Семинар о прощении, лекция 3

Семинар о прощении, V ретрит учеников, Магдалиновка, 2011 г.

Аннотация:

Описание психологии обусловленной души и психологии души, достигшей освобождения. Причины того, почему обиды позволяют нашему прошлому управлять нашим настоящим. Обиды мешают нам понять себя и мешают нам понять Бога, а прощение – наша глубинная природа, следуя которой, мы можем быть счастливы.

  Природа души – бхакти, природа души – любовь к Богу. А природа бхакти – это смирение, сострадание и прощение. И поэтому, когда материальная отделенность и, вызванная ею, слабость и гордыня заставляют нас обижаться на других, мы должны очень хорошо понимать, что это нечто прямопротивоположное самой природе любви, самой природе бхакти.

 ***

Сегодня у нас с вами очень важный день, потому что я буду говорить о глубинной духовной природе, способности прощать. Кто-то может воспринять все то, что мы говорили до этого, как некую разновидность психологии. Хотя, в сущности, ведические писания описывают психологию, психологию обусловленной души и психологию души, достигшей освобождения. Если взять «Бхакти-расамрита-синдху», то что такое «Бхакти-расамрита-синдху» по большей части? Это описание того, как действует сознание человека, обретшего любовь к Богу. Это психология.

Психология обусловленной души имеет свои свойства. И они тоже описаны в ведических писаниях: вожделение, гнев, жадность, гордыня, иллюзия, зависть. Что это такое? Психология. Это то, каким образом работает наше сознание, сознание, которое отделило себя или обрубило свою связь с Богом. И неизбежным образом в таком сознании, обрубившем свою связь с Богом, будут возникать эти вещи: вожделение, гнев, жадность и все остальное. Но сегодня мне нужно будет с вами говорить, рассуждать, думать над тем, почему способность прощать естественным образом, сама собой, появляется у человека, достигшего духовного совершенства. И каким образом мы можем эту способность обрести в процессе практики.

До сих пор мы говорили, в основном, не с самой высокой точки зрения. С высокой, но не самой высокой. В основном, речь шла об освобождении. Об освобождении от этого груза, об освобождении от груза кармы. И с нашей точки зрения, с точки зрения вайшнавов, гаудия-вайшнавов, мокша, что такое мокша? Мы знаем, что мокша придет к нам и будет говорить: «Пожалуйста, возьми меня». Мы скажем: «Иди своей дорогой». Она будет просить: «Пожалуйста!», а мы скажем: «Не, не, не, ни за что!» (смех). Харе Кришна.

В связи с этим, мне хотелось также, чтобы как-то завершить эту тему до какой-то степени, естественно, мы ее не завершим до конца, но мне хотелось привести слова Бхишмадева. Очень хорошие слова Бхишмы, который давал наставления в «Шанти-парве» Махарадже Юдхиштхире. И эта «Шанти-парва» – это как раз парва или раздел «Махабхараты», который объясняет, как обрести мир, спокойствие, свободу от тревог – освобождение уже в этой жизни. И он очень любопытную вещь говорит там. Он приводит развернутую метафору, и он говорит, что жизнь подобна бурной реке, бурной горной реке. И он объясняет, что в этой реке страшной, с водоворотами, которые уносят, к реке, в которую попав, очень сложно из нее вырваться, потому что она бьет, крутит, пороги там, водовороты. Он говорит, что берега этой реки – наши с вами сила и красота. Этот поток мчится между двух берегов, и эти берега – все то, что дает нам возможность гордиться собой. Именно в этих границах течет река нашей жизни. Дальше ум. Ум – это что такое? Это не просто течение, это скорость этого течения. Ум. Харе Кришна. Дальше он перечисляет, что на этой реке есть остров, и этот остров – это касание. На этой реке есть болотистые берега, эти болотистые берега – это запах. На этой реке есть вода, и вода в этой реке – это звук. А вкус в этой реке – это само течение. Иначе говоря, наша страсть или наше желание испытывать все, что есть здесь, в этом мире, на вкус, на звук, на касание, на форму – все это, так или иначе, уносит нас и несет нас по этому водовороту.

Дальше он, это описание проблемы, дальше он переходит к описанию решения и говорит, что тело человеческое – это что? Лодка. Лодка, на которой мы можем переправиться на тот берег этой страшной реки материального существования. Он говорит, что лодке, чтобы она была устойчивой, представьте себе эту бурную горную реку, где все бьет, мотает, булыжники, еще что-то такое, чтобы лодка была устойчивой, должен быть балласт. Что балластом в нашей с вами жизни является? Что придает устойчивость нашей жизни? А? Он говорит: «Приверженность истине». Когда я твердо опираюсь на истину, что бы ни было, куда бы меня ни бросало и как бы меня ни болтало, я буду устойчиво находиться в этой лодке, и она будет идти своим курсом. Он говорит, что есть еще одна вещь, помимо этого. Есть еще канат, который тянет нас в нужном направлении. Хотелось бы вам, чтобы был канат у этой лодки? Канатом этим, который тянет лодку, является духовная практика. Если человек занимается духовной практикой, то лодка будет идти нужным курсом, так или иначе, несмотря на волны, на все остальное. Он говорит, что нужен еще попутный ветер, и попутный ветер – это пожертвования, которые мы даем. И когда мы, так или иначе, отказываемся от чего-то, с трудом нами заработанного, это помогает лодке. Но еще нужно что? Чтобы лодка плыла в нужном направлении, что нужно? Весла нужны, правильно? Он говорит: «Прощение – это весло». Тем самым он подчеркивает эту очень важную вещь. Прощение – это весло. Если мы действительно имеем это весло в руках, то есть мы расстаемся с прошлым, которое пытается, так или иначе, управлять нашим настоящим. А прощение есть не что иное, как именно это, наша с вами способность лишить прошлое способности управлять нашим настоящим. Есть хорошее определение прощения: «Простить – значит, оставить надежду на лучшее прошлое». Я жду, пока дойдет (смех). Я понимаю: жарко, вкусный прасад…. Что происходит, когда человек не прощает? Где он находится мыслями? Когда у него остается все время боль, и он все время возвращается к этой боли, которую ему причинили, где он находится? В прошлом. Он живет в прошлом, у него есть якорь, который держит его и который тянет его назад.

Обида, если сравнивать или продолжать ту же самую метафору, обида – это якорь на этой лодке. Обида – это то, что мешает лодке идти вперед, а прощение – это то, что помогает лодке двигаться вперед в нужном направлении. И это очень важная вещь или очень важное понимание, которое должно к нам прийти в результате всего этого обсуждения, то, что если мы хотим идти вперед. Кто-то хочет идти вперед? Я не слышу достаточного энтузиазма в вашем голосе, поэтому…. Мне нравятся ваши верноподданические чувства. (смех) Но я хочу переформулировать свой вопрос. Вам хотелось бы, чтобы обида осталась с вами еще на пять лет? А на десять? А на двадцать? А теперь скажите, хотели бы вы всех простить? А если с «Хари бол»? Окей. Убедили. Еще раз, суть в том, что это якорь – все эти боли, которые мы пережевываем, которые мы мусолим, про которые мы говорим, что: «Вот, меня обидели, поэтому я не буду делать, поэтому все плохие, поэтому я хороший». Это все очень печальный трюк, который позволяет нашему прошлому управлять нашим настоящим, к сожалению.

И, чтобы этого не было, чтобы мы избавились от этого, мы должны реально научиться прощать, то есть отпускать все это. И очень важно понять, что простить нужно целиком. Иногда люди думают, что: «Я же простил, да, я уже не помню, в общем-то, почти не помню. Ну, правда, если он появится рядом, я не помню, я простил, но видеть я его не хочу». Как недавно я разговаривал с одним, типичная ситуация, муж с женой прожили какое-то время, искренне пожелали друг другу исчезнуть подальше, и мы идем с мужем по дороге, я спрашиваю: «Ну, как там?» Он говорит: «Да, я все простил, я все простил, я все уже, ничего у меня нет». Я говорю: «А вот, между прочим, туда, куда мы идем, там твоя бывшая…». «О, нет, я пошел. Ни за что! Никогда! Только не это…. Но я все простил». Очень важное это обстоятельство, о котором мы должны с вами хорошо помнить. Если мы простили, то мы должны простить целиком, потому что, оставляя даже немного внутри, мы оставляем яд внутри.

Представьте себе, что у вас какая-нибудь опухоль, и вы ложитесь на операцию, врач вам вырезает опухоль. И потом приходит к вам и говорит: «Операция прошла очень успешно, я вырезал девяносто пять процентов опухоли, а пять процентов оставил». Обрадуетесь вы этому?

