Харе Кришна! Мы собрались с вами по поводу замечательного дня, который, как можно видеть, празднует весь Врадж, — это Гуру-пурнима, или Ашад-пурнима. Луна находится сегодня в накшатре Уттарашадхи, и ровно через месяц она переместится в накшатру Шраваны, через месяц будет Шравана-пурнима, и ровно через месяц мы будем отмечать день явления ади-гуру, изначального гуру — Баларамы.
Но, чтобы подготовить Его приход, Шрила Вьясадева рождается на месяц раньше. Разумеется, он родился на много сотен лет раньше, но в годовом измерении, в календарном измерении эти два события отделяет ровно месяц. И это не случайно. Баладева, самасти-гуру, старший брат в лилах Кришны — изначальный духовный учитель. Кришна Сам становится Своей первой экспансией для того, чтобы учить нас, и не только нас, а всех остальных живых существ служению Себе.
Служение полному целому является ключом к счастью. Но, к сожалению, это не совсем очевидная вещь, и люди по недоразумению думают, что они могут быть счастливы сами по себе, что они самодостаточны, и что их усилия служить самому себе в конце концов сделают их счастливыми. Кришна становится Баладевой для того, чтобы продемонстрировать противоположную истину и доказать, что даже Бог, первая экспансия, не может обойтись без служения; что в конечном счете служение — это природа живого существа, и Сам Кришна черпает больше блаженства, когда Он служит другим. И это миссия Баладевы — на Своем примере показать, как нужно служить. Он приходит в разных формах, обликах. В Кали-югу Он пришел как Шрила Рамануджачарья, первый великий ачарья бхакти, установивший бхакти-сиддханту в этом мире.
Но до того, как Баладева Прабху приходит для того, чтобы утвердить эту миссию, доказать людям то, что служение является высшим смыслом и целью жизни, и то, что служение — это естественное, вечное состояние души. До тех пор, пока мы не избавимся от недоразумения, от этого заблуждения о том, что мы можем быть счастливы сами по себе не служа Богу, мы будем снова и снова рождаться здесь и испытывать всевозможные проблемы, страдания. У кого-то проблемы с сердцем, у кого-то с глазами, у кого-то с почками, у кого-то с ногами, а у кого-то в преклонном возрасте со всем этим вместе взятым. Люди в какой-то момент начинают понимать это, и Баладева приходит для того, чтобы доказать эту не такую очевидную истину. Если мы хотим восстановить свое вечное неизменное состояние, то нам нужно восстановить прежде всего вечную неизменную деятельность — деятельность, которая является атрибутом, который изначально присущ душе. И эта деятельность — служение, сева.
Баладева приходит, но до этого приходит Вьясадева, ровно за месяц по календарному измерению, измерению на протяжении года. Он приходит для того, чтобы подготовить понимание этой истины. Эта истина сначала должна быть интеллектуально усвоена. Люди наделены разумом, развитым разумом, этот развитый разум требует понимания. Прежде чем человек действует, он должен понять, зачем он это делает. Разумеется, мы можем действовать механически, мы можем действовать по традиции, по какой-то привычке, но если речь идет о радикальной смене своей парадигмы, то нам обязательно нужно сначала понять, что на что мы меняем; почему мы меняем один образ действий на другой, одну систему ценностей на другую. А перемена, к которой должен подготовить нас Вьясадева, — это совершенно кардинальная перемена. Человек разворачивает свою жизнь на сто восемьдесят градусов. И для того, чтобы он смог успешно это сделать, не делал это просто по какой-то традиции или привычке, ему нужно понять разумом, зачем это необходимо, почему это необходимо.
