить. Это, опять же, наша вечная природа, мы слуги по природе своей. Душа — частица. Частица всегда служит целому. И мы можем очень сильно помочь друг другу обрести этот опыт. И для этого надо максимально следовать какому-то распорядку и пытаться, главное, сосредоточиться. Опыт! Всего пять дней у нас с вами, правильно? Сегодня можно не считать. 30-го мы разъезжаемся. Пять дней у нас осталось. Пять дней можно провести этот эксперимент и посмотреть, что будет в сухом остатке. В сухом остатке будет Бог. Он выпадет в осадок, и мы сможем Его почувствовать, ощутить, увидеть, как Он участвует в нашей жизни.
Что касается того, о чем я буду говорить, я решил следовать традиции, которая возникла в прошлом году. Я рассказал небольшой раздел «Бхакти-сандарбхи». Я возьму другой раздел из «Бхакти-сандарбхи», касающийся оскорблений святого имени, вернее, чуть-чуть раньше. И у меня будет задание к вам. Завтра, когда я начну свою лекцию, я сформулирую это задание, чтобы помочь вам сосредоточиться. Пото-му что в последний день я буду слушать вас. Четыре дня вы будете слушать меня, последний день я буду слушать вас. И мне очень не терпится услышать вас в последний день.
И я буду говорить именно об этом — что такое оскорбления, чтобы могли понять это и понять, каким образом можно их избежать и таким образом увеличить, или усилить, эффект, результат духовной прак-тики. Результат духовной практики один, настоящий результат. Духовная практика может принести нам очень много всего. Когда человек совершает оскорбления и одновременно с этим занимается духовной практикой, он может получить жену красивую или мужа, он может получить богатство, он может много чего сделать, много — избавиться от своих болезней, много каких результатов может прийти к нам.
Но настоящий результат духовной практики только один. Этот настоящий результат духовной практики:
— интерес к духовной практике, вкус к духовной практике, ва̄судева-катха̄-ручих̣ (Бхаг., 1.2.16), желание слушать все больше, и больше, и больше
— и пропорциональная утрата интереса к каким-то другим вещам.
И это результат настоящей духовной практики. И если мы почувствуем это в конце ретрита — что мне стало интереснее, что мне интересен «Шримад-Бхагаватам», что мне интереснее повторять святое имя, что мне интересно общаться с преданными, даже если они… я знаю, что они негодяи, но все равно интересно с ними общаться, и, если у меня появится интерес прежде всего, конечно, к «Шримад-Бхагаватам», ко все-му, что связано с Кришной.
Это очень легко проверить. На самом деле достаточно посмотреть на куки, которые в Google после нас остаются, что нам интересно, что мы там набираем в Google, что мы там ищем. И если интерес будет больше, интерес к Богу и кришна-катхе, то результат достигнут. Если интерес не усилился, значит, надо на какой-то другой ретрит поехать, еще раз попытаться.
Спасибо большое!
Ссылка на лекцию: https://goswami.ru/lecture/2641