Вот, и очень хорошо нужно понимать, каким образом реально понять, что мы простили. Есть несколько признаков, я сейчас просто перечислю это. Один из признаков того, что мы не простили, когда мы говорим: «Я готов простить, но сначала он должен извиниться». Или сначала должна произойти какая-то справедливость, с ним что-то такое должно произойти то же самое, что и со мной произойдет, тогда я его прощу. Или один из самых распостраненных признаков того, что мы не простили, хотя говорим, что простили, это когда мы с большим удовольствием и аппетитом рассказываем эту историю снова и снова, и снова. Или когда все детали этой истории, как он смотрел на меня, и как кривился его рот, и что он мне сказал, он мне такое сказал! Когда мы помним это, это что значит? Это значит, что мы простили, да? Но не совсем. Когда, так или иначе, или когда мы в принципе не можем найти ничего хорошего в своем обидчике, или нам очень сложно найти что-то хорошее в своем обидчике, или мы надеемся, что с ним случится что-нибудь такое же, чтобы он побывал в моей шкуре. Так или иначе, есть много признаков, по которым вы сами сможете все это в себе определить, но суть-то заключается в том, что если мы не простим человека, и если эта обида останется у нас, если мы, действительно, не изживем это все и не поймем, что Кришна послал нам все это, и нам нужно с благодарным сердцем принять все это, то велика вероятность того, что, умирая, мы вспомним о ком? О Кришне, да? Вспомним о своем обидчике, и кем мы родимся? Мы родимся кем-то, кто ему отомстит. Мы родимся рядом с ним, мы родимся кем-то, кто будет очень дорогим и близким ему, потому что именно дорогие и близкие могут отомстить полностью. Харе Кришна.

Кто-то хочет родиться снова? Я вопрос на засыпку. А если серьезно, кто-то хочет родиться снова? Вы уверены? Представьте себе, как это приятно. Вы находитесь в виде маленького червячка, и этот червячок растет неумолимо, и девять месяцев он сидит там, и вы питаетесь всем тем, чем питается ваша саттвичная мама (смех). И уже там приобретаете ее саттвичные привычки. Потом вы выходите на свет, и у вас начинается полная радости жизнь во младенчестве. У вас колики, газики. (смех) Точно не хотите? А потом вы становитесь совсем уже гордым малышом, который ходит повсюду и говорит: «Ээээ». А дальше – еще интереснее. Точно не хотите? Потом вы становитесь полным идиотом-подростком, идиотом, который думает, что он самый умный на свете и самый красивый, а все остальные – полные идиоты. Хотите еще раз стать подростком? Очень вам советую. (смех) Про все остальное я уже не говорю. Точно не хотите? Тогда простите, пожалуйста, всех ваших обидчиков, даже если они преданные. (смех) И простить нужно полностью, в этом смысл был первой части моего рассказа.

Теперь мы переходим к самому главному, о чем мне хотелось поговорить сегодня, к очень важной части. Шриле Прабхупаде однажды задали вопрос, чем человек отличается от животного. Как бы вы ответили на этот вопрос? Наличием разума, еще чем? Свободой выбора, способностью познать Бога, еще чем? Способностью иметь больше, чем ему надо, способностью любить – животные тоже любят, Харе Кришна тоже иногда повторяют, если попугаи там или еще кто-то. Так или иначе, нет, и не способностью прощать, это было бы слишком, слишком для семинара нашего. Слушайте, какой важный ответ дал Шрила Прабхупада. Почему важный? Потому что все то, что вы говорите, немножечко впереди находится.

Шрила Прабхупада своим ответом определил, с какого момента человек действительно начинает отличаться от животного. Познать Бога – понятно, но кто реализует эту способность? Если честно. Много ли людей реализуют эту способность? Ответ Шрилы Прабхупады очень четко обозначает границу или ту точку отправную, с которой человек становится человеком. Не слишком далеко туда, но очень в точку. Шрила Прабхупада сказал, что человек отличается от животного способностью задать себе вопрос: «Почему я страдаю?». Чувствуете, да? Как в точку. Это тот самый момент или та самая отправная точка, с которой по-настоящему реально начинается человеческая жизнь. До тех пор, пока человек себе этот вопрос не задает, его жизнь мало чем отличается от жизни животного. Животное тоже страдает, и человек страдает, но человек спрашивает: «Почему?» И вот тут мне хотелось чуть-чуть прояснить, почему я сказал, что вопрос: «За что?» Так? И можно задать две формы этого вопроса. Этот вопрос: «Почему я страдаю?» можно сформулировать двояко: «За что?». Да, правильно? Правильно? А можно сформулировать этот вопрос: «Какой урок я должен из этого извлечь? То есть, чему я должен научиться?» За что? И очень важно правильно задавать или правильно формулировать вопрос. Вопрос «за что?» волей-неволей настраивает нас, на какой лад? Ну, да, да. Жалко себя, правильно? Жертва: «За что?». И даже я понял, за что, все равно есть некая пассивность в этом.

Что дальше отличает человека от животного? Что, ответив на этот вопрос, если он правильно поставил себе этот вопрос, он может пойти дальше, он может продолжить свое путешествие в эту сферу человеческой жизни. И вопрос, собственно, правильный: «Чему я должен из всего этого научиться? Какой урок я должен для себя извлечь?» И, собственно, об этом и идет речь. Что мы с вами делаем на протяжении этого семинара? Мы понимаем, что есть боль, и мы задаем вопрос: «Что это значит для меня?» И ответ на этот вопрос очень простой. На самом деле, ответ на этот вопрос универсальный во всех ситуациях. Если человек задает себе вопрос: «Почему я страдаю?», то есть, иначе говоря: «Что я делаю не так?», то какой универсальный ответ можно дать на этот вопрос? Что мы делаем не так, в результате чего мы страдаем? Кто-то может общий ответ универсальный на все такие ситуации дать? Действуем не как, не так? Как обусловленные души, близко. Потому что мы не слышим Кришну, еще. Отвернулись от Бога, тоже все правильно. Считаем себя телом. Не хотим учиться, так. Я ищу один очень важный ответ, разные аспекты которого люди приводят. Cчитаем себя телом – в принципе, правильный ответ. А? Ближе всего, забыли свое истинное положение. Ответ, который я хотел от вас получить, и, в принципе, вы мне его дали, я вам очень благодарен, подсказали мне. Точный ответ на этот вопрос заключается в очень простой вещи. Если я страдаю – это значит, что я действую вопреки своей природе. Вот и все. Это значит, что мои действия, так или иначе, расходятся с моей природой, потому что всякий раз, когда я нарушаю свою природу, предаю свою природу, действую вопреки своей природе, возникает страдание, которое есть всего лишь навсего индикатор того, что я отклонился от своей собственной природы.

И обида, мы с вами смотрели или говорили об этом, это источник страданий. А как по-другому называется природа человека на санскрите? Дхарма, правильно. Дхарма. Шрила Прабхупада объясняет, что глубинное значение слова дхарма – это природа. Иначе говоря, действовать вопреки своей природе – значит, нарушать дхарму. И всякий раз, когда я нарушаю дхарму, я буду испытывать это как ментальную боль, как возбуждение, как страдание, и это будет доказательством того, что возникло некое противоречие, нет гармонии меня с самим собой, со своей природой. В этом проблема. Человек может очень сильно отклониться от своей природы или от своей дхармы. И что мне хочется этим рассуждением вам сказать, то, что прощение – это что? Это наша природа, совершенно верно. Что в глубинном смысле способность прощать – это природа души, это духовная природа человека, и я надеюсь, что я смогу это доказать вам. Это не просто голословное утверждение, мы сейчас пришли к этому пониманию. А обида, что такое в связи с этим? Да, это нарушение нашей природы, это искажение нашей природы, это свидетельство того, что так или иначе, мы искажаем свою природу или действуем вопреки ей.

И есть еще одна духовная причина, по которой нужно прощать. Первая причина заключается в том, что, если я хочу счастья, я должен действовать в соответствии со своей природой, а это значит, я не должен обижаться и должен научиться прощать. Одна простая вещь – это моя дхарма, это моя обязанность, это нечто, что соответствует природе духа.

Вторая причина, пожалуй, еще более важная для нас с вами. Есть хорошая фраза, на английском языке я ее прочту, потому что она на английском звучит красивее, чем на русском. Я переведу для тех, кто английского не знает. The shadows of resentment keep our spiritual life from shining through, never allowing us to experience who we really are. И перевод этой очень красивой фразы, что тени обиды мешают нашему духовному свету пробиться наружу, таким образом, не позволяя нам соприкоснуться с самим собой. Иначе говоря, другая очень важная духовная причина, по-настоящему духовная причина, потому что нам нужно научиться прощать и не обижаться, заключается в том, что обиды помешают нам понять себя и помешают нам понять Бога. Обида будет препятствием или гнев, злоба будет препятствием на нашем пути к Богу. Есть препятствие на нашем пути, не будет, а есть препятствие, помимо всех остальных проблем. То есть, эти две духовных причины, то, что это дхарма – природа души, я должен действовать в соответствии со своей природой, и если я не буду этого делать, в конце концов, все это заслонит от меня Бога.