Вчера у меня было интервью с одной журналисткой из газеты «The Indian Express», она задавала много интересных вопросов, один из вопросов был: «Скажите, а почему эти иностранцы начинают практиковать сознание Кришны и начинают делать это лучше, чем сами индусы? Вроде бы мы тут родились, в этой культуре, и нам Сам Бог велел этому следовать, но я вот наблюдаю за ними и вижу, что они лучше индусы, чем мы». И ответ на этот важный вопрос, он именно в этом заключается — потому что индусы действуют так по привычке, по традиции, по каким-то устоявшимся культурным нормам. И, соответственно, они что-то делают, что-то не делают, что-то понимают, для чего оно, по большей части не понимают просто. Отец так делал, дед так делал, прадед так делал, ну и мы тоже будем так делать. И, соответственно, такого рода деятельность, она лишается глубины. Тогда как если человек интеллектуально убежден в том, что определенный образ действий, образ жизни, принципы, ценности, которым мы следуем, правильные, то он будет действовать гораздо более осознанно и деятельность его будет гораздо более глубокой и, соответственно, результаты ее тоже будут глубокими.
Поэтому до прихода Баладевы, самасти-гуру, приходит Шрила Вьясадева, еще одно великое воплощение Господа. В каждую Кали-югу приходит свой Вьяса, Вьясами тут никого не удивишь. Но наш Вьяса — особенный Вьяса. Так уж получилось, что наша юга особенная, Кали-юга, ну, наверное, потому, что мы особенные, особенно падшие. Соответственно, в нашу Кали-югу даже Вьяса особенный. Далеко не каждый Вьяса является воплощением Верховной Личности Бога, непосредственной аватарой. В Мадхва-сампрадае особенно Вьясадева занимает очень высоко положение в иерархии Божеств, которым поклоняются последователи Мадхвы. Это одна из самых полных проявлений Господа. И он, естественно, приходит в эту особенную Кали-югу для того, чтобы описать лилы Кришны, которые тоже приходят в эту особенную Кали-югу один раз в день Брахмы. Не в Кали-югу, в Двапара-югу, на границе с Кали-югой. И Господь Чайтанья приходит вслед за ним для того, чтобы провести и показать Свои лилы.
Так вот, сегодня День явления этого великого воплощения Господа — Шрилы Вьясадевы, который родился как сын Парашары Муни и Матсьягандхи, или Сатьявати. И согласно одному из преданий это произошло неподалеку отсюда, в деревне, которая до сих пор носит имя Парашары — Парасоли, около Чандра-саровары, где тогда протекала Ямуна. Есть другие места, претендующие на роль этого судьбоносного места. Но так как мы с вами особенные, то, соответственно, мы тоже живем в особенном месте, и понятно, что Вьясадева родился только тут и нигде иначе.
Наверняка вы все знаете эту историю о том, как мудрец Парашара, внук Васиштхи Муни, сын Шакти, сына Васиштхи Муни, хотел переправиться на другой берег Ямуны, и на переправе он встретил прекрасную девушку, которая источала зловоние. От нее исходил явственный рыбий запах, поэтому ее прозвали Матсьягандха, что значит «пахнущая рыбой». Все знают, как пахнет рыба, она пахнет не очень приятно. И аромат, который исходил от Сатьявати, находился в очень ярком противоречии с ее прекрасной, привлекательной внешностью. История, связанная с ее рождением, слишком долгая, чтобы рассказывать, о том, как Упарачара Васу отравился в лес поохотиться, и в результате у него неожиданно появилась двойня во чреве рыбы. Ну, в общем, это одна из тех самых историй, которая может зародить сомнение в сердце неверующих и которая наполнит счастьем сердце верующего: «Мой Господь может все! Он даже такие чудеса устраивает».
Матсьягандха, или Сатьявати, родилась из чрева этой рыбы, и поэтому неудивительно, что запах, который исходил от нее, в общем-то, был связан с ее происхождением. Это был материнский запах.
Мудрец Парашара воспользовался ее услугами. А он был великим астрологом, и до сих пор есть шастра, которая называется «Парашара-хора-щастра». Многие люди подвергают сомнению ее аутентичность, но суть не в этом. Независимо от того, кто написал «Парашара-хора-шастру», Парашара был великим астрологом. И когда он посмотрел на сочетание планет, а это был как раз тот самый день, о котором мы рассказываем, когда он увидел, как полная луна находится в Уттарашадхе, замечательной, стабильной накшатре, и увидел все остальное расположение, он понял, что это тот самый миг, когда в мир должно прийти великое воплощение Господа. Господь, разумеется, не подчиняется законам кармы, но Он их уважает, так как это законы, установлены Им Самим, и, соответственно, если Он не будет их уважать, то кто будет их уважать. Поэтому, когда Он приходит в этот мир, Он выбирает определенный день, характеризующийся очень благоприятными знаками или благоприятным расположением планет.