И я уже говорил об этом, но мне хотелось бы еще раз повторить или подчеркнуть этот момент, что причина обиды – гордыня. Я говорил, что причина обиды – невежество, или гнева, невежества, но невежество превращается в гордыню, гордыня превращается, соответственно, в обиду. И послушайте, что пишет об этом Толстой. Это одна из самых удивительных цитат из всего семинара, мне она очень нравится, потому что она очень тонко объясняет, что происходит со мной, когдя я обижаюсь. Вот, что он пишет: «Если я знаю теперь, – а я думаю, что теперь вы все знаете, – что гнев мой – это зло для души моей, то я знаю еще и то, что приводит меня к этому гневу». Слушайте, он приводит здесь очень интересную и глубинную духовную причину гнева моего. Он говорит: «Приводит меня к этому то, что я забываю то, что во всех людях живет то же, что и во мне». Любой редактор исправил бы Льва Толстого, но так как это Лев Толстой, то редактировать его нельзя. Поэтому я прочитаю снова: «Приводит меня к гневу то, что я забываю то, что во всех людях живет то же, что и во мне».

Слово «что» повторено три раза, слово «то» тоже повторено три раза в одном предложении. Но это Толстой. И что он нам говорит? Он нам говорит, что причиной гнева является забвение изначально моей собственной духовной природы и вытекающее из него забвение того, что я не вижу в других людях душу. Я не понимаю, что они душа, и я сам считаю себя телом, и я к другим отношусь как к телу, и начинаю мстить им. Слушайте, что он дальше говорит, потому что у этой мысли есть очень глубокое продолжение. Очень глубокое. «Я вижу теперь то, что это отделение себя от людей и признание себя выше других людей – одна из самых главных причин моей вражды с людьми. Вспоминая свою прежнюю жизнь, я вижу теперь, что я никогда не позволял разгораться своему враждебному чувству на тех людей, которых действительно считал выше себя. Я никогда не оскорблял их, но зато малейший неприятный для меня поступок человека, которого я считал ниже себя, вызывал мой гнев на него и оскорбления. И чем выше я считал себя перед таким человеком, тем легче я оскорблял его. Иногда даже одна, воображаемая мною низость положения человека, уже вызывала с моей стороны оскорбления ему».

Что хочет сказать нам классик русской литературы? Он хочет сказать нам очень важную вещь, что всякий раз, когда у нас появляется обида, это означает, что так или иначе мы опустили человека как минимум на свой собственный уровень. Как правило, мы начинаем гневаться, ревновать, злиться, проявлять какие-то другие чувства только по отношению к тем, кого мы в своем сознании сами опустили. Проблема заключается в том, что со времен Великой французской революции, которая, если мне не изменяет память, произошла в 1794 году. Правильно, да? Ну, в общем, когда-то тогда. А может быть в 1768 году. Так вот, был провозглашен замечательный лозунг. Какой лозунг был провозглашен тогда? Свобода, равенство и братство. И мы все – жертвы этого лозунга. Мы все с вами – печальные жертвы этого лозунга, потому что, на самом деле, что они хотели сказать? Они хотели сказать: «Что хочу, то и делаю. И все негодяи». Равенство, если я считаю других, это величайшая беда нашего общества, то, что люди действительно реально считают, что все равны. Все равны – значит все хуже, чем я. Вот и все. Правильно? Все равны – это значит, что у меня есть право оскорблять всех и каждого. Правильно? Потому что, если я действительно чувствую высоту другого человека, я никогда не буду обижаться на него, у меня не хватит сил на это. Хотя иногда, может быть, мы обижаемся, но значит что-то не так, значит, каким-то образом не так мы воспринимаем.

В моей жизни была, ну, скажем так, история, когда человек, которого я считал во всех отношениях выше себя, реально искренне считал выше себя, стал делать какие-то странные вещи. И многие на него обиделись вокруг меня. Но я никак не мог на него обидеться. Я пытался на него обидеться, я уже был готов на него обидеться, я уже, я слушал, как другие на него обижались. Я не мог на него обидеться. Я до сих пор не обижен на него. Почему? Это очень важный урок, которым мне хотелось поделиться с вами. Потому что обида не живет в сердце, в котором живет благодарность. Есть два прямопротивоположных чувства. Благодарность и обида. Если сердце человека облагорожено этим чувством благодарности, то обида в таком сердце никогда не поселится. И если мы реально хотим простить кого-то, то это тоже очень важный инструмент в наших руках. Чтобы простить кого-то, мы должны вспомнить или попытаться преисполниться благодарности к этому человеку, если есть за что. Если нет за что – другое дело. Или, по крайней мере, увидеть высоту этого человека, которая есть у каждого человека. Опуская другого человека, обижаясь, злясь на другого человека, мстя другому человеку, я реально делаю именно это. Я принижаю его, и очень часто для того, чтобы обидеться на другого человека, для того, чтобы разозлиться, для того, чтобы доказать себе свою правоту, что я делаю с образом другого человека? Я демонизирую его, правильно? Я окарикатуриваю его. Если любой нейтральный человек подойдет ко мне, я начну описывать своего обидчика, он подуемает: «О! Это же исчадие ада!» Но потом, встретившись с этим человеком, он никогда не узнает в нем его, потому что в своем сознании мы опустили его. Мы его полностью там окарикатурили, там приписали ему всевозможные плохие качества, те, которые у него есть, и те, которые мы у себя нашли и приписали ему. Обычно именно это происходит. Только это происходит, когда мы делаем это. И если мы хотим избавиться от обиды, нам нужно увидеть человека по-настоящему. Нам нужно увидеть его хорошие качества. И, увидев его хорошие качества, мы не сможем на него обижаться. Вот и все.

Хотел рассказать вам важную историю в связи с этим. Это история из «Шримад-Бхагаватам». Это история о том, как работает наш ум. Это история из первой песни «Шримад-Бхагаватам». И я уже за последние несколько дней несколько раз ее рассказывал. Она требует от рассказчика полной отдачи эмоциональных сил, чтобы перевести вас по-настоящему в атмосферу этой истории. Эта история, с которой, по сути дела, «Шримад- Бхагаватам» начинается, потому что рассказ мудрецов Наймишараньи, Суты Госвами мудрецам Наймишараньи начинается с этого момента. Это седьмая глава после того, как окончилось введение в «Шримад-Бхагаватам», после того, как описано введение Вьясадевы на берегу реки Сарасвати, когда он увидел Бога, увидел душу обусловленную, увидел майю, которая прячется, увидел болезнь души и увидел средство для избавления души от этой болезни, а именно бхакти-йогу. После того, как кончилась эта вводная часть, введение в «Шримад-Бхагаватам». Мудрецы Наймишараньи начинают рассказывать историю Парикшита, то есть, когда собственно «Шримад-Бхагаватам» был рассказан в первый раз, когда он стал достоянием всех людей. И начать эту историю можно было с любого места. Можно было начать историю с того момента, что Парикшит бросил дворец и сел на берегу Ганги, и пришел Шукадева Госвами. Но они выбирают очень важный момент. Они отправляются в ту точку, когда Парикшит еще не родился, когда Парикшит находился во чреве Уттары. И в связи с этим, рассказывают первый урок «Бхагаватам» о том, как Кришна испытывает преданного.

В «Бхагаватам» есть несколько описаний испытаний, которым Кришна подвергает своих преданных. И это достаточно суровые испытания. Мы знаем, что когда гопи пришли к нему, оставив позади своих мужей, свои дома, своих детей, побросав все, Кришна, что им сказал? Кришна сказал: «Интересно, а что это вы тут ночью делаете? Девушки по ночам по лесу не ходят». А потом Он сказал: «О, вы наверно пришли полюбоваться на красоту ночного леса, освещенного полной луной. Почему бы вам не отправиться обратно? Вас там ждут ваши мужья». Представьте себя на месте гопи. Я думаю, что это не трудно будет сделать. Бросили все, оставили все, убежали, вы не думаете о том, что будет в будущем, ради Кришны вы пришли. Кришна улыбается и говорит: «Долг женщины –служить своему мужу. Почему бы вам не отправиться назад?» Это одно из испытаний, которым Кришна подвергает своих преданных.

Но первое испытание описано там в седьмой главе первой песни «Шримад-Бхагаватам», когда Ашваттхама, убивший пятерых сыновей Драупади и остатки армии Пандавов, уже после того, как битва закончилась после того, как все уже было завершено, во сне…. «Бхагаватам» начинается со слез Драупади. Это тоже любопытная вещь. Само повествование «Бхагаватам» начинается со слез преданной, великой преданной. Там говорится, что Арджуна подошел к Драупали, которая узнала об этом известии, о том, что пять ее детей…. На секунду, на мгновение представьте себя на месте Драупади. Вы выростили пятерых детей от пятерых любимых мужей. Они стали подростками, они стали юношами, они выросли, они налились соком, вы любили их, вы вложили в них всю свою любовь. И потом, после того, как уже битва окончилась, вы узнаете, что их ночью зарезал Ашваттхама, сын вашего учителя. Немилосердно зарезал, нечестно, во сне. Что почувствовала Драупади? Трудно испытать, трудно передать. Она почувствовала боль, агонию, обиду, унижение полное, отчаяние. Арджуна подошел и сказал, что: «Я утру твои слезы, когда принесу тебе голову твоего обидчика. И ты возьмешь голову обидчика, и, совершив погребальный обряд, когда тела твоих сыновей будут сожжены на погребальном костре, ты войдешь в воды Ганги и будешь совершать омовение, попирая голову убийцы твоих сыновей». Арджуна вскочил на колесницу, сказал Кришне: «Кришна, мы едем вдогонку». Ашваттхама стал убегать, мы знаем, что он выпустил брахмастру, чтобы, от отчаяния, чтобы спалить всех, уничтожить всех и вся. Арджуна, так или иначе, нейтрализовал эту брахмастру, он схватил Ашваттхаму, он связал его по рукам и ногам. И Ашваттхама, с бегающими от ужаса глазами, стоял, связанный, как животное.