Так Парашара Муни понял, что великое воплощение Господа готово прийти, и нужно помочь Ему прийти. И, так как, в общем-то, никого подходящего рядом не было, была только Сатьявати, он сказал: «Похоже, что Господь решил прийти через тебя». Она, естественно, удивилась такому предложению. Я так полагаю, что она была приятно удивлена в конечном счете. И Парашара Муни пообещал ей, что она сохранит свою девственность и одновременно с этим избавится от неприятного запаха, который порядком портил ее жизнь. Но от такого предложения трудно было отказаться. Вьясадева появился сразу же, ему не нужно было мучиться во чреве матери в течение девяти месяцев, или десяти лунных месяцев. Он появился сразу же, там, на острове, посреди Ямуны. И хотя иногда говорится, что по недоразумению на некоторых изображениях Вьясадеву изображают очень некрасивым, на самом деле он — воплощение Господа, он не может быть некрасивым. Он сама олицетворенная красота, мудрость. знание, он гьяна-аватара Господа, и он, конечно же, очень красивый. Некрасивым, уродливым он предстал только перед Амбикой и Амбаликой, потому что они не могли оценить Его красоту. Господь принимает разные формы и обличия, облики в зависимости от того, как мы готовы его увидеть. Если мы готовы увидеть Его красоту, Он откроет нам Свою красоту. Если в нашем сердце живет страх, то Он предстанет перед нами в страшном облике. Он идеальным образом откликается на нашу эмоцию, или бхаву. И Вьясадева, появившийся перед Матсьягандхой и перед Парашарай Муни, поклонился своему великому отцу и поклонился своей матери и сказал: «Мне некогда, у меня много дел, и я сейчас пойду, я, в общем-то не буду обременять твою жизнь своими детскими играми, потому что люди не поймут, как это вдруг произошло. Но, если я буду тебе нужен, просто подумай обо мне. В тот же самый миг, когда ты станешь медитировать на меня, будешь думать обо мне, я появлюсь перед тобой». И на протяжении «Махабхараты» несколько раз Сатьявати прибегала к помощи своего сына.
А Шрила Вьясадева, он стал редактировать Веды, он стал сортировать мантры, которые были расположены в беспорядке. Он разделил их на четыре части, мы все знаем из «Шримад-Бхагаватам» всю эту историю. И потом после того, как он рассортировал Веды и сделал Веды удобными для обращения, объяснил, как нужно петь Веды, научив рецитировать, декламировать Веды, научив четырех своих учеников, передав каждому из них Веду: Пайле Риши — «Риг-веду», Джаймини Риши — «Сама-веду», Суманту, или Ангирасе, — «Атхарва-веду», Вайшампаяне — «Яджур-веду».
После этого Шрила Вьясадева сделал нечто удивительное. На самом деле мы все в каком-то смысле — плод этого труда Вьясадевы. Мы никогда с вами не поняли бы смысл преданного служения, если бы Вьясадева логически не… Мало того, что он чисто ритуально отредактировал Веды, он еще и привел их в стройную, законченную, гармоничную философскую систему, написав «Веданта-сутру». И это нечто совершенно невероятное. И я никогда не слышал о том, занимается ли этим, скажем так, обычный Вьяса, который приходит в Кали-югу, чтобы помочь людям, но, безусловно, это сверхчеловеческое деяние.
Школа Веданты, к которой мы принадлежим, которая породила всех великих ачарьев и великое движение бхакти, и в конце концов Чайтанья Махапрабху пришел для того, чтобы принять Веданту, эта школа Веданты — это самая поразительная школа. И это труд, который совершил Вьясадева — привести абсолютно, на первый взгляд, хаотичные, несвязные, противоречащие как будто бы друг другу утверждения Упанишад, свести их в одну единую, логическую, гармоничную систему, показать, какие практические следствия из этого, к чему человек придет, если он будет следовать этому, мог только гений Вьясадевы, чей День явления мы сегодня празднуем.