И в этот момент Арджуна стал думать. Самое удивительное качество Арджуны, это то, что он думает. (смех) Тогда, когда другие не думают. Арджуна задумался, он посмотрел на Ашваттхаму, и Кришна увидел это. И Кришна стал его испытывать. Кришна стал говорить ему: «Арджуна, ты что думаешь? Думать не надо!» До сражения на Курукшетре Кришна говорил ему нечто прямо противоположное. Он говорил ему: «Арджуна, надо думать». Но тут Он ему сказал: «Арджуна, даже не думай об этом». Он стал приводить ему один за другим аргументы, почему Арджуна должен, не думая, не раздумывая, убить, уничтожить Ашваттхаму тут же. Он сказал: «Этот негодяй убил твоих сыновей, сыновей Драупади. Как он их убил? Жестоко, не милосердно, ночью, во сне! Мало того, что он сделал это, он нарушил дхарму. Он – атеист. Нормальный человек так не поступает. Нормальный человек не убивает безоружных. Нормальный человек не расправляется с младенцами безоружными во сне».

Дальше Он стал говорить, что человека, который живет только ради себя, ради своего собственного удовольствия, его нужно убить. Мощные аргументы? Хорошие аргументы? Если человек живет только ради самого себя, и ради самого себя готов уничтожить других, такой человек ради его же блага заслуживает гибели. И дальше он сказал: «И между прочим, Я Сам слышал, как ты Драупади обещал, что ты его убьеш». Он напомнил ему: «Ты – кшатрий, ты пообещал своей жене! Убей его!» Чувствуете, да? Что бы вы сделали на месте Арджуны? Дальше Он стал говорить: «Он настолько низкий. Падению его, степень его падения такова, что когда он пришел к своему хозяину и бросил хозяину голову убитых им детей Драупади, даже Дурйодхана скривился от отвращения, от призрения у нему. Даже Дурйодхана осудил его! Что же говорить о тебе?! Даже Дурйодхана его осудил! Этот человек, сгоревший остатки своей семьи, убей его!» Убьем? Виджай Кришна поддержал. Арджуна сказал на это Кришне: «Кришна, Ты – мой колесничий. Делай то, что я Тебе говорю. Мы едем в лагерь». Арджуна посадил Ашваттхаму, или он погнал Ашваттхаму впереди. Они приехали в лагерь. И они, он толкнул Ашваттхаму перед Драупади и сказал: «Я привез тебе убийцу твоих сыновей, я сделаю, как ты скажешь, не как Кришна мне сказал, а как ты скажешь».

Что сказала Драупади, когда увидела Ашваттхаму, стоящего перед ним? Кришна говорил то, что будет говорить нам наш ум. Кришна говорил, давал нам аргументы, с помощью которых мы можем разжечь в себе злобу, разжечь в себе месть, оправдать себя. И Кришна давал нам именно эти аргументы, которые нам ум будет подсказывать. Но Кришна испытывал, как по-настоящему поступает преданный. Как преданный поступает? Преданный прощает. Что стала говорить Драупади? Драупади стала говорить: «Отпусти его, это же брахман. А ты кто? Ты – кшатрий. Он же выше тебя! Как кшатрий может делать это с брахманами?! Как ты можешь это делать?! И, кроме того, он – сын нашего учителя. Мы всем обязаны нашему учителю! Учитель научил тебя стрелять из лука. Он – сын твоего любимого учителя, отпусти его». И Драупади стала говорить, что: «Мое сердце знает, что такое боль утраты любимого сына. Жена Дроначарьи, Крипи, не взошла на погребальный костер своего мужа только потому, что у нее оставался сын. И если сейчас мы убьем ее сына, что останется этой бедной женщине? Ты хочешь, чтобы она испытала то же самое, что испытываю я, но я никому не пожелаю того же самого. Отпусти Ашваттхаму».

И Юдхиштхира, конечно же, поддержал Драупади. И хотя Бхима кричал: «Убей его!», а Кришна испытующе смотрел на Арджуну, Арджуна сделал, как нужно. Он наказал его и вместе с этим простил. Он не стал его убивать.

И почему я привожу этот диалог или эту историю? Именно поэтому. Помните эту важную мысль: чтобы обидеться на кого-то, я должен спустить его на свой или ниже своего уровня. Но если я, пересилив себя, пересилив свою обиду, пересилив боль, смогу увидеть в этом человеке хорошие черты, это то, что я должен делать, то, чему я должен учиться, то тогда мне очень легко будет его простить.

Как, однажды, ученик пришел к Бхактисиддханте Сарасвати с жалобой. И он стал говорить на какого-то своего духовного брата, он стал говорить: «Гуру Махарадж, он такой негодяй! Он такое делает! Он это делает, он это делает». Бхактисиддханта Сарасвати посмотрел на своего ученика и неожиданно для него спросил: «Зачем тебе это?» Тот опешил от неожиданности: «Как это, зачем мне это?» Он говорит: «Зачем тебе это?» Он говорит: «Ну, я понимаю, я – духовный учитель, я вынужден видеть недостатки в других. Но тебе-то это зачем? Тебе-то какой толк от этого? Ты же можешь, у тебя же есть возможность не видеть недостатков в других? Ты же, слава Богу, еще не духовный учитель. Я не могу, я вынужден это делать, а ты пришел, у тебя полная свобода в этом смысле. Ты можешь не видеть недостатков, и, тем не менее, ты видишь». Это очень важный духовный принцип. Еще раз, мы говорим с вами о духовном аспекте этой проблемы. И духовный принцип заключается в том, что то, на что мы медитируем, это закон духовной жизни. То, на что мы медитируем, что делает в нашем собственном сердце? Расширяется. Заполняет наше сердце. И если мы медитируем на зло, на негативные качества, что случается с нашим сердцем? Да, оно заполняется чем? Злом. Оно заполняется дурными качествами. Медитируя на другого человека, на его неправоту, на его дурные качества, еще на что-то, мы тем самым открываем дорогу всему этому, куда? В наше собственное сердце. А если мы будем медитировать на хорошие качества, что будет с нашим сердцем? Да. Наше сердце очистится. Хотите, чтобы ваше сердце очистилось?

– Хари Бол!

Зачем тогда медитируете на плохие качества? Зачем тогда опускаетесь до этого? Зачем вам это? Запомните этот вопрос Бхактисиддханты Сарасвати: «Зачем тебе это? Какая корысть у тебя от этого? Никакой корысти нет».

И я хочу дать вам замечательное задание вспомнить своего обидчика или обидчицу и найти в них хорошие качества. Это будет сложно, почти невозможно. Но если чуть-чуть постараться. Еще раз, если мы реально будем медитировать на это, хотим мы добра для себя, хотим мы счастья в своем сердце. Что мешает нам это делать? Что мешает нам конкретно сосредоточиться на чем-то хорошем? И давайте поговорим несколько минут на эту тему. Хорошая тема.

Если вы не нашли ничего хорошего, это был метод Бхактисиддханты Сарасвасти, когда два обидчика приходили к нему, он говорил: «Ищи в нем что-то хорошее. Есть в нем что-то хорошее?» Он говорил: «Нету». Он говорит: «Ну, присмотрись внимательнее». Он обходил вокруг этого человека, присматривался и с трудом выдавливал из себя: «Шикха у него хорошая». (смех) Он говорит: «Хорошо! Хорошее начало. А еще что-нибудь есть?» Запомните эту простую вещь или этот простой закон: чтобы обидеться на человека, мы его обязательно демонизируем, обязательно окарикатуриваем его, обязательно пытаемся так или иначе лишить в своем сознании каких-то нормальных качеств, которые у каждого человека есть. И давайте попытаемся очистить свое сердце, сказав что-нибудь хорошее о тех, кого мы больше всего любим или меньше всего любим, не важно.

Если вам не о ком говорить, обидчиков нет в вашей жизни, найдите хорошие качества друг в друге. Это тоже неплохо. Или на худой конец в Виджай Кришне Прабху, который не пускает вас на даршан. (смех) Две-три минуты, пожалуйста, поговорите об этом.

 Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе / Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе. 

Есть еще несколько очень важных моментов, о которых мне хотелось вам сказать сегодня. Почувствовали, да, что легче стало, когда мы хорошие вещи про других людей говорим? Что само собой уходит обида, гнев какой-то. На самом деле, состояние души, естественное состояние души. И один очень важный момент, который может очень сильно помочь нам в нашей духовной практике. Если какой-то человек обижает нас, причиняет нам боль, то мы должны поблагодарить его за одну вещь. Если в тот момент, когда мы чувствуем обиду, мы вспоминаем, что природа чистой души простить, не обижаться, не воспринимать эту боль, не принимать ее близко к сердцу, то, чтобы пересилить эту боль, о ком нам нужно будет вспомнить? О Кришне, правильно? Представьте себе эту ситуацию, кто-то действительно обижает вас, кто-то попал вам в эту марму или чувствительную точку. И вы хотите реагировать правильно, чтобы у вас были силы реагировать правильно, что вам нужно будет сделать в этот момент? Вам надо будет очень интенсивно вспомнить о Кришне и обратиться к Кришне в этот момент. И таким образом, этот человек помогает Вам, что сделать? Вспомнить о Кришне. То есть это ваш самый лучший друг! Правильно? Тот, кто помогает вам помнить о Кришне, особенно интенсивно, это же друг, правильно? Когда мы это поймем, когда мы поймем, что любые проблемы в этом мире – это наш способ действительно искренне обращаться к Богу, искренне говорить, думать о нем, просить Его о защите, когда у нас будет это ясное понимание того, что, в конце концов, все наши проблемы разрешаются только там, на более высоком уровне, не на том, уровне, на котором они созданы, то тогда мы в след за царицей Кунти, что будем делать? Просить Кришну: «Кришна, пошли нам побольше! Потому что, когда все эти беды приходят, я помню о Тебе! А когда бед нет, я о Тебе забываю». Когда я ем блины…. (смех) Помню я о Кришне интенсивно?

Помните, что все эти вещи – это очень хороший повод для нас действительно искренне обратиться к Кришне. И если бы его не было, если бы этих поводов не было, мы бы забыли о Нем давным-давно. Есть замечательная история про одного францинсканского монаха Филиппа Нери, которы жил в монастыре, и у которого был отвратительный сварливый характер, и который портил всем кровь, и который все время ругался с другими обитателями этого монастыря, на которого все жаловались президенту Храма и говорили, что нужно его выселить отсюда. Сколько можно? В конце концов, он сам в отчаянии очень сильно захотел избавиться от этого качества. Этот гнев, раздражительность, которые проявлялись  у него по поводу и без повода, его довел. Все остальных – давно довел, но его довел. И он пошел к Богу, пошел в часовню и стал искренне молиться: «Пожалуйста, избавь меня от этого, избавь меня от этого, избавь меня от этого». И в молитве он почувствовал облегчение, он почувствовал, и он какой-то ответ почувствовал. И как будто бы какая-то прохлада опустилась на его сердце. И когда эта прохлада опустилась на его сердце, он подумал: «Бог услышал мои молитвы».

Когда он вышел, сердце его было раскрыто, он был разнежен. Он подумал: «Все!» И тут же навстречу ему монах. И с этим монахом у него всегда были в общем хорошие отношения. И, вдруг, ни с того, ни с сего этот монах наорал на него. Тот подумал: «Что такое? Почему?» Пошел дальше – и был другой монах. Этим монахом он всегда восхищался, он всегда был для него примером. И вдруг, этот монах посмотрел на него сердито, исподлобья, не приветливо, отвернулся и ушел.

В груди у него закипело возмущение, но на этот раз уже не на монахов, а на Бога. Он вернулся в часовню, и он стал пенять Бога, он стал говорить: «Господи! Я просил Тебя избавить меня от гнева! Что Ты делаешь со мной?! Я же просил Тебя: „Избавь меня от гнева!“». И тогда он услышал спокойный голос: «Да, Филипп. Поэтому, Я и присылаю тебе как можно больше возможностей, чтобы освободиться от него, чтобы попрактиковаться в этом. Поэтому, именно поэтому, Я посылаю тебе как можно больше возможностей отучиться от всего этого».

Иначе говоря, все эти вещи могут стать частью нашей практики с вами. Я – преданный, я – вайшнав, я – слуга Бога, я – душа. И природа души, мы знаем, природа души терпеть, прощать, быть смиренной, не обижаться. Это природа души. И у меня есть замечательная возможность попрактиковаться в этом. И я расскажу еще небольшие две истории или два примера очень важных.

Эти два важных примера объясняют, собственно, природу моей способности прощать и доказывают тот тезис, с которого я начал свой сегоднешний рассказ. Тезис этот такой, что, когда человек действительно осознает себя душой, прощение становится его природой или естественным движением души. Мы знаем много историй, в «Шримад-Бхагаватам» есть истории про Махараджа Амбаришу. Так? И Махараджа Амбириши, мы знаем в девятой песне, Махараджа Амбариши, чем он провинился перед Дурвасой Муни? Тем, что выпил три капли воды.  Он даже не стакан воды выпил, три капли воды выпил вперед его.  Дурваса Муни медитировал в реке и впал в самадхи. Амбариши стал спрашивать: «Мне нужно прерывать пост, я целый год постился на экадаши, чтобы всем было хорошо, чтобы мир благоденствовал, я отдал результаты этому всему. Если я сейчас не прерву этот пост, весь мой год окончится неудачно». Брахманы ему сказали: «Выпей три капли воды. Какие проблемы?» Мы знаем, что три капли воды для обидчивого человека могут послужить причиной очень больших проблем. Дурваса Муни разгневался, Дурваса Муни вырвал у себя из шикхи волосы, он бросил, из этого волоса вылетел огненный демон. Огненный демон захотел съесть Махараджа Амбаришу. Махараджа Амбариш стоял спокойно и думал: «Интересный конец у меня». (смех) Он был абсолютно полностью спокоен. Он просто со стороны смотрел и думал: «Сейчас меня съедят». Тут Сударшана-чакра налетела, расправилась с демоном, полетела за Дурвасой Муни, Дурваса Муни стал от нее убегать, стал метаться по разным планетам. И долгое время он летал по разным планетам, искал защиты. Махараджа Амбариши ждал, когда он вернется. Он знал, что рано или поздно ему придется вернутся.

Самое удивительное случилось, когда он вернулся. Сам Вишну сказал Дурвасу Муни: «Дурваса Муни, ты – Дурваса. (смех) Если ты хочешь найти защиту, есть единственный человек, который может тебе эту защиту дать. Это тот, кого ты ни с того, ни с сего оскорбил. Иди к Амбариши».

И он бросился, опрометью бросился, и его скорости способствовала Сударшана-чакра, которая летела за ним по пятам. Он опрометью бросился, кинулся в ноги Махараджа Амбариши и стал просить прощение.  Теперь на минуточку представьте себя на месте Махараджа Амбариши. Что бы вы почувствовали в этот момент? (смех) Он у ваших ног!

– Хари бол! (смех)

Вы бы подумали: «Бог есть!» Правильно? Есть справедливость на свете. Что почувствовал Махараджа Амбариши? И в этом отличие Махараджа Амбариши от нас с вами. Махараджа Амбариши, в «Бхагаватам» написано, почувствовал смущение. Ему стало неловко, ему стало стыдно от того, что брахман просит у него прощение. И он стал говорить: «Пожалуйста, не надо, ради Бога. Харе Кришна! Все в порядке». Так?

Иначе говоря, что я хочу сказать? Что, когда человек действительно осознает себя душой, все эти реакции становятся естественными. Для нас с вами это практика, в каком-то смысле искуственная практика, некое насилие над собой, потому что естественная наша природа, мы знаем, что хочет. Справедливости наша природа хочет. Правильно, да? Мы же борцы за справедливость, у нас Юпитер в девятом доме у всех. (смех) Но, когда мы соприкасаемся со своей настоящей духовной природой, когда духовная природа побеждает, то все эти эмоции станут естественными. И терпение, смирение для нас – это практика. Необходимость уважать других и не ожидать почтение к самому себе – это практика. Но, как любая духовная практика, мы знаем, чем духовная практика отличается от материальной практики. Что делает метод, методику духовной? То, что процесс не отличается от результата.

Когда у Шрилы Прабхупады спрашивали: «Ну, вот вы повторяете Харе Кришна, и что будет потом?» Он сказал: «Еще больше Харе Кришна». Потом, когда мы достигнем результата, какой результат? Результат Харе Кришна – еще больше Харе Кришна. Результат практики смирения, какой? Еще больше смирения. Результат практики прощения – еще больше прощения. Суть в том, что, если практика духовна, то процесс, метод не отличается от самого результата. И когда человек действительно, реально достиг совершенства во всех этих вещах, то все это становится его природой.

И мне хотелось дать две формулы того, что такое прощение.

Махараджа Юдхиштхира говорит, что прощение – это способность терпеть вражду. Иначе говоря, его формула, это в ответах на вопросы Якшы, его формула, что прощение – это смирение плюс терпение, когда я терплю.