И это задача гуру, задача всех последователей Шрилы Вьясадевы — дать людям законченную, логичную систему, которой можно пользоваться, которая убедит нас на уровне нашего интеллекта, которая даст нам энергию следовать по этому пути и поможет нам в конце концов преодолеть препятствия, с которыми мы неминуемо столкнемся. Если у человека нет этой законченной системы, если его не припереть в угол логикой, если ему не доказать, что только так и не иначе, никак иначе не может быть, оно вот так, это так, не сделать далеко неочевидные истины, изложенные в Ведах, очевидными, логически понятными и ясными, то человеку будет очень сложно идти по духовному пути. Поэтому все последователи Вьясадевы, все великие учителя, великие ачарьи, которые приходили, они занимались именно этим. До Чайтаньи Махапрабху и Гаудия-вайшнавов они писали комментарии на «Веданта-сутру», объясняя, или растолковывая, всю эту философскую систему, интеллектуальную систему, абсолютно гениальную и все практические выводы и следствия, а также результаты, к которым мы можем прийти.
К сожалению, в ИСККОН нет традиции изучать «Веданта-сутру», но неплохо сделать экзамен по «Веданта-сутре» для первой инициации, хотя бы для второй. Это сильно облегчило бы задачу гуру и отсеяло бы всех людей, которые хотят просто приятно проводить время.
И Шрила Вьясадева сделал это — он создал «Веданта-сутру», и он понял, что, к сожалению, даже «Веданта-сутра» не сработает в этот век. Это факт. Мы видим, что несмотря на то, что великие учителя объясняли «Веданта-сутру», основали эти Движения, в конечном счете бо́льшая часть людей, их последователей, так и остается как бы очень энтузиастичными, как принято у нас говорить, бхактами, вполне свободными от понимания тонкостей «Веданта-сутры». Он понял, что для кого-то это нужно и даже необходимо, в высшей степени необходимо, но бо́льшая часть людей не оценит это, и поэтому он написал следующий труд — «Махабхарату». И это еще одно абсолютно гениальное творение Вьясадевы. В самой «Махабхарате» говорится, что все то, что есть в других метах, есть в «Махабхарате», а всего того, чего нет в «Махабхарате», нигде в других местах нет. То есть это абсолютно всеобъемлющий труд, энциклопедия культуры, энциклопедия обрядов, энциклопедия философии, и ядром этого является «Бхагавад-гита». Чудом Шрила Вьясадева изложил философию Веданты понятным образом. Он взял это гигантское творение и сконцентрировал его до семисот стихов. Понятно, что он повторял слова Кришны, но он изложил их своим образом. И все равно мы утверждаем, что Вьясадева, он также автор «Бхагавад-гиты». Понятно, что она сошла с лотосных уст Самого Бхагавана Шри Кришны, но, тем не менее, это тоже его заслуга — сохранить, передать в неприкосновенности «Бхагавад-гиту». И вот «Бхагавад-гита» — уже, конечно же, гораздо более популярное творение Шрилы Вьясадевы.
Но даже в этом случае он не был удовлетворен, он оставшиеся мантры, мантры, которые не вошли в состав четырех Вед, разделил на восемнадцать Пуран, мы знаем это. Можете представить себе, сколько оставшихся мантр там было, чтобы они составили восемнадцать гигантских произведений. Одна «Сканда-пурана» — семьдесят тысяч стихов, семьдесят две или семьдесят одна, «Падма-пурана» — пятьдесят тысяч, «Шримад-Бхагаватам» — восемнадцать уже в законченном варианте, «Вишну- пурана» — двенадцать тысяч стихов. Он составил Пураны, «Вишну-пурану» написал Парашара Муни, его отец, но обычно мы говорим, что все восемнадцать Пуран его, потому что в любом случае это его наследие.