И есть другая формула, которую приводит Бхактивинода Тхакур. Я скажу чуть позже это. Но, в сущности, это вещь очень важная. Прощение, подобно тому, как обида – это проявление гордыни, прощение – это проявление, чего? Смирения. Прощение – это проявление внутренней силы, могущественной внутренней силы души, которая называется смирением. И тут я не удержусь от того, чтобы попытаться рассеять недоразумение, которое есть у людей по поводу смирения. Смирение – это не…. Люди почему-то думают, что смирение – это, когда человек приходит и говорит: «Я падший. Я такой падший». Это не смирение, это просто констатация факта. (смех)

Когда, однажды, ученик один подошел к Шриле Прабхупаде и сказал: «Шрила Прабхупада, я такой падший». Шрила Прабхупада сказал: «Я знаю. Когда ты поднимешься? Меня это больше интересует, не то, что ты будешь ходить повсюду и говорить: «Я такой падший, я такой глупый». Ничего нового никому не скажешь тем самым».

Это странное представление о смирении, то, что смирение – это некое самоуничижение. Нет, смирение – это очень простая вещь. Смирение – это, когда у меня есть все, что у меня есть, и я этим не горжусь. Смирение – это состояние, в котором я не приписываю самому себе заслугу за то, что у меня есть, и не пытаюсь пользоваться тем, что у меня есть в своих собственных интересах, а пытаюсь пользоваться тем, что у меня есть, в служении Кришне. Потому что в тот самый миг, когда я начинаю гордиться тем, что у меня есть, будь-то знания Шастр, будь-то какое-то служение, которое я совершил, будь-то какой-то успех, который у меня за плечами, в тот самый миг, когда я начинаю гордиться и любоваться собой, тем, что у меня это есть, что происходит со мной? Я забываю о Ком? Я забываю о Кришне.

Гордыня – это линза или лупа, которая сосредотачивает мое внимание на себе самом. И я начинаю упиваться всем этим, и я получаю удовольствие от этого всего, но главное, что  я забываю о Кришне. И гордыня в этом смысле – это тяжелый наркотик. Наркотик на санскрите, как называется? Кто-то знает, как на санскрите называется наркотик? Да, как? Как именно? Drugs. (смех) Это не санскрит. Как называется гордыня на санскрите? Мада. И мада – значит гордыня, мада – значит безумие, и мада – значит опьянение. Любой наркотик опьяняет человека, и когда человек находится в состоянии опьянения, то он каким себя чувствует? Да, он чувствует себя сильным, красивым, абсолютно все ему…. Мне сложно это описывать, потому что я, честно говоря, никогда не был пьяным в жизни своей, и никогда никаких наркотиков не употреблял. Но я не буду давать вам упражнение, чтобы вы описывали, как вы себя при этом чувствовали. (смех) Но насколько я знаю из художественной литературы, в частности из басни Михалкова про зайца и льва или про кого там? Когда заяц напился и сказал…. Так? Человек чувствует, что он очень большой, смелый, красивый, великодушный или очень несчастный, но в любом случае он очень-очень. И это мада. И есть очень тяжелая форма мады. Потому что обычное опьянение сколько длится? Ну, денек, да, может быть, несколько часов. Вам виднее, я не знаю. (смех) Господь Брахма говорит Нараде, он говорит, что у меня гуру-мада.  Гуру-мада – значит тяжелая мада. Гуру в данном случае не значит гуру, как учитель. Гуру – значит тяжелый. Гуру-мада – значит тяжелый наркотик. Потому что эффект действия обычного наркотика проходит через какое-то время, а если я горжусь своими достижениями, то это надолго. Это состояние, в котором человек может находиться всю свою жизнь, когда он себе приписывает все это и пытается упиваться этим.

Представьте себе бедных людей, которые действительно чего-то очень большого достигли в этом мире. На самом деле, у этих людей шансов нету о Кришне вспомнить, реально. Царица Кунти говорит об этом. Она говорит:

джанмаишварйа-шрута-шрибхир

эдхамана-мадах пуман

наивархатй абхидхатум ваи

твам акинчана-гочарам

О мой Господь, достичь Тебя легко лишь тому, у кого нет ничего материального. Тот же, кто стоит на пути [материального] прогресса, пытаясь улучшить свою жизнь знатным происхождением, огромным богатством, хорошим образованием и телесной красотой, не может искренне обратиться к Тебе. (Бхаг., 1. 8. 26)

Она говорит: «Человек, который джанмаишварйа-шрута-шрибхир, человек, который гордится своим происхождением, своим богатством, своей ученостью, своей красотой, всем, чем угодно, это самый несчастный человек, потому что он никогда о Тебе искренне не вспомнит». Искренне может вспомнить только человек, который ничего себе не приписывает. И смирение – это именно состояние того, что у меня нет ничего. Все то, что у меня есть, я использую это в служении тому, кто мне это дал. Это есть настоящее смирение. Так вот, когда это настоящее качество есть у меня, то тогда вместе с ним всегда есть прощение, и никогда нет обиды. Обида не появляется в сердце такого человека в принципе.

Есть замечательная история. Я ее рассказывал по-моему в прошлом или позапрошлом году здесь, в Магдалиновке, про Тукарама, святого Тукарама. Святой Тукарам начал свою кришна-катху. И когда он разговаривал о Кришне, люди плакали, люди смеялись, люди…. Люди переходили в другое измерение. Они больше не находились в этом мире. Мир исчезал для них. Они забывали о себе. И к нему стали приходить толпы людей. Люди слушали его иногда часами подряд, иногда он целые ночи напролет рассказывал что-то. Когда, вдруг, он начинал петь, начинал плакать, и люди пели за ним и плакали за ним. И все были полностью захлестнуты волнами его любви к Богу.

Рядом с ним жил брахман. Брахман был его соседом. И к этому брахману ходило пять учеников. А к Тукараму, который происходил из семьи вайшьев, из семьи торговцев, приходили толпы людей, чтобы его послушать. Брахман тоже начинал рассказывать, брахман, послушав, что он рассказывает о Кришне, он тоже начал, открыл у себя рассказы о Кришне. К нему никто не приходил. Последней каплей было, когда пять его учеников ушли к Тукараму. У него всего пять было – и они ушли туда.

Он обиделся страшно, он оскорбился. У него в сердце появилась эта злоба. Он не знал, что делать с этой злобой. Он подстерег поздно вечером Тукарама, который возвращался домой, в руках у него была палка с колючками. Он взял эту палку с колючками от колючего дерева, и когда он схватил этого Тукарама, он стал бить его и бил, и бил, и бил. И скоро все тело Тукарама превратилось в кровавое месиво. Это была сессия иглоукалывания. (смех) Он избил его полностью. Тукарам не мог понять, из-за чего. Брахман не мог остановиться. В конце концов, немного гнев его прошел, и он бросил палку, ушел к себе.  А Тукарам еле-еле, еле-еле дополз до дома. И всю ночь он не мог уснуть, но не от боли, не от физической боли. Хотя все тело его было в крови. Боль была у него в сердце, потому что он думал: «Надо же мне было довести человека до такого». Единственное, о чем он думал: «Как же я должен был его обидеть, что он почувствовал ко мне такой гнев?» И он пытался понять, чем он его обидел. Он вспоминал, он напрягался, он думал, он думал: «Может быть, я что-то не так сделал?» Он не мог вспомнить. И от того, что он не может вспомнить, как он оскорбил этого брахмана, ему было еще больнее. Единственная боль его была в том, что: «Я обидел человека, я не знаю, что я сделал. Поэтому, я даже не могу прощения у него попросить, потому что я не знаю, за что прощение просить». И рано утром он еле-еле дождался рассвета, рано утром он приполз к этому брахману. Он постучался в дверь. А брахман тоже не спал. Брахману, на самом деле, не по себе было, когда он вспоминал, как Тукарам безропотно сносил его побои.

Он открыл дверь, он увидел Тукарама. Тукарам упал ему в ноги. И Тукарам стал говорить: «Пожалуйста, я понимаю, что я Вас очень сильно обидел, но у меня огромная просьба есть. Я не хочу снова повторять эту ошибку. Я знаю, что Вы очень великодушны. Пожалуйста, великодушно скажите мне, чем я Вас обидел? Какую боль я Вам причинил?»

Это было уже чересчур для брахмана. (смех) Брахман, когда увидел его, который просит прощение у него, не зная, за что, брахман сам расплакался и сам сказал: «Это я плохой!» (смех) «Ничем меня не обидел. Ты безгрешен».

И это как бы иллюстрация этой самой формулы о том, что, что такое прощение. Прощение – это смирение плюс терпение. Если у меня есть два этих качества, смирение и терпение вместе взятые, два качества, которые прославляет Шри Чайтанья Махапрабху в знаменитом стихе:

Тринад апи суничена

Тарор апи сахишнуна

Аманина манадена

Киртаниях сада харих

Святые имена Господа следует повторять в смиренном состоянии ума, считая себя ниже соломы, валяющейся на улице. Нужно стать терпеливее дерева, полностью освободиться от чувства ложного престижа и всегда быть готовым оказать почтение другим. Только в таком состоянии ума можно повторять святое имя Господа постоянно. («Шри Шикшаштака», 3 стих)

То у нас будет прощение.

И вторая история, я…. Ничего, да? Еще одна, у меня не так много осталось сегодня сказать, но мне очень хочется досказать все. Вторая история на этот счет, она произошла со святым Эканатхом, современником Тукарама из Махараштры. И я рассказывал эту историю недавно на ретрите Шачинанданы Махараджа. Эта история про Эканатха, который жил в деревне на берегу реки Годавари. И люди очень сильно уважали его за его невозмутимость. Его невозможно было вывести из себя, он славился тем, что никто никогда не видел его разгневанным, разозленным. Он всегда ходил улыбался, всегда был приветлив, всегда был готов оказать почтение другим людям. И даже низкие люди, падшие люди проникались уважением к нему за это.

И однажды, один такой человек пришел к нему и долго не мог расстаться с ним, он как бы почувствовал эту энергию, которая исходила от Эканатха. В конце концов, дела требовали его возвращения назад, он вернулся к своим собутыльникам. И у них была назначена партия игры то ли в карты, то ли в кости. И этот человек опоздал, и все стали его ругать и стали говорить: «Ты нас не уважаешь! Почему ты пришел поздно?» Он сказал: «Я не мог, я пошел к Эканатху. Я провел какое-то время рядом с ним». Те стали смеяться над ним: «Ха-ха-ха! Еще один появился! Попался на удочку этого святоши! Да, да, да, да…». Он говорит: «Нет, он не святоша. Он настоящий человек! Он никогда не гневается!» И тогда один из его собутыльников сказал: «А если он никогда не гневается, значит он не человек!» Тот ответил: «Вы правы! Он не человек, он – святой! Поэтому, я и пошел к нему». Когда этот человек, который сказал, что значит, что он не человек, услышал это: «Значит, он святой», он подумал, он сказал ему: «Хорошо. Завтра я всем покажу, что он такой же человек, как мы с вами. Завтра все это увидят. Приходи к такому-то месту, и ты посмотришь на своего святого во всей его красе. Ты увидишь его, какой он на самом деле».

И он рано утром, он залез на крышу дома рядом с рекой Годавари, и он взял много бетелевых орехов, и он стал жевать эти бетелевые орехи. Когда люди жуют бетелевые орехи, у них появляется много слюны, и эта слюна красного цвета. Видели кто-то в Индии, да? Ярко красного цвета.

И рано утром Эканатх пошел. Он совершил омовение, он прочитал мантры, он сделал тарпану, он совершил молитвы, он сделал медитацию, он прочитал гаятри, он сделал все, что нужно, он вышел, он нанес тилаку на двенадцать мест. Это долгий обряд, потому что мы же вайшнавы. Нам же нужно все делать как следует. Он все это сделал, он накинул чадар, чтобы отправиться в обратный путь.

А этот человек ждал его на крыше. И когда он проходил мимо, он с наслаждением: «Тьфу!» Прошу прощение…. (смех) С наслаждением плюнул, и огромный шматок красной слюны вместе с орехом бетеля оказался тут на месте тилаки у Эканатха.

Эканатх посмотрел, он повернулся назад, он посмотрел наверх. Он подумал: «Интересные какие-то вещи падают сверху». (смех) Милость Господа с небес. Он вернулся, он зашел в реку, он сложил всю одежду, он зашел, он прочитал мантру, он помедитировал. Он совершил омовение, он сделал тарпану, он вышел,  он нанес тилаку на двенадцать мест. Все было хорошо. Он одел чадар, и он пошел обратно. (смех) Тьфу! Он опять повернулся, опять пошел.

Опять он зашел в реку, опять он совершил омовение, опять он прочитал мантры, опять он помедитировал, опять он нанес тилаку очень терпеливо. Опять он замотался в чадар. Шел. Смотрел вверх. (смех) Тьфу!

Так повторялось пятнадцать раз до тех пор, пока у бедного человека не заболел рот. (смех) У него стало ломить. У него не было слюны. Он жевал бетель, но ничего не было! Шестнадцатый раз он еще нашел какую-то слюну, он плюнул на него, но он знал, что в семнадцатый раз он уже не сможет это сделать. И когда в семнадцатый раз повторилось то же самое: тот помедитировал, совершил тарпану, прочитал мантры, нанес тилаку, замотался в чадар и пошел мимо. Тот спустился, пал ему в ноги и сказал: «Слушай, я ничего не понимаю. Почему ты не вышел из себя?» Он говорит: «Слушай, если ты можешь быть таким стабильным в своей практите, то почему я не могу быть таким же стабильным?!» (смех) «Если в свой практике гадостей ты можешь быть таким стабильным, то почему я не могу быть стабильным в том, чтобы стабильно делать что-то хорошее?!» И потом он сказал, что: «Ты понимаешь, я же шел поклоняться Богу. И я подумал, что, ну, слюну-то я отмою, а если я пущу гнев в свое сердце, то его я не отмою. А как я могу грязным Богу поклоняться? Поэтому, я и не сердился, я просто отмывал. И более того, я тебе очень благодарен. Потому что, если бы не ты, ну, когда бы я семнадцать раз подряд совершил омовение в святой воде? Я столько раз тилаку наносил и столько раз мантры читал, что я не могу не быть тебе благодарным».

Что я хочу сказать? То, что прощение – это естественное состояние человека, потому что естественное состояние человека – это святость, а все остальное – это противоестественное состояние. Это искажение нашей духовной природы.  И в связи с этим, я хотел бы прочитать слова Бхактивинода Тхакура. Очень важные для нас. Потому что, если мы поймем их, то ничего другого нам больше понимать не нужно будет. Это слова из «Джайва-дхармы» Бхактивинода Тхакура, где описывается диалог между учителем и учеником. И учитель говорит своему ученику: «Оставь свою гордыню, думая: „ Я – брахман, я богатый, я – большой знаток Писаний, я – вайшнав, я – преданный“». Даже это может быть гордыней. Кто-то замечал это на других? (смех) Я – преданный!!! А все остальные – грязные карми. Я отреченный человек, я столько всего оставил, я то, я сё…. Он говорит: «Человек не должен даже во сне видеть, как он тайком требует какое-то уважение  к себе за то положение, которое он занимает». Даже во сне, даже в мечтах своих я не должен представлять, что я достиг этого положения. Это значит, что другие должны платить мне каким-то уважением. Он говорит: «Я должен всегда ощущать себя очень смиренным, очень кротким, бедным, ниже, чем травинка».

Услышав это, ученик задает ему вопрос. У ученика появляются в сердце сомнения. И наверняка, если мы, как следует, подумаем над этими словами, мы тоже, нам покажется это чем-то искуственным. Иначе говоря, есть какие-то сомнения. Есть что-то не то в этом. У ученика возникают сомнения. Он говорит: «Из этого я могу заключить, что смирение и сострадание…. Не став смиренным и сострадательным, человек не может быть вайшнавом». Учитель говорит: «Да, ты прав. Не став смиренным и сострадательным, человек не может быть вайшнавом». И тут ученик понимает, что ему не нравится в этом. Ученик понимает, какая философская проблема в этом заключена. Вы не поняли еще. Но я вам скажу. Он говорит: «Значит ли это, что бхакти зависит от смирения и сострадания?» Мы же знаем, что бхакти не зависимо, правильно? Ахайтуки апратихата. Бхакти – это совершенно не зависимая сила. А тут получается, что человек не став смиренным, не став сострадательным, не может обрести бхакти. И это значит, что бхакти зависит от смирения и сострадания. Правильно? Поймали мы его? Поймали? Поймали-поймали. Но не так-то просто его поймать. И этот ответ очень многое нам должен объяснить. Учитель говорит ему: «Нет, это не значит. Бхакти беспристрастно. Бхакти – это самосветящаяся красота, необычайное украшение человека. И она не лишена никаких хороших качеств». И слушайте, это самая суть. «Смирение и сострадание, поэтому, не являются назависимыми украшениями, но составляют неотъемлимую интрегральную часть бхакти». И он объясняет дальше, почему смирение и сострадание – суть бхакти. Смирение и сострадание и есть бхакти. Почему? Очень хорошее объяснение, очень красивое. Он говорит, что на каком-то уровне понимания преданный начинает чувствовать: «Я – слуга Кришны, и у меня ничего нет материального. Все то, что материальное у меня есть, на самом деле, не принадлежит мне. И Кришна – это все, что у меня есть. У меня ничего другого нет».