И даже в этом случае он не был удовлетворен. Он позаботился о том, чтобы всё ведическое знание передавалось. Это другое достижение тоже немаленькое, потому что можно что-то написать, и обычно человек, который что-то пишет, как бы его не очень волнует, что будет дальше с тем, что он написал. Возиться с тем, чтобы создавать целую школу, со всей головной болью, связанной с этим, возиться с тем, чтобы учить своих учеников, еще и убедиться в том, что они все правильно поняли как следует и могут без искажения передать это, — это уже совсем другой талант, совсем другое достижение. Он позаботился об этом, передал ученикам эти Веды, от каждого из учеников пошло много шакх, много ответвлений. У одной «Сама-веды» —тысяча шакх, ответвлений, У «Риг-веды» — двадцать одна, у «Яджур-веды» — сто, у «Атхарва-веды» — девять шакх. То есть возникло тысяча сто тридцать шакх, тысяча сто тридцать школ ведического знания, по которым передавалось все то, что сделал Вьясадева.
Представьте себе на минуту масштаб этого гения. Он сделал все это. И это не какая-то мифическая история, потому что реально до сих пор, несмотря на Кали-югу, несмотря на деградацию, «Махабхарата» есть. Какое-то количество этих школ, или шакх, до сих пор осталось, и люди по-прежнему передают без искажения эти ведические гимны, которые отредактировал Вьясадева. По-прежнему люди изучают «Веданта-сутру», и «Веданта-сутра» есть, как минимум это надо признать. Ну и восемнадцать Пуран тоже есть.
Теперь представьте себе труд, который он проделал. Мало было написать, надо было еще передать это, объяснить и организовать, то есть это был целый университет, гигантский изначальный университет, по которому передавались все эти отрасли знаний. Помимо этого, много другого — санскрит и так далее. Все это в конце концов идет от Вьясадевы, от того самого изначального гуру, чье явление мы празднуем сегодня, чтобы мы прониклись величием того, чьими последователями мы являемся.
Ну и в конце концов мы знаем, он написал «Шримад-Бхагаватам». И если Веды он мог передать каким-то посторонним людям, пусть гениальным, но тем не менее посторонним, то «Шримад-Бхагаватам» он мог доверить только своему собственному сыну. Ромахаршане Суте, который тоже по преданию является его сыном, появившимся не из чрева матери, а таинственным образом, из экстаза Вьясадевы, он передал восемнадцать Пуран. Но «Шримад-Бхагаватам» он сохранил только для Шукадевы Госвами, для своего кровного сына.
И вот тут, говоря об этом, мы пытаемся понять, собственно, что же должен делать гуру в нашей жизни, что это за личность и какова роль его в нашей жизни, что он делает. Он как минимум должен попытаться объяснить, что сделал Вьясадева, чем я и пытаюсь заниматься сейчас. И в идеале он должен учить именно тому же самому. Он должен учить как минимум каким-то началам ведических знаний. Понятно, что у нас нет с вами адхикара для того, чтобы изучать Веды, но Пураны, «Махабхарату», «Веданта-сутру» мы должны до какой-то степени знать и получить это от своего гуру. Очень важно получить это по парампаре, а не просто придумать что-то, вообразить, создать какую-то свою новую философскую школу. Нет никакого смысла создавать свою новую философскую школу, дай Бог понять, что в старых философских школах говорится.
Гуру должен обладать как минимум смирением для того, чтобы принять то, что он получил по парампаре и попытаться учить этому своих учеников и своих последователей. Попытаться объяснить своим ученикам и последователям, насколько важно то, что мы получили по парампаре, насколько ценно, нигде в другом месте этого нет. И, наоборот, все то, что нам нужно, все то, что есть в других местах, есть тут, и больше того, гораздо больше есть у нас. Это обязанность гуру как последователя Вьясадевы.
В некоторых традициях именно в этот день, Гуру-пурниму, празднуют, или чествуют, также духовного учителя как последователя Вьясадевы. Мы не придерживаемся этой традиции, но, тем не менее, мы свято следуем этому принципу: изначальный гуру — это Вьясадева. Он дал нам все что нужно, и он рассеял тьму невежества: ом̇ аджн̃а̄на-тимира̄ндхасйа / джн̃а̄на̄н̃джана-ш́ала̄кайа̄.
Гуру, поэтическая этимология этого слова — слог гу означает «тьма», «невежество», ру означает «тот, кто рассеивает». Гуру-пурнима, не даром в эту ночь луна полная, и эта луна полностью рассеивает тьму. Если ночью в полнолуние выйти, то все залито светом, кажется будто бы, что все залито белым светом. Так вот, гуру — это тот, кто рассеивает эту ночь. Чем? Светом знаний. Для этого он сам должен впитать в себя этот свет знаний. Так работает гуру-парампара. Он должен попытаться впитать, вобрать в себя этот свет, это знание и дальше передать его по парампаре и воодушевить, что самое главное, своих последователей передавать его дальше. Потому что говорится, что единственный способ как-то отблагодарить гуру за то, что он нам дал, за те знания или за те ценности, которые он передал, есть единственный способ это сделать. Невозможно отблагодарить его по-другому, можно только начать пересказывать то, что мы услышали от него, то, что мы поняли, то, что мы усвоили от него. И, так или иначе, подключившись к этой парампаре, и это можно делать по-разному, в разных формах, в разных вариантах, но каждый человек должен это делать. Шрила Прабхупада, одно из его совершенно невероятных достижений заключается именно в этом —он смог вселить энтузиазм в своих последователей продолжать его дело.
Вчера, я уже говорил, я общался с этой журналисткой, репортером, мне очень понравилось это общение. В один момент она говорит: «А можете объяснить, каким образом ИСККОН, ведь много есть организаций и более древних, и более устоявшихся, и более традиционных, каким образом ИСККОН вдруг стал самым главным носителем ведического знания во всем мире?» Начало моего ответа было в том, что «спасибо, что сказали, я, честно говоря, находясь внутри ИСККОН и зная только о его проблемах, не мог до конца оценить это». Это то, как смотрится со стороны. И один из аспектов секрета успеха ИСККОН заключается именно в этом — то, что каждый член ИСККОН в какой-то момент начинает понимать: мой священный долг — нести это дальше. Я должен так или иначе, в том или ином виде как-то дальше продолжать это. Это неважно как, необязательно для этого становиться джагат-гуру или еще кем-то, но это обязанность ученика. Если ученик хочет отблагодарить гуру, то он должен продолжать его дело, по мере своих сил и возможностей передавать тот же самый сигнал. И время для этого точно пришло. И похоже, что нам нужно будет сыграть какую-то свою очень важную роль в том историческом процессе, свидетелями которого мы являемся. Не просто быть его свидетелями, но быть его непосредственным участниками. Почему? Опять же, потому что особое воплощение Господа пришло в образе Вьясадевы. Создал это удивительное совершенно явление ведической культуры, по сути дела, он. Вся ведическая культура — это «Махабхарата» и Пураны, ну и немножечко, чуть-чуть Веды и чуть-чуть «Веданта-сутра», но по большей части это то, что Вьясадева оставил нам.
И сегодня мы собрались для того, чтобы, с одной стороны, оценить, что же мы получили по нашей парампаре, а с другой стороны, подумать, что это означает для нас, к каким практическим выводам мы должны прийти и как нам нужно действовать для того, чтобы действительно стать не какой-то тупиковой ветвью духовной эволюции, а продолжать оставаться в этом самом мейнстриме. Как нам нужно самим с очень большой трепетностью относиться к посланию, которое передал Вьясадева, и как нам нужно пытаться без искажения передавать его другим.
Ну вот, собственно, то, что мне хотелось сказать.
И, так как у нас сегодня небольшая церемония инициации, посвящения, мне хотелось два слова сказать по этому поводу. Посвящение — значит «подключение к этой самой парампаре». А подключение к парампаре означает кардинальную перемену наших собственных представлений о себе. Мы становимся частью какого-то другого социума. Мы, получая посвящение в нашу сампрадаю (сампрадая — это, строго говоря, школа, но можно также сказать, что это некий социум. Сампрадая — это социальное явление) и становясь членом этого другого социума, устроенного по-другому, устроенного по другим принципам, на других основах, на других ценностях, становясь членом этого социума, мы также как бы объявляем, что «все, я по-другому мыслю себя, я по-другому понимаю себя». И есть некие фундаментальные ценности, которые нужно принять и которые очень сильно расходятся с ценностями, принятыми в современном обществе. И одна из них, конечно же, первое — это уважение к старшим. Эта ценность, которая, к сожалению, позабыта в современном обществе, она не просто позабыта, а ее систематически уничтожают, устраняют, пытаются ее стереть. В западных школах, мне в Израиле рассказывали, что ученики должны называть учителя на «ты» и только на «ты». И положить ноги на парту перед учителем — это нормальное явление, это совершенно нормально, «Софа стерпит, проблем нет». Это некая вещь, которая систематически уничтожается, хотя она абсолютно естественна для человека. Человеку естественно принимать какой-то авторитет. И это то, что мы делаем, когда мы подключаемся к этой парампаре, к этой сампрадае. Мы принимаем огромную цепь авторитетов, которых мы принимаем безоговорочно. Это не значит, что мы выключаем разум, принимая их, но мы сначала принимаем, а потом, включая разум, стараемся понять, почему мы это приняли.
И Вьясадева, он стоит во главе этой иерархии нашей сампрадаи. От него идет длинная цепочка духовных учителей, которых мы принимаем, принимаем безоговорочно, пытаемся понять и пытаемся определить. Но, помимо этого, естественно, есть четыре регулирующих принципа, следование которым символизирует также принятие четырех ценностей: ценности милосердия, чистоты, аскезы и честности, правдивости.
И для этого нам нужны личные отношения с духовным учителем. Можно войти в какой-то социум и оставаться некой маленькой имперсональной частью этого социума, в своей скорлупе, со своими проблемами, со своими тараканами. Но, если мы хотим полностью социализироваться, нам нужны отношения. Социализация значит «отношения», и отношения с другими вайшнавами, с духовным учителем помогают нам ощутить себя частью другого социума, другой системы, другой системы ценностей, всего другого.
Сегодня наверняка вы видели: целую ночь люди шли, уже вчера люди шли потоками, со всего Враджа они приезжают сюда деревнями для того, чтобы выразить почтение их гуру. Гуру всего Враджа — это Гирирадж-Говардхан, и они пришли для того, чтобы этому бабе́, этому гуру, выразить свое почтение.
То есть первое — мы принимаем что-то, становясь частью, саму систему, систему ценностей, систему авторитетов непререкаемых, и принимаем это с внутренним почтением, стараясь сделать его максимально нашим, не просто каким-то навязанным нам. И вместе с этим мы принимаем ценность сострадания, ценность правдивости, ценность чистоты, ценность аскезы. И самое главное — мы принимаем ценность святого имени, и эта ценность святого имени практически проявляется у нас. Но в конце концов мы становимся слугами. И слуги значит — слуги Кришны, слуги парампары и слуги всех вайшнавов.
В Шри-сампрадае (я сейчас так или иначе очень тесно общаюсь с этой удивительной школой) Рамануджачарья говорил, что самое высшее средство спасения — это служение вайшнавам, что служение вайшнавам ценится гораздо больше, чем служение Самому Богу, потому что Сам Бог становится растроганным, когда Он видит, как кто-то служит Его преданным. Он так любит Своих преданных, что, когда Он видит, что кто-то начинает служить преданным, то Его сердце плавится и открывается навстречу этому человеку.
Так что, получая посвящение, мы становимся слугами огромного количества господ, и это очень непросто — по-настоящему служить. Но это важно. Это тот самый переворот, кардинальный переворот в нашей жизни, который должен произойти, когда мы подключаемся к парампаре.
Вот, собственно, это было небольшое предисловие к самой главной части нашей программы. Мы дадим посвящение целым пяти человекам. Один из них присутствует здесь, четверо других виртуально вместе с нами, или, как говорит Кришнананда прабху, мысленно с нами. И я подумал, что это, в общем-то, для нашего продвинутого века не такое уж плохое соотношение виртуальной реальности, настоящей реальности: двадцать к восьмидесяти. Могло бы быть и хуже.
Ссылка на лекцию: https://t.me/goswamiru/804