Когда человек чувствует это, что у меня ничего нет. Единственное, что у меня есть или кто у меня есть – это Кришна, это очущение…. Это бхакти? Бхакти. Как это очущение называется по-другому, если я чувствую, что у меня ничего нет? Да, это смирение. У меня есть только Кришна. Поэтому, бхакти и смирение – это синонимы. Дальше он говорит другую вещь. И когда я начинаю чувствовать это, у меня появляется это интенсивное ощущение разлуки с Кришной, страсть, желание приблизиться к Кришне, и я начинаю видеть одновременно с этим, что другие живые существа тоже являются слугами Кришны. Естественным образом я вижу, если я – частица целого, если я – часть большого целого, и я понял, что я – частичка целого, и что моя дхарма, моя природа как частицы служить этому целому, я вдруг начинаю видеть, что все остальные – тоже части Кришны и тоже слуги Кришны. И когда я вижу, что другие живые существа тоже слуги Кришны, какое я чувство испытываю по отношению к ним? Да, сострадание. Уважение – можно сказать, но я начинаю чувствовать сострадание к ним. Я начинаю чувствовать, что они тоже отделенные частицы Кришны.

И дальше он говорит самую удивительную вещь. Иначе говоря, он объясняет, что две эти вещи – дая и даинья…. Дая – значит, что? Сострадание. А даинья? Смирение. Даинья от слова дина, а дина – значит ощущение своей…. Я бедный. Дина – значит тот, у кого ничего нет. От сюда даинья – это ощущение того, что у меня ничего нет здесь. Я нищий.

Дая и даинья. Две этих вещи естественным образом появляются у человека, когда у него появляется бхакти, то есть ощущение своей частичности и своей пренадлежности Кришне. В этом заключается бхакти. Бхакти заключается в том, что я, отказавшись от своей мнимой независимости, начинаю по-настоящему очущать себя частицей Кришны. А частица – всегда слуга целого. Это логика, это ньяя. Часть всегда служит целому. Часть только тогда хороша, когда она служит целому.

Если взять любую часть нашего тела, вынуть ее и положить независимо, будет она нужна кому-нибудь? Волосы красивые? Только тогда, когда они на голове находятся. А когда в борще…. (смех) Никто их не любит. А на голове все любят, шампунями их, маслом специальным смазывают. А стоит им проявить свое эго независимое, все их перестают любить. Бхакти – это понимание того, что я – частица Кришны, частица – значит слуга, частица, любая частица служит целому. Когда я понимаю это, отказавшись от своего ложного эго или от своей ложной независимости, одновременно с этим, я понимаю две другие вещи: у меня ничего нет, я – маленькая крошечная, крооошечная частица Кришны, и все остальные – тоже крошечные частицы Кришны. И я чувствую сострадание к ним. А когда смирение накладывается на сострадание, когда человек испытывает эти две эмоции, смирение и сострадание, Бхактивинод Тхакур пишет, что в глубине этих двух чувств, которые пересекаются друг с другом, что обнаруживается? Прощение. Кшама. Правильно? Когда у меня есть эта вещь, смирение и сострадание, Бхактивинод Тхакур пишет, что глубоко, в глубине этих двух эмоций скрыта третья эмоция, которая называется на санскрите кшама, прощение.

И в результате этого, как пишет Бхактивинод Тхакур дальше, вкладывая эти слова в уста учителя в «Джайва-дхарме», он говорит: «Вот пример прощения. Преданный думает: „Я сам нищий и беспомощный. Могу ли я нищий и беспомощный судить других и раздавать наказания другим?“» Когда это чувство, на это чувство накладывается дхая, появляется кшама или прощение в сердце. Таким образом, он говорит, кшама или способность прощать – это третья составляющая часть бхакти.

Природа души – бхакти, природа души – любовь к Богу. А природа бхакти – это смирение, сострадание и прощение. И поэтому, когда материальная отделенность и, вызванная ею, слабость и гордыня заставляют нас обижаться на других, мы должны очень хорошо понимать, что это нечто прямопротивоположное самой природе любви, самой природе бхакти.

И он завершает этот раздел или эту речь очень важными словами. Он говорит, что Кришна – это Абсолютная Истина. Абсолютная Истина с определенным артиклем. Тот, кто знает английский язык: «Krishna is the Absolute Truth. Jiva is an eternal truth». А джива – это тоже частичка Истины, вечная Истина. Кришна – Абсолютная Истина в полном смысле этого слова, джива – тоже истина. И дальше он говорит, что подчиненность дживы Кришне также является вечной Истиной. Джива, которая запуталась материально, путешествуя по материальному миру, это тоже, к сожалению, реальность, с которой мы сталкиваемся, запутанность дживы, которая блуждает здесь. И он дальше говорит: «Так как джива есть вечная Истина, ее отношение служения с Кришной есть вечная Истина, и Кришна есть вечная Истина, то бхакти – это тоже есть вечная Истина и вечная реальность. Потому что бхакти…. Идеальное определение бхакти, совершенное определение бхакти – это вечное настроение вечной подчиненности дживы Кришне». И дальше он говорит очень важные вещи, последняя фраза из этого отрывка. «Истина, смирение, сострадание и прощение – все это неотъемлимые части бхакти, различные аспекты бхакти или различные аспекты проявления духа, высшего проявления духа». Что есть бхакти? Бхакти есть высшее проявление человеческой природы. Бхакти есть полное развитие всех наших способностей, когда все наши, заложенные в нас способности, развиваются полностью, это называется любовью к Богу. И при этом мы чувствуем естественным образом смирение, сострадание ко всем, мы очущаем истинность или вечность своего бытия. И одновременно с этим у нас появляется бесконечная способность прощать. Поэтому, Шрила Радханатх Махарадж в одной из своих лекций, он определил любовь удивительным образом. Он сказал: «Что есть любовь, как не бесконечная способность прощать, как не бесконечная способность желать добра?» Вот. И на этой оптимистической ноте я хотел бы закончить сегодняшнюю лекцию. Спасибо большое. Шрила Прабхупада ки джай!

У нас осталось наш традиционный круг джапы, да? Но сегодня у нас будет особый круг джапы. У меня еще была одна очень важная медитация для вас, но я не буду ее сегодня проводить. Это, пожалуй, одно из самых мощных, могущественных упражнений. Но я наверное попытаюсь с вами пройти через него завтра. А сегодня, что мы сделаем? Нет, уже поздно. Что мы сделаем сегодня? Сегодня мы с вами сядем прямо, разыщем среди потрохов, крови, кала и всего остального свою маленькую душу. Нашли? (смех) Давайте вспомним об этом: «Я – вечная Истина, я – частица Кришны. Я – частица той красоты, той радости, того блаженства, которое породило этот мир. Единственная моя проблема в том, что я пытаюсь ложно отделять себя, забывая свои связи с этим целым. Эта вечная связь одна, это мое служение полному целому, когда все, что у меня есть, все, что дано мне свыше, я отдаю полному целому ради Его счастья. И естественным образом, по закону природы я получаю все, что мне нужно. Но не об этом я думаю. Я думаю только о том, чтобы отдать все, что у меня есть». Это то, что думает душа, которая скитается в материальном мире в поисках удовлетворения. Но не может найти этого удовлетворения, потому что она никак не может отказаться от своей корысти. У нас есть несколько минут, когда мы можем попытаться именно в этом состоянии обращаться к Кришне. Это наше служение Ему. Вместе с этими звуками мы отдаем себя Ему, забывая о самом себе, отказываясь от своей ненужной самостоятельности и независимости.

Почувствовали себя частичками Кришны? Почему никто Хари Бол не кричит?

Хари Бол!

Почувствовали, не почувствовали – факт остается фактом. (смех) Хорошо.

Несколько рекламных объявлений. Я таким образом собираю деньги на Храм, служа рекламным агентам. (смех) У нас был ретрит в Радхадеше, европейский ретрит, сразу до этого ретрита в Магдалиновке. Там есть замечательный вайшнавский колледж. Там учатся студенты. Они изучают санскрит, они изучают труды ачарьев, и они получают при этом еще и диплом Честерского Универститета в Англии, диплом бакалавра этиологии. Они вводят новые специальности в бизнесс-менеджмент, я уж не знаю, как Бхактивинод Тхакур…. А вообще он имеет непосредственное отношение к этому. Вот. Еще какую-то специальность.  Если есть какие-то молодые люди, которые хотели бы получить образование, то такая возможность есть. Это образование в одном из самых замечательных Храмов, диплом, хорошая санга и много всего. Три года, Бхактиведанта Колледж, рекламные плакаты есть у Виджай Кришны Прабху или у Романа.

И прошлогодний ретрит на DVD здесь, в Магдалиновке, наш джапа-ретрит или наша попытка джапа-ретрита. Он на четырех DVD подготовлен специально для вас, для тех, кто был и хочет воспроизвести этот опыт или для тех, кто не был и хочет его получить. Пожалуйста, не упускайте такую возможность. Он тут где-то перед сценой. Вон там, перед сценой. Вот.

Завтра у нас с вами прощальная заключительная лекция из этого курса, завтра будет посвящение, и главное – концерт нашей вайшнавской самодеятельности традиционный. Пожалуйста, готовтесь к завтрашнему дню. Завтра будет долгий киртан, потому что послезавтра мы уезжаем, и надо же как-то отметить. (смех) Момент. Спасибо большое, до завтра.

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы