Семинар «Обзор Первой Песни “Шримад-Бхагаватам”», обзор 5 главы (5 часть)

Семинар «Обзор Первой Песни “Шримад-Бхагаватам”», oбзор 5 главы (5 часть), 21.06.2013 г.

Аннотация:

Конфликт между кармой и бхакти, описанный в 15-м стихе. Внутренняя неудовлетворённость – индикатор отклонения от бхакти; крах методологии парисанкхйа-виддхи – преступление Вьясадевы (бхакти – служанка исполнения обязанностей); принципиальная невозможность счастья в гунах. НАМЁКИ НА ПОСТЕПЕННОСТЬ пути бхакти (переплетения с кармой) в стихах 5-й главы, незаметные при поверхностном чтении; нежелательное общение – главная причина отхода от бхакти; разные степени восприимчивости по отношению к бхакти. Счастье вне гун – для всех, а не для избранных. Материальная и духовная удачливость; судьба неудачливого йога. ПЕРЕЛОМНАЯ ЛОГИКА 20-го стиха: философия непостижимого единства; различия в отношении к миру трёх уровней преданных в зависимости от степени бхеды и абхеды (каништха, мадхьяма, уттама); три категории преданных, их поведение (нирапекша, сваништха, париништха). Уста гуру – единственный способ превратить теорию в знание; трансформация восприятия мира через служение под руководством гуру: понимание тождества космического творения и Кришны (способность занимать весь мир в служении Кришне). РАЗРЕШЕНИЕ КОНФЛИКТА между кармой и бхакти в 22-м стихе: не важно что делаешь, главное зачем; минимизация вероятности падения посредством доли кармической деятельности.

Истории:

- Шрила Прабхупада усмиряет пыл борцов за «чистоту бхакти».

Вопросы:

- Кто такие нирапекши?

- Что значит «предаться гуру»? Может ли ученик благодаря своей искренности превзойти гуру?

- На каком уровне преданности возможность падения исключена?

- Внешние критерии, по которым можно судить, что «косвенная проповедь» (использующая карму и гьяну) является правильной с точки зрения бхакти?

- Каким образом внешняя кармическая деятельность может быть практикой бхакти?

***

БВГМ: Я сделал утром небольшое вступление к рассказу 5-й главы. И сейчас мы продолжим наше описание. Начнём с 15-го стиха – с того стиха, который мы чуть-чуть затронули утром. Потому что собственно этот стих очень ясно описывает конфликт между дхармой (или исполнением своих обязанностей), – или как мы говорили, кармой, – и чистой бхакти. И Вьясадев выслушивает этот стих, понурив голову наверняка (Бхаг., 1.5.15):

джугупситам дхарма-крите ’нушасатах

свабхава-рактасйа махан вйатикрамах

йад-вакйато дхарма ититарах стхито

на манйате тасйа ниваранам джанах

Нарада Муни резко и очень ну таким жёстким языком осуждает то, что сделал Вьясадев. И он собственно говорит, что доказательством этого (того, что ты совершил ошибку) является твое неудовлетворение – это очень важный принцип для нашего понимания. Кришна изнутри откликается. И если что-то мы делаем правильно, у нас внутри, – даже если это сложно, даже если есть какие-то неудачи, – всё равно где-то глубоко внутри у нас остаётся удовлетворение.

Если мы совершили какой-то гигантский титанический труд, и вроде бы достигли успеха, и вроде бы все аплодируют нам, и вроде бы у нас много последователей, которые очень искренне принимают то, что мы сделали и постоянно благодарят нас за это, а внутри удовлетворения нет, – что-то мы сделали не то. И мы нуждаемся в этом внешнем подтверждении того, что мы делали что-то правильно. Мы почти требуем у своих последователей, чтобы они говорили нам, что ты всё замечательно сделал, как хорошо, спасибо большое. И если кто-то нам не говорит, мы начинаем сомневаться.

Но это всё всего лишь навсего – некие вспомогательные меры. На самом деле внутри у нас должно быть ощущение: «я делаю всё правильно». И это ощущение выражается в виде внутреннего удовлетворения.

И он говорит, что ты сделал не просто правильную вещь – махан вйатикрамах: ты сделал в высшей степени неправильную вещь, ты совершил по сути дела преступление, дорогой мой. В чём преступление Вьясадевы? Преступление Вьясадевы заключается в том, что он по сути дела сбил людей с толку, и сделал бхакти служанкой исполнения обязанностей. В сущности смысл этого утверждения в том, что ты хотел принести благо, но вместо этого ты повредил людям. Если мы посмотрим писания Вьясадевы, то там даже нет бхакти, как самостоятельной цели. Дхарма, артха, кама и мокша.

Шрила Прабхупада называет эти 4 вещи в одном из потрясающих писем, которые я очень люблю, – он называет их четырьмя ступенями заболевания болезнью майи, иллюзии. Дхарму (которую Вьясадев прославляет до небес), артху (по которой с ума сходят все люди), каму (которая глубоко в сердце нашем лежит) и даже мокшу. Он говорит: «Мокша – это последняя, четвёртая степень заболевания, – самая опасная». Он говорит: «Всё это майя». Вьясадев… Да! У нас, в нашей сампрадайе, всё очень ясно: према пумартхо махан – «Према есть высшая цель жизни человека – самая великая цель». Вьясадев не сказал об этом! Там нет бхакти, как самостоятельной цели! Бхакти – это всего лишь навсего что-то вспомогательное для того чтобы достичь цели дхармы, артхи, камы и мокши. Чатур-варга, все эти замечательные вещи, – всё это запущено уже, весь этот механизм гигантский, вместе с учениками Вьясадевы, которые яростно это проповедуют вместе с их последователями, которые идут и говорят: «Сам Вьясадев сказал, что нужно исполнять дхарму. Вот оно!»

И в сущности, что тем самым Вьясадев, чем он ввёл, чем он сбил с толку людей, – он сбил с толку людей, сказав им, что вы сможете стать счастливыми в гунах материальной природы. По сути дела, подразумевается этим, – разумеется, в какой-то момент вы захотите мокши, потому что вам это надоест или вы захотите выйти за пределы. Но в сущности он сказал, что это возможно, что человек может быть, что это может – что это в принципе может быть целью. Тогда как это не может быть целью, потому что ничто в пределах гун материальной природы не может сделать нас счастливыми по– настоящему.

При этом он говорит очень важную вещь. В сущности, он не говорит этого, но это подразумевается. Т.е. намерение Вьясадевы было правильным в каком-то смысле. Намерение Вьясадевы заключалось в том, что он понимал, что человек не может, – материальные привязанности очень сильны, – и человек не может сразу отказаться от материальных привязанностей. Поэтому он дал постепенный путь – нужен какой-то постепенный путь. И этим постепенным путём, который дал Вьясадева, является всё это величественное здание Вед, с объяснением того, чего человек может достичь с помощью этого: обряды, обеты; накапливает благочестие, совершая эту врату, ту врату; делай то, делай пятое, делай десятое.

И по сути дела, в этом стихе Нарада Муни предсказывает, к чему это приведёт: свабхава-рактасйа – «Ты их естественную тенденцию только укрепил тем самым». У каждого есть свабхава (желание наслаждаться здесь; свабхава-ракта – привязанность), и ты сказал: «Хорошо, давайте, привязывайтесь! Друзья мои, привязывайтесь, никаких проблем – только привязывайтесь ведическим способом. Я вам объясню, как привязываться, и вы сможете привязаться так, что в конце концов развяжитесь». Нарада Муни говорит: никто не развяжется. Почему? Потому что ну уж слишком ты всё красиво описал, – все будут прикрываться тобой, и все будут только и делать, что искать счастья там, где его заведомо нет.

Йад-вакйато дхарма ититарах стхито / на манйате тасйа ниваранам джанах – в конце концов они откажутся даже от того, что ты им сказал. И «Махабхарата» является подтверждением тому. «Махабхарата» – это в каком-то смысле венец карьеры Вьясадевы, как писателя до того как он написал «Шримад-Бхагаватам». Он думал, что «всё, поставлю последнюю жирную точку, – напишу так, чтобы у людей не осталось никаких сомнений, что нужно следовать дхарме». И последний стих «Махабхараты» – Вьясадев говорит: «Подняв руки я говорю: почему никто дхарме не следует, – вы же можете стать счастливыми только с помощью дхармы. Вы можете достичь и артхи, и камы, и мокши с помощью дхармы» – всё равно никто не следует.

И Нарада Муни именно об этом здесь говорит: «В конце концов все от твоей дхармы дурацкой окажутся. Никто не будет это принимать во внимание – все будут думать: ну чего там, зачем это всё нужно?» И эти наставления, в которых Вьясадев попытался постепенно приблизить людей, они на санскрите называются парисанкхья-виддхи. Я по-моему объяснял, что такое парисанкхья-виддхи. Это когда человеку говорят: «Делай это»,– но в сущности хотят сказать: «Не делай этого». Как Шрила Прабхупада сказал Шьямасундаре прабху: «4 пачки куришь, – начни курить 1 пачку». И наверняка, кто-нибудь услышит об этом наставлении Шрилы Прабхупады, и скажет: «Шрила Прабхупада сказал: 1 пачку надо курить в день, не больше». (смех) Но это парисанкхья-виддхи – когда человеку говорят «делай что-то, чтобы в конце концов отказаться от этого». И этих парисанкхья-виддхи – огромное количество в наставлениях Вьясадевы. И Нарада Муни предсказывает это, и сам Вьясадев в сущности осознаёт. Иначе говоря, методология потерпела крах. Методология, которую Вьясадев прописал, которая пользуется такой популярностью до сих пор, со всеми различными правилами, она потерпела крах. И Нараде нужно каким-то образом это всё объяснить Вьясадеве.

И как я уже сказал, он начинает обострять этот конфликт, начиная говорить, что в сущности карма не нужна вообще, что это все майя – это поверхностное впечатление, которое может сложиться. Если мы не читаем внимательно эти стихи, то вывод который мы можем сделать: «А карма вообще не нужна – ерунда. Ненужно никакой кармы. Ненужно ничего этого. Вот есть чистая бхакти – нужно заниматься только чистой бхакти». И в общем-то у нас достаточно обоснований для этого.

С самого начала он говорит, – практически с самого начала, 12-й стих, он говорит: кутах пунах шашвад абхадрам ишваре / на чарпитам карма йад апй акаранам. Акаранам! – Даже если это нишкама-карма (кутах пунах шашвад абхадрам ишваре / на чарпитам карма йад апй акаранам), даже если она апи акаранам (если она нишкама, если у вас нет никакой корыстной цели – вы просто абсолютно бескорыстно делаете это, вы совершаете бескорыстную благотворительность) – кутах пунах шашвад абхадрам ишваре, это всё ерунда. Карма – ерунда. И много-много подтверждений – мы читали их в прошлый раз. Много очень резких утверждений, которые говорят, что в общем-то карма не нужна.

Тйактва сва-дхармам чаранамбуджам харер / бхаджанн апакво ‘тха патет тато йади – и этот стих (Бхаг., 1.5.17), мы его пройдём сейчас, мы чуть-чуть подробнее посмотрим его: «Что человек теряет, если он забрасывает свою дхарму, если он не исполняет свою дхармы, и просто начинает поклоняться лотосным стопам Господа?! Ровным счётом ничего не теряет». В стихе, который мы прочитали (Бхаг., 1.5.16): нивриттитах сукхам – что человек должен в конце концов отказаться от материального счастья. Тасйаива хетох прайатета ковидо – 18-й стих, если я не ошибаюсь. Он там говорит: «Какой смысл что-то искать в пределах этого мира, какой смысл действовать в этом мире». Тасйаива хетох прайатета ковидо – в сущности этот стих значит: «Да и не надо действовать в этом мире. Надо просто сидеть и слушать бхакти – и всё. Всё произойдёт само». 19-й стих: «Даже небольшое соприкосновение с бхакти, вас выведет за пределы этого мира».

То есть один за одним как бы – вот в этой серии стихов – есть: «Вы можете избавиться от самсары» – очень серьёзные подтверждения того, что в общем-то ничем другим заниматься не надо. Надо просто удалиться, – и это рецепт для всех, – надо просто удалиться, надо отойти от мира. И в общем-то эта философия, она достаточно заметна в нашем обществе. Мы таким образом проповедуем, проповедовали и будем проповедовать (смех): «Бросьте всё. Отбросьте все свои дхармы».

И Вишванатх Чакраварти Тхакур говорит, что когда Вьясадев услышал этот стих (джугупситам дхарма-крите ’нушасатах – что ты негодяй, что ты обманул людей), он начинает робко оправдываться: «Я не обманул людей, я сказал: сарва-дхарман паритйаджйа / мам экам шаранам враджа – в конце „Бхагавад-гиты“ я это вставил, я хороший. Я им правду сказал».

То есть как бы при таком – ещё раз – внимательном, но тем не менее не очень глубоком чтении складывается впечатление, что конфликт между кармой и бхакти, разрешается полностью и целиком в пользу бхакти за счёт кармы. И никакая карма не нужна, ничего ненужно. Но как я уже сказал, есть тем не менее какие-то намёки даже в этих стихах о том, что реальное разрешение конфликта не совсем такое. И мне хотелось заострить ваше внимание на этих намёках, которые рассыпаны по стихам: что реальное… И как я уже сказал, реальное разрешение конфликта никогда не может быть чёрно-белым. Такое чёрно-белое разрешение конфликта, когда мы только одно признаем, всё остальное отрицаем – это всегда проявление какой-то нашей однобокости немножко.

И есть определённые намёки серьёзные, которые даже в этой серии стихов начальной, Нарада Муни вставляет, объясняя Вьясадеве преимущество чистой бхакти. Даже там он признаёт.

И я сказал, что в сущности уже 12-й стих, где говорилось, что кармой и гьяной заниматься не надо – там говорилось, что в сущности надо. Как этот стих (Бхаг., 1.5.12): наишкармйам апй ачйута-бхава-варджитам / на шобхате джнанам алам ниранджанам. Он говорит, что если там есть ачйута-бхава, то это нормально. Если ачйута-бхава есть в бездеятельности, скажем так (в отречении), то это нормально, – если есть чувства к ачьюте. Если карманишкама-карма – предложенная Кришне (если она арпитам) – это тоже нормально (он не осуждает – карма предложена). Он не осуждает гьяну, которая проникнута ачйута-бхавой. То есть он уже там по сути дела, в этом начальном стихе в этой серии, говорит о том, что у кармы и гьяны есть своё место, если они связаны с бхакти: если они подчинены бхакти и служат бхакти.

Я уже сказал утром, что очень любопытная динамика начинается с 16-го стиха, с которого мы сегодня прочли с вами. Когда Нарада Муни говорит о том, что есть всё-таки разные квалификации по отношению к бхакти, что разные люди по-разному способны практиковать бхакти. И естественно, если эта бхакти исходит от чистого преданного, она затрагивает всех, она начинает излечивать всех. Но тем не менее есть разные категории восприимчивости, или степени восприимчивости людей, в чистой бхакти, чем нельзя пренебрегать, или что нельзя упускать из виду.

И что он дальше начинает говорить – ещё более интересные в этом смысле вещи, если мы внимательно начнём смотреть, собственно (Бхаг., 1.5.16):

вичакшано ’сйархати ведитум вибхор

ананта-парасйа нивриттитах сукхам

правартаманасйа гунаир анатманас

тато бхаван даршайа чештитам вибхох

Этот стих мы прочитали. И следующий стих (Бхаг., 1.5.17):

тйактва сва-дхармам чаранамбуджам харер

бхаджанн апакво ’тха патет тато йади

йатра ква вабхадрам абхуд амушйа ким

ко вартха апто ‘бхаджатам сва-дхарматах

Опять же, как будто бы этот стих говорит… «Человек, оставивший материальные занятия ради преданного служения Господу, но не достигший зрелости, иногда может пасть, однако даже в этой неудаче для него нет ничего плохого. С другой стороны, человек, не занимающийся преданным служением, даже если он выполняет все предписанные ему обязанности, ничего не достигает». На чём я хотел заострить ваше внимание: на том, что в 17-м стихе и в 19-м стихе, в двух стихах практически подряд Нарада Муни говорит о возможности падения с пути бхакти. То что человек таки может сойти с пути бхакти, несмотря на то, что это самый легкий путь. И он говорит, что всё равно ничего дурного с таким человеком не случится (и в 17-м и в 19-м стихах), но тем не менее само это понимание даётся. И эта проблема, которую он собственно будет разрешать в этой главе, и которую он разрешит в этой главе, на мой взгляд.

Иначе говоря, с одной стороны эти стихи безусловно (17-й, 18-й, 19-й стихи) очень громко говорят об универсальности пути бхакти: она применима ко всем. Но! Они же и говорят: она применима ко всем, этот метод применим ко всем с разной степенью эффективности. То есть безусловно там говорится, что это временное отступление, что на начальных этапах они возможны. Но как бы всё это описывает, скажем так постепенность пути бхакти, которая на мой взгляд очень чётко в этой главе проявлена: то что это постепенный путь, и на начальных этапах человек может отойти.

И я хотел обратить ваше внимание: если мы возьмём 17-й стих, то в комментарий к 17-му стиху Шрила Прабхупада прямо называет причину падения с пути бхакти. В 17-м стихе, и потом в 19-м он снова к ней вернётся, но ещё интереснее её сформулирует. Я её прочитаю сейчас. (зал: нежелательное общение?) Нежелательное общение, да. Я просто пытаюсь найти это. А да, вот: «Но бывает, что человек посвящает себя преданному служению под влиянием эмоций, и в конце концов находится много причин, по которым он сходит с пути преданного служения вступая в нежелательное общение». И дальше он говорит: «История знает много подобных примеров». Но при этом он говорит, что всё равно никакой беды нет, и именно это Нарада Муни говорит: в общем-то в принципе, раз начав этот путь, человек всё рано или поздно его продолжит, – никакой потери нет. То есть, трансцендентная природа бхакти этим ни коим образом не затрагивается, или не модифицируется этими фактами. Эти факты в каком то смысле только подтверждают трансцендентную природу пути бхакти.

Теперь смотрите – дальше следующий стих в высшей степени важен. Мы все его учили с вами (Бхаг., 1.5.18):

тасйаива хетох прайатета ковидо

на лабхйате йад бхраматам упарй адхах

тал лабхйате духкхавад анйатах сукхам

калена сарватра габхира-рамхаса

О чём этот стих, кто скажет? [реплика из зала: О том, что разумный человек должен ставить только ту цель, которой нет в этой вселенной.] Да. Т.е. по сути дела, тут говорится, что бхакти – это самостоятельная цель. Правильно? Что бхакти не есть просто вспомогательный метод кармы или гьяны с их целями, что это самостоятельная цель усилий человека. И именно разумный человек понимает это. Этот стих говорит о том, что у человека есть особое предназначение.

То есть этот стих утверждает трансцендентную природу бхакти: то что цель эта находится за пределами этого мира и что материальное счастье… Т.е. он как бы тезис, который очень сильно подспудно проходит в предыдущем учении Вьясадевы, опровергает: материальное счастье доступно везде; человек не предназначен для материального счастья. Островский сказал: «Человек рождён для счастья, как птица для полёта». Но Он не уточнил, для какого счастья он рождён. Так вот – это факт: человек рождён для счастья, как птица для полёта – но не для материального счастья. И Вьясадев именно эту ошибку сделал, он сказал: «Вы рождены для счастья, как птица для полёта», но не уточнил, для какого именно счастья.

Человек рождён для духовного счастья, тогда как материальное счастье тривиально, – оно доступно всем и везде. Свиньи имеют гораздо большее счастье, чем человек. – Кто хочет стать свиньёй? Почему? Зря! Подумайте как следует: гораздо больше преимуществ в этой форме рождения. У них головной боли нет, бессонницы нет, дипломы получать не надо, и трудиться тяжело не надо, работать не надо – вообще ничего не надо. Еда доступна везде – вкуснейшая! Свежайшая, (смех) повсюду – никаких проблем нет. И пользу приносят нам! Вообще полезнейший вид жизни. Человек только загрязняет всё, – свинья всё очищает.

Но в сущности у человека есть особое предназначение. И до тех пор, пока человек это особое предназначение не поймёт: это особое предназначение находится за пределами гун материальной природы… Иначе говоря, он здесь говорит, что человек не должен продолжать свои попытки найти счастье в пределах материальной вселенной. И Шрила Прабхупада одну вещь важную говорит здесь в комментарии – это последнее предложение комментария к 18-му стиху: «Это должно стать делом жизни каждого». Иначе говоря, это миссия жизни каждого. Это не удел избранных. При этом, на первый взгляд можно найти противоречие между этим утверждением и стихом. Потому что в стихе что говорится?

Тасйаива хетох прайатета ковидо – только ковидо, только самый разумный человек может это понять. Видите, то есть уже противоречие, тоже ещё одно противоречие, касающееся бхакти. С одной стороны, каждый должен встать на путь бхакти, – с другой стороны не каждый может это понять. А как он встанет на путь бхакти? Только разумный человек может это понять. Опять же та же самая проблема она тут хоть и не очень явно, но она ставится. Как я уже сказал, что возможны какие-то отступления с пути бхакти, и не все могут понять. А с другой стороны каждый должен этому следовать. Что делать-то надо?! Делать-то что надо? – Скажите поскорей? Не томите!

19-й стих, опять же первое прочтение именно такое: Ну и что, ну хорошо, ладно, человек встал на путь бхакти:

на ваи джано джату катханчанавраджен

мукунда-севй анйавад анга самсритим

смаран мукундангхрй-упагуханам пунар

вихатум иччхен на раса-грахо джанах

На ваи джано джату катханчанавраджен / мукунда-севй анйавад анга самсритим, – если человек послужил немножко Мукунде (Господу Мукунде), если он мукунда-севи, о дорогой мой анга, то он никогда в самсару не вернётся, он никогда – катханчанавраджен… самсритим, – он никогда не вернется в материальный мир вообще. Смаран мукундангхрй-упагуханам пунар / вихатум иччхен на раса-грахо джанах – он всё время будет вспоминать, как он обнимал лотосные стопы Господа. Смаран мукундангхрй-упагуханам пунар – снова и снова он будет вспоминать об этом опыте расы.

И комментаторы объясняют, что даже на начальных этапах человек маленькую расу испытал – он никогда её не забудет уже. Казалось бы, всё тогда! Всё нормально вообще, давайте дадим ему маленькую расу, и пусть падает сколько ему хочется, – не сможет упасть, не получится у него. И в принципе этот смысл там есть. Но тем не менее Шрила Прабхупада опять пишет в комментарии, – слушайте внимательно – он углубляет причину падения человека: «Из-за дурного общения [та же самая причина, которую он в 17-м стихе говорит] преданный Господа иногда подражает людям, занятым кармической деятельностью. [Он начинает имитировать этих людей. Он встал на путь преданного служения, он смотрит внимательно по сторонам: все вокруг наслаждаются. Он думает: «А что я, лысый что ли?! Смотрит в зеркало и видит – лысый. (смех) Что, я хуже других что ли? Он говорит: «Все остальные наслаждаются, на пляже лежат». И у него появляется желание подражать этим людям, занятым кармической деятельностью.] Эти люди хотят господствовать над материальным миром. Подобно этому, преданный-неофит по глупости рассчитывает в обмен на своё преданное служение приобрести какое-то материальное влияние». Иначе говоря, он говорит: «А я ещё умнее их, я получу ещё больше наслаждения – я отоварю свою бхакти. Я бартер сделаю! Я же бхакти занимался, Харе Кришна повторял, – я ещё хитрее их, я так буду наслаждаться, как им и не снилось».

И это очень существенный момент. Он как бы говорит, что глупость-то никто не отменял в этом мире, правильно? Человек мог заняться бхакти, но это ещё не значит, что он сразу умным стал. Он остаётся слегка тупым. Кто-то заметил на своём опыте? [Реплика из зала: дадами буддхи-йогам] (смех) Ну не сразу. Дадами буддхи-йогам там (Б.-г., 10.10) – Кришна даст, но не в первый же момент. Шрила Прабхупада говорит, что на начальных этапах глупость остаётся к сожалению. И глупость эта… Мы по-прежнему соприкасаемся с гунами материальной природы. И соприкасаемся мы с гунами материальной природой в виде других людей, в виде их умов. И в общем-то даже за другими умами далеко ходить не надо, – мы соприкасаемся со своим собственным умом, в котором полно гун материальной природы.

И мы пытаемся сделать то же самое, что Вьясадев уже сделал. Что мы пытаемся сделать? Мы пытаемся что сделать в этом случае? – Поставить бхакти на службу карме. Мы пытаемся кульбит сделать. Человек пришёл, и он пришёл сюда только по одной причине – потому что он понял: мне бхакти нужна. Мне это всё ненужно, – надоело всё. А потом через какое-то время думает: «А что я вообще? Что я тут делаю? Может мне…» И он говорит: Да, ну вообще-то нормально, хорошо, я много благочестия накопил. Всё у меня хорошо. У меня всё тут… Я ещё так смогу».

И мы видели это. – Видели, наблюдали такие ситуации? Кто-то наблюдал такие ситуации иногда? Когда… Ангира Муни наблюдал – на бхакти-врикшах бывает иногда. (смех) [Реплика Ангиры Муни д: Ещё в 90-е годы было такое.] Но так или иначе эта вещь, она есть. И интересно, что ещё Шрила Прабхупада говорит по этому поводу. Тоже очень интересный момент. И этот интересный момент, он очень многозначительный. Я прошу вас, подумайте, я сейчас прочитаю, что он говорит: «В „Бхагавад-гите“ говорится также, что такому падшему преданному даётся возможность родиться в семье квалифицированных брахманов или богатых коммерсантов». Кто-то утешал себя тем, что в принципе ничего плохого со мной не произойдёт, – в крайнем случае шриматам гехе, – рожусь в доме богатых людей (Б.-г., 6.41). Кто-то себя утешал? – Не надо руки поднимать.

Шрила Прабхупада дальше пишет: «Преданный, оказавшийся в таком положении, не так удачлив, как тот, кто наказан Господом и поставлен Им в положение кажущейся беспомощности. Преданный, ставший по воле Господа совершенно беспомощным, более удачлив, чем тот, кто рождается в хорошей семье». То есть иначе говоря, это любопытный и в общем-то парадоксальный момент. Когда Шрила Прабхупада говорит об удаче, что он имеет в виду здесь? Об удачливости? Есть два вида удачливости: есть трансцендентная удача и есть материальная удача, правильно? То есть в сущности, что мне хочется сказать, на что мне хочется обратить ваше внимание: что есть некий interplay, некое переплетение в этих стихах между кармой и бхакти. И почему один начинающий преданный падает и рождается просто в доме богатых коммерсантов, а другой начинающий преданный отходит, и Кришна очень милостиво начинает его мочить? (смех) Начинает от него убирать всё, и ставит его в положение беспомощности?

То есть всё равно так сказать вот эта вот как бы свобода воли и какая-то возможность падения, она остаётся. И по сути дела, по моему смиренному мнению, как раз конец 5-й главы предназначен для того, чтобы свести к минимуму такие возможности: когда для начинающих преданных рекомендуется определённая доля кармы в их практике. Что конкретно – забегая вперед, – конкретно там такая рекомендация даётся, когда говорится о том, что йогурт, который человек применяет, может быть причиной болезни, а может быть причиной излечения.

И 20-й стих, – про который я сказал, что тут происходит некий перелом в логике наставлений Нарады Муни, – мы тоже учили наизусть. Кто его знает?

идам хи вишвам бхагаван иветаро

йато джагат-стхана-ниродха-самбхавах

тад дхи свайам веда бхавамс татхапи те

прадеша-матрам бхаватах прадаршитам

И он опять же на первый взгляд при поверхностном совершенно чтении этих стихов… Всё, как бы утвердили всё что касается преимущества чистого преданного служения, сказали всё что только можно, сказали, что всё остальное ненужно – и вдруг появляется 20-й стих. И этот 20-й стих, – ещё раз, – на мой взгляд, начало разрешение конфликта обострённого в предыдущих стихах.

Идам хи вишвам бхагаван иветаро / йато джагат-стхана-ниродха-самбхавах. Он говорит, что этот мир (идам хи вишвам) по истине… Идам хи вишвам бхагаван. Ива. Итарах. И тут некоторые комментаторы делают любопытную градацию. Они говорят, что отношение к этому миру, – это… по сути дела здесь говорится, что этот мир как бхагаван (бхагаван ива). Итарах – и в то же самое время он отличен. По сути дела это в высшей степени ясная недвусмысленная формулировка чего? – Ачинтья-бхеда-абхеда-таттвы. Этот мир как бы Бог, но в то же самое время и не Бог. И как бы Бога, а как бы и не Бог. Ну и в общем – ачинтья.

И на мой взгляд, почему это разрешение конфликта, потому что бхакти возникает тогда, когда человека начинает правильно жить в этом мире: когда человек не откладывает свою бхакти на следующую жизнь. Кто-то откладывал обретение бхакти на следующую жизнь? Ну дескать, помру, потом уже… Сейчас надо как-то перекантоваться, – на старость откладывают и на следующую жизнь тоже откладывают – сейчас что-то ничего не происходит, как-то вот оно не срастается. Сейчас я пока буду тем же, кем я есть – как я привык жить, так и буду жить, – а потом бхактой стану. Это очередная ловушка гьяны.

[Реплика из зала: А преданные считают, что они в духовный мир уйдут.] Преданные считают… преданные много чего считают. [Реплика из зала: Прабхупада обещал.] Ну да, Прабхупада обещал и т.д. Но тут собственно Нарада Муни говорит: «Отрекаться? А от чего отрекаться-то? Этот мир – уже бхагаван». Идам хи вишвам бхагаван иветаро – да, немножко другая форма Бхагавана, отличная форма от Бхагавана, но служить-то можно уже здесь. Бхакти – это любовь, уже здесь нужно проявлять. Если кто-то скажет, что Бог – я не знаю где там Бог, да вот Он Бог. Да вот уже всё есть в принципе.

И тут любопытно, – мне очень хотелось эту вещь сказать… Иначе говоря, здесь в этом стихе даётся философия ачинтья-бхеда-абхеда-таттвы, где говорится, что мир неотличен от Бога, но Бог отличен от этого мира. Бывает такое? Как ткань и нить. Ткань неотлична от нити, правильно? Она состоит из этих нитей. Но нити отличны от ткани, правильно? Потому что их невозможно использовать таким же образом. Ну и так далее, много есть примеров, объяснений или понимания этого. И в сущности эта позиция на отречение, которая как бы торжествовала, она этим стихом перечёркивается. Потому что от чего отрекаться-то? Надо в этом мире начать жить правильно. Надо взаимодействовать с людьми этого мира правильно, потому что в них во всех нужно видеть проявление Бога.

И – ещё раз – один из комментаторов этого стиха, – я прочитаю потом… сейчас я посмотрю… Да, и Шрила Прабхупада очень много тут говорит об этом тождестве и единстве. Длинный комментарий он пишет о том, что в общем-то люди не понимают, что за этим миром стоит Бог, и что они становятся отрезанными, и вся цивилизация отрезана. Что люди разорвали эту связь, не видят этой связи. И один комментатор очень интересно объясняет этот стих. Он говорит: идам хи вишвам бхагаван. Ива. Итарах. И он говорит, что по сути дела в этом стихе упоминается три формы отношения к этому миру, которые соответствуют трём уровням развития бхакти.

На уровне уттама-адхикари человек говорит: идам хи вишвам бхагаван – этот мир есть Бхагаван. Это в сущности описание уттама-адхикари, уттама-бхакты. Он везде Бхагавана видит. Он смотрит на этот мир, он в сердцах всех видит, он видит, что все Бхагавана любят. Куда бы он ни посмотрел: Бхагаван тут, Бхагаван там. Для него нет ничего отличного – он здесь Бхагавана видит. Это уттама-бхакта.

Идам хи вишвам бхагаван. Ива. Этот мир как бы (ива значит «как») Бхагаван. Кто смотрит так на этот мир? – Мадхьяма. Мадхьяма-бхакта смотрит так на этот мир и говорит: «Ну да, я в общем-то понимаю, но он как бы Бог, и как бы не Бог, – не совсем Бог, но как бы и Бог. То есть у него есть почтение, уважение, благоговение. Слушайте! У уттама-бхакты есть любовь, и любовь даёт понимание чего? – Абхеды (неотличия этого мира от Бога). Когда глаза наши помазаны бальзамом любви, мы видим Бога повсюду. [Даже в этом дурацком компьютере, который хочет выключиться сейчас, и поэтому очень надо, чтобы кто-то сходил и принёс источник питания от Дина-чайтаньи.] Когда глаза наши помазаны бальзамом любви, человек видит Бога везде. Когда человек находится на уровне мадхьяма, он понимает связь всего с Богом в меньшей степени. У него абхеда ??? (прим. скриббера: возможно, имеется в виду бхеда – нужно у гьянистых преданных уточнить) более сильна, но у него есть уважение, благоговение. Он уважает: он уважает людей этого мира, он знает, как взаимодействовать с другими людьми, как с ними вступать в отношения.

И каништха, он что делает? Идам хи вишвам бхагаван. Итарах. – Этот мир полностью отличен от Бога, мне нужно от него… И каништха что делает? Он либо он пытается наслаждаться этим миром, либо он пытается отрицать этот мир. У него есть какое-то понимание бхакти, – он начал путь бхакти, – но при этом эта тенденция очень сильная, про которую я вначале говорил (тенденция раги и двеши) остаётся. И он сначала… Да, я бхакта, и значит я должен наслаждаться этим миром – потом не получается, он говорит: «Да, вообще всё правильно мне говорили: отречёмся от этого мира, отряхнём его прах с этих ног». (реплика из зала: Наших ног.) А? (реилика из зала: Наших ног.) Ваших. (смех)

И тоже любопытно: идам хи вишвам бхагаван иветаро / йато джагат-стхана-ниродха-самбхавах. Уттама-адхикари, он видит и делает акцент на чём? На том что этот мир… джагат… есть три фазы этого мира или три фазы взаимоотношений Бога с этим миром: 1) Бог поддерживает этот мир, 2) Бог порождает этот мир и 3) Бог разрушает этот мир. Для уттама-бхакты главный аспект какой? – «Он поддерживает этот мир. Он всюду, Он находится в этом мире, Он уже…» Абхеды… у него нету сильной абхеды. Для мадхьяма-бхакты важнее что? Да, сотворение. Бог творит этот мир, я знаю, что Он сотворил, что Он источник этого мира. И для каништха-адхикари: «Бог – Он же… С ним шутки плохи! С ним лучше не связываться». Там есть этот элемент страха или элемент какого-то…

То есть иначе говоря, вот эта степень бхеды и абхеды, она разная у разных людей – степень восприятия этого мира, правильного восприятия этого мира. Для каништхи мир – страшная вещь. Ему хочется поскорее «отряхнуть его прах с наших ног» и убежать в другой мир. Но уже мадхьяма, он по-другому относится к этому миру. У него… И Шрила Прабхупада потрясающе совершенно объяснит это в комментарии через пару стихов. Буквально через несколько стихов Шрила Прабхупада будет это объяснять: каким образом благодаря духовному учителю – сейчас я очень важную тоже одну вещь ещё одну скажу, – каким образом благодаря духовному учителю, человек постепенно обретает способность использовать или занимать этот мир в служении Кришне.

Уттама-адхикари это тот, по определению, кто может всё в этом мире занять в служении Богу. Для него нет ничего, чтобы он не мог занять. – Ну условно говоря. Наверняка, можно что-то найти, – не придирайтесь к словам. Но смысл ещё раз в том, что чем ближе человек к Богу, тем в большей степени он понимает каким образом всё, что окружает его, можно использовать в служении Богу.

Мадхьяма-адхикари, он уже выбирает: что-то благоприятно для служения, что-то неблагоприятно – он более осторожно относится к этому. А каништха-адхикари здесь… Харе Кришна. «Я?!.. Не надо». Каништха-бхакта! – Не адхикари, а каништха-бхакта. Он очень боится, он шарахается от этого мира. Ему хочется отречься от этого мира, спрятаться куда-то подальше. Потому что мир – за ним стоит этот страшный Бог.

Вот, и мне хотелось любопытный ещё один момент сказать, касающийся второй части этого стиха. Я сознательно немножко дольше задерживаюсь на этом стихе. Потому что на мой взгляд этот стих ключевой для понимания того, почему последняя часть 5-й главы появится у нас. И Шрила Прабхупада очень интересно подтвердит эту вещь.

Тад дхи свайам веда бхавамс татхапи те / прадеша-матрам бхаватах прадаршитам. Тад дхи свайам веда – «Ты же сам всё это знаешь». Ты знаешь всё это прекрасно сам. Я просто сейчас чуть-чуть тебе намекаю на это (прадеша-матрам), а ты уже это объясни. Причём где объясни? – В «Бхагаватам», правильно? Почему «Бхагаватам» не начинается-то с описания лил Господа? – Вернее начинается с описания лил Господа, но особых лил. Снова и снова много раз эта философия санкхьи в «Бхагаватам» повторяется: каким образом Бог сотворил этот мир, как Он находится везде, как все элементы сошли из Него. Как раз идёт из этого стиха эта методология «Бхагаватам»: постепенное так сказать внедрение в наши достаточно тупые заскорузлые (наверняка Нитай-Чайтанья Махарадж какое-нибудь ещё более сочное слово нашёл бы тут) умы. Эта идея, что всё связано, – отрекаться не надо ни от чего, надо научиться жить в этом мире, и пользоваться этим миром, и тогда в конце концов бхакти пройдёт, и бхакти переведёт нас в другое состояние. Ну в общем-то, бхакта, он даже не очень… строго говоря, не очень-то стремится в духовный мир. Он может взаимодействовать с Кришной даже в этом мире. Он в экстазе находится – он в ад может пойти, как это ни парадоксально.

И тут очень любопытная вещь. Нарада Муни говорит – и сейчас я вам задам этот вопрос – Нарада Муни говорит: «Ты же сам всё это знаешь». Зачем он ему это повторяет? Зачем он ему это говорит? «Ты сам всё знаешь. Ты сам всё это знаешь – опиши как следует. Но я тебе сейчас говорю». Зачем? – Он же знает! Зачем говорить-то? [Реплика из зала: Он говорит, передавая счастье.] Счастье? Ага! – Интересный момент. Кто ещё может сказать, какие-то гипотезы есть, почему он эту вещь говорит, хотя собственно чего говорить-то уже – и так понятно всё. [Реплика из зала: Потому что знать по-разному можно.] Так! Так-так-так-так-так. Близко-близко-близко. Тепло-тепло-тепло. Что ещё? От кого услышать-то надо знание, чтобы его применять? [Реплика из зала: От духовного учителя.] Да. Ачарьяван пурушо веда – это то, каким образом Вишванатх Чакраварти Тхакур – он обращает наше внимание на это. Он говорит, что применять это знание… Теоретически я могу это знать. – Применять это знание я смогу, если я услышу это из определённого источника. Я по-настоящему знаю только тогда, когда я услышу. В Упанишадах огромное количество примеров таких есть, когда человек доходил до какого-то знания сам, а гуру приходил и говорил: «Нет, нет, это всё неправильно. Сейчас я тебе скажу это». И говорил то же самое. (смех) Он говорил: «А я ж знаю уже. Я же уже…» Он говорил: «Нет, ты не знаешь. Ты должен услышать из правильного источника – только тогда это знание станет знанием по-настоящему. Тогда ты сможешь его применять. В противном случае тебе сложно будет по-настоящему понять».

И Шрила Прабхупада это говорит. Я могу прямо сейчас прочитать, где он это говорит. – Он это очень чётко говорит. Я прочитаю прямо сейчас – это комментарий к 23-му стиху. [К 24-му стиху. К 24-му стиху?! Нет! – К 23-му стиху, извиняюсь, я неправильно вам сказал. Там первая часть – не до 23-го стиха, а до 22-го. В 23-м новая тема начинается.] Ну я прочту этот кусок комментария Шрилы Прабхупады, где он очень интересно говорит это. Он говорит: «Служение преданным ценнее, чем служение Господу. Поэтому человеку следует выбрать истинного слугу Господа, постоянно занятого служением Ему, и принять этого слугу своим духовным учителем, приступив к служению ему. Такой духовный учитель является прозрачной средой, сквозь которую можно увидеть Господа, недоступного восприятию материальных чувств. [Иначе говоря, именно через духовного учителя эту «связь всего сущего с Богом» можно понять, и увидеть Его в том, что доступно нашим материальным чувствам.] Видя наше служение истинному духовному учителю, Господь соглашается открыть нам Себя настолько, насколько мы отдаём себя служению. Направить человеческую энергию на служение Господу – вот высший путь спасения. [И слушайте, вот тут собственно та мысль, которую я до этого говорил.] Если мы служим Господу под руководством истинного духовного учителя, всё космическое творение сразу же становится тождественно Господу. [То есть Шрила Прабхупада тут этот момент подчёркивает: кто может понять, что космическое творение неотлично от Господа (идам хи вишвам бхагаван иветаро) – только тот, кто служит под руководством духовного учителя.] Опытный духовный учитель, как слуга Господа, владеет искусством всё использовать для прославления Господа, поэтому под его руководством весь мир может превратиться в духовное царство».

Эта трансформация происходит именно в процессе служения. Трансформация нашего восприятия мира, нашего видения мира. Она не может иначе произойти! Если мы будем просто своими зенками смотреть на этот мир. Как бы мы ни пялились, мы не увидим Бога за ним – мы не сможем эту связь понять, мы всё равно будем в эту карусель возвращаться и всё равно будем пытаться: либо наслаждаться этим миром, либо отрекаться от этого мира, опять наслаждаться, и опять отрекаться. Поэтому Нарада Муни здесь говорит Вьясадеве: «Я тебе говорю, ты сам это знаешь, но теперь услышь это от меня. И когда ты услышишь это от меня, ты сможешь это написать, описать таким образом, что все остальные тоже поймут. Ты это передашь по парампаре».

Мне хотелось как бы немножко вот этот вот такой важный момент тут подчеркнуть. И я уже закончу этот раздел до 22-го стиха. Тем более, что практически мы его кончили. 21-й стих – снова подчёркивает… Нарада Муни возвращается к тому, что он уже говорил: повторяет ещё раз. Он говорит, что ты амогха-дрик, – у тебя есть непогрешимое видение, и ты сможешь… Аджам праджатам джагатах шивайа тан / маханубхавабхйудайо ’дхиганйатам. (громкий телефонный звонок, смех)

Нам Харидев рассказывал очень интересно про этот стих. Он посвятил достаточно много времени объяснению этого стиха. Я поэтому не буду на нём совсем заостряться. Он просто что тут говорит: «Ты пожалуйста, – я одно просто слово подчеркну (шивайа), – опиши благие игры или всеблагие игры, приносящие благо, удачу, – игры Господа». Или как Шрила Прабхупада говорит: «Опиши как можно ярче трансцендентные игры Господа для людей», т.е. объясни их доступным образом, – они приносят благо.

И собственно 22-й стих он в общем-то сам этот конфликт между кармой и бхакти разрешает. На мой взгляд очень красиво. Последний стих – мы его учили, – кто его скажет наизусть?

идам хи пумсас тапасах шрутасйа ва

свиштасйа суктасйа ча буддхи-даттайох

авичйуто ’ртхах кавибхир нирупито

йад-уттамашлока-гунануварнанам

Опять же, Харидев очень подробно рассказывал этот стих. Он говорит, что тут говорится, что все методы кармы нормальные. Идам хи пумсас тапасах – если человек делает тапасью, и она приводит к тому что у человека появляется стремление описывать уттамашлока-гунануварнанам (качества Господа)… Нирупитах – если у него есть этот вывод, к которому мы должны в конце концов прийти, что… В конце концов, тапасья – это нормальная вещь, если цель её правильная.

Авичйута, или ачьюта-артха. Артха что значит в данном контексте? – Цель. Ачьюта-артха, или авичйута-артха? – «Непогрешимая цель». Скажем так, неразрушимая цель, неуничтожимая цель. Иначе говоря, все эти вещи, которые являются инструментами кармы и гьяны отчасти, – Харидев говорил об этом, – буддхи-даттайох можно отнести к гьяне. Но в принципе: тапасах, шрутасйа, свиштасйа, суктасйа – эти четыре вещи, которые связаны с жертвоприношениями, с культурой кармы. Четыре этих вещи: 1) я совершаю тапасью, 2) я изучаю священные писания (или слушаю священные писания), 3) я совершаю жертвоприношения, 4) я произношу различные мантры и сукты, связанные с этими жертвоприношениями. Нормально! Какая цель у меня должна быть? – Вечная цель! В конце концов: прославление Господа. Если я ставлю эту цель – это нормально, это хорошо. И эта цель, она в конце концов сделает меня нетленным – она сможет принести неуничтожимый результат.

В противном случае – мы получим результат… То есть иначе говоря, есть два подхода к карме. Одна – я живу нормально, хорошо в принципе, и я совершаю какую-то карму. Но моя цель какая? – Обрести любовь к Богу, обрести привязанность к описаниям славы Господа. У меня только эта цель, – у меня другой цели нет. И я ради этого совершаю какую-то там свою карму, благочестивую деятельность. Это нормально. Но если я делаю всё это и думаю, что да, бхакти это хорошо, но нельзя же фанатиком-то быть, нельзя же упускать… Лучше синица в руке, правильно? – Чем журавель в небе. Синица-то в руке нужна! И я на всякий случай: тапасах, шрутасйа, свиштасйа… Иначе говоря, я пощусь на экадаши, и думаю: «Бхакти это хорошо, но тело тоже очистится от токсинов», правильно? (смех) Это какая артха будет? Это будет чьюта-артха. [Реплика из зала: чья-то.] Чья-то – не чья-то. (смех) Я делаю эти вещи, но при этом я оставлю так – чуть-чуть, исподтишка, из подполы слегка, что а неплохо было бы чтобы… ну моя цель не любовь.

Т.е. собственно разрешение-то есть. Разрешение конфликта на мой взгляд в этом стихе, оно есть, достаточно ясное: что я могу и даже должен всё это делать, потому что это всё не противоречит бхакти. Но я должен очень внимательно и очень тщательно следить за тем, какую я цель ставлю: ради чего я всё это делаю. Зачем я всё это делаю? Зачем я совершаю ягью, зачем я получаю образование какое-то ведическое (шрутасья), зачем я совершаю аскезу. Т.е. все эти методы кармы… И зачем я занимаюсь благотворительностью. Если моя цель: йад-уттамашлока-гунануварнанам – это нормально. Если я всё это делаю, чтобы в конце концов прославить своей жизнью уттамашлоку, – тоже нормально.

Баладев Видьябхушан очень интересно про эту вещь говорит. Он говорит о трёх категориях преданных. Он говорит о том, что есть нирапекши, есть сваништха и париништха – преданные. И он говорит, что ну нирапекши – понятно: нирапекши, они не от мира сего, они не имеют никакого отношения к карме, не занимаются кармой. Есть сваништха и есть париништха. И сваништха – они хотят в рай попасть, да, Харидев прабху? Да. Сваништха – это преданные, которые занимаются бхакти, и у них есть какая-то вера в бхакти, но их цель – достижение сварги (им хочется хорошей жизни). И даже если они эту сваргу называют духовным миром, от этого сварга духовным миром не становится. По сути дела они на сваргу хотят попасть. Если спросить у них, что такое духовный мир, они будут говорить: «Ну там вот солнышко всё время светит. И там трава зелёная. Деревья желаний, коровы желаний. И чего там только нет. И чинтамани там», – ну т.е. иначе говоря, они в рай хотят. И это эти самые сваништхи.

А париништхи – они хотят к Богу. Но Баладев Видьябхушана очень важную вещь говорит. Он говорит: «Они остаются в социуме и совершают благочестивую карму». Но для чего? Для того чтобы веру в других породить в путь бхакти.

ВОПРОС: Они соответствуют каништха, мадхьяма, уттама?

БВГМ: Можно сказать так. Можно сказать до какой-то степени. У каништхи с целями может быть не всё ясно. Но он очень ясно, он очень чётко эту вещь подчёркивает. Он говорит: «Они делают это всё, они живут здесь, остаются в социуме, они живут очень…». Они по сути дела проповедники – париништха. И они стараются жить как можно более правильно. Но они живут и исполняют всё это – все эти вещи (тапасья, шрутася, свиштасья) – они свистят (смех) и совершают аскезы, изучают ведические мантры, они занимаются жертвоприношениями (свиштасья), сукты, всевозможные мантры читают. Но в конце концов, их цель одна: они хотят другим этот путь бхакти показать, и они понимают, что в конце концов есть путь бхакти.

Вот! И я думаю, что нам нужно сейчас на этом остановиться. И просто оставить какое-то время для свободного обсуждения. У нас есть ещё полчаса. И даже чуть-чуть больше для того, чтобы мы могли как-то поговорить об этом.

ВОПРОС: Про первую категорию расскажите пожалуйста.

БВГМ: Нирапекша, они – нирапекши. Нирапекша буквально значит: они ничего не ожидают от этого мира. У них никаких ожиданий нет. Они полностью над этим миром, они трансцендентны. Они живут с Кришной постоянно. Они уже испытывают полный экстаз. И в общем-то они не проповедуют, они вышли за пределы всякой обусловленности, и не взаимодействуют с внешним миром – для них все чистые преданные.

ВОПРОС: У нас же в ИСККОН нет таких преданных? – Все проповедуют.

БВГМ: У нас нет таких преданных, поэтому Бхактисиддханта Сарасвати отменил бабаджи-вешу, потому что бабаджи-веша – это символ… Эта веша, почему она белая, почему эта одежда белая, – потому что всё, уже никакой этой самой кашайи нет. В шестой главе (Бхаг., 1.6.21) эта штука называется кашайа-варна (оранжевый цвет). Оранжевый цвет значит: вы всё равно окрашены. И Нарада Муни будет использовать это слово кашайа, когда он будет описывать своё состояние после встречи с Бхактиведантами. Вернее это ему Кришна скажет. Кришна скажет ему, что у тебя кашайа осталась. И так как у тебя осталась кашайа, ты в этой жизни больше меня не увидишь. Тебе нужно эту кашайу, этот оттенок на уме, убрать полностью. Поэтому бабаджи-веша – это как бы некий такой символ. Как любая одежда духовная, она символична, – она определённый символический смысл несёт. Это символ того, что человек за пределами: у него кашайи нет никакой.

ВОПРОС: А почему вы говорили, что отменил? Он же… Там у него много же преданных…

РЕПЛИКА (П – преданный, полемизирует с Б – БВГМ):

П: Причём, примерно пополам санньяси!

Б: Не, не, – не пополам. Ну не надо, не надо. Там всего 7 бабаджи было.

П: Т.е. там какой-то есть разброс в сторону больше санньяси, но он не такой сильно большой.

Б: Но и не такой уж сильно маленький. (смех) Семь бабаджи у них. И он… Там есть интересные высказывания Бхактисиддханты Сарасвати на этот счёт. Он говорит: «Ну если человек уже ни к чему непригоден… (смех)

ВОПРОС (Нимай-сундара дас): Вот простите по поводу экадаши. Просто обычно цитируют такую шлоку (Бхаг., 1.2.10): камасйа нендрийа-притир / лабхо дживета йавата. И там говорится, что две вещи разрешается: спрашивать об Абсолюте и для этого здоровье поддерживать, чтобы в нормальном состоянии спрашивать. Как вот?

БВГМ: Если мы делаем что-то, особенно если это «что-то» является частью шуддха-бхакти, – а соблюдение поста на экадаши это часть шуддха-бхакти (один из элементов)… Если занимаемся сыроедением для поддержания здоровья, это нормально – если мы делаем что-то из сферы шуддха-бхакти (мы должны очень хорошо понимать, что это шуддха-бхакти, и эта не та вещь, которую…). Мы можем делать что-то для поддержания здоровья – это не проблема, если наша цель: заниматься бхакти здесь. Но не соблюдение поста на экадаши.

Мадхава-титтхи бхакати-джанани – соблюдение различных титтх, или пост на различные титтхи в течение года – единственная цель в том, чтобы у нас бхакти, или привязанность к Кришне усилилась. Если мы делаем это, мы получим то, ради чего мы это делаем, но мы бхакти не получим.

ВОПРОС: У меня такой вопрос. Уже несколько раз поднимается тема: на каком уровне преданности, на какой стадии преданности, милость, которую преданный получает, не даёт ему возможность окончательно упасть. И как вот разные мнения… сегодня такое революционное сказали, что вообще любая милость оставляет человека уже… [Реплика БВГМ: Это не я сказал – это Нарада Муни сказал.] Ну на какой стадии всё-таки преданного служения, милость оставляет человека уже на этом пути навсегда?

БВГМ: Человек, начав этот путь, не имеет другого выхода кроме как его продолжать. Но это продолжение может не обязательно быть за одну жизнь. И если человек совершает какие-то апарадхи, то эти апарадхи могут затруднить или задержать его развитие. Причём не обязательно на одну жизнь – на несколько жизней. Но апарадхи, так или иначе, они всё равно материальны, а бхакти – оно всё равно духовно. Сравнение, которое я видел, и которое мне очень нравится, оно такое: что если вы бросили кусок золота в кучу мусора (слиток золота в кучу мусора), то на какое-то время куча мусора может полностью этот слиток золота закрыть. И никто даже не будет знать, что там слиток золота есть – все будут только кучу мусора видеть. И человек, который совершает апарадхи, он может находиться в таком положении, что ну просто… ну действительно – в очень падшем. Можно… Этот мусор, который у него в голове скопился, он будет источать благовоние вокруг. Но рано или поздно с мусором что делается? – Сгниёт, от него ничего не останется. А золото что? – Золото проявится.

Поэтому Нарада Муни и говорит (Бхаг., 1.5.19): на ваи джано джату катханчанавраджен, – «Никаких потерь на этом пути нет». Кришна то же самое говорит: «На этом пути нет ни потерь, ни поражений» (Б.-г., 2.40):

нехабхикрама-нашо ’сти

пратйавайо на видйате

св-алпам апй асйа дхармасйа

трайате махато бхайат

Человек не утрачивает память, какой бы небольшой опыт бхакти у него ни был. И собственно чтобы доказать, что человек расу с самого начала получает… Почему тут?.. На первый взгляд кажется парадоксом, – Нарада Муни говорит, что человек раса-граха, он уже как бы ощутил расу. И потом вдруг он падает, – а мы знаем, что расу на каком уровне можно получить? – На уровне премы, правильно? А с уровня премы можно упасть? – Нельзя упасть с уровня премы. А что тогда Нарада Муни – что-то недодумал, да?

Но с другой стороны говорится (Бхаг., 11.2.42): бактих парешанубхаво вирактир, – что с самого начала человек… процесс бхакти сравнивается с тем, как человек ест пищу. И даже первая маленькая-маленькая крупинка, которую человек получил, она уже вкус имеет. Она уже до какой-то степени дала ему питание, до какой-то степени дала ему удовлетворение и до какой-то степени – очень маленькой степени, но породила, – некое виракти, или отрешённость.

Т.е. раса-граха… Почему тут говорится всё-таки – подразумевается возможность падения? Да, падение возможно только на начальных стадиях бхакти. И даже в сущности ништхи, строго говоря падение уже мало вероятно, – почти невозможно.

РЕПЛИКА: Я помню твою лекцию по бхакти-шастрам – там, где ты доказывал строго обратное.

БВГМ: Нет. Человек теоретически может упасть даже с уровня бхавы – это не проблема. И примеры такие есть. Если человек совершает серьёзное оскорбление, он может упасть с какой там ништхи – он может упасть с уровня бхавы. Это возможно. Но это в большей степени теоретическая вещь – для того чтобы предостеречь нас об опасности оскорбления, от могущества оскорблений. На практическом уровне, если человек достиг ништхи, то это крайне редкое событие. Крайне редкое. Поэтому… Тут нужно понимать просто контекст этого всего. В зависимости оттого, что мы хотим сказать. Если мы хотим подчеркнуть опасность оскорблений, то да, мы будем говорить, что вплоть до уровня бхавы такая возможность есть, включая бхаву. Если мы будем говорить о могуществе бхакти, то мы скажем, что уже на уровне ништхи это практически нереальная вещь. У человека настолько силён этот вкус, который он получил, что он не пойдёт по другому пути.

РЕПЛИКА: В первую очередь хочу поблагодарить… Не знаю, вас лично или организаторов этой встречи, что эта тема сейчас глубоко рассматривается. Она сегодня очень актуальна. Между преданными возникают стычки двух полярных мнений. Что в свою очередь не даёт возможности создать хорошую доверительную атмосферу для санги, для более глубоких наработок нашей практики.

Мы вот после вашей утренней лекции уже обсуждали немножко с Адитидухкхахой прабху и с Говардхангопалом прабху то, что вы затронули. Что действительно, оно и так может быть, и так может быть. Я имею в виду, что карма и гьяна может подчинить бхакти, или наоборот.

Вот хотелось бы услышать от вас, вот каковы всё-таки критерии, что преданный делает правильно. Преданный в отдельности или целый проект. Хотя в начале лекции вы сказали некий критерий: что если у человека есть внутренняя удовлетворённость и стремление продолжать, стремление к шраванам и киртанам – это всё-таки внутренний какой-то процесс, да? [Реплика БВГМ: Оно усиливается.] Да, но для многих это может быть неочевидно. Есть какие-то внешние критерии того, что данный проект или конкретный преданный внешне кажется, что он проповедует, как модно говорить «косвенную проповедь», но он делает это правильно. Он действительно делает это ради того, чтобы людей привести к бхакти, и для этого использует карму и гьяну. Или же наоборот?

БВГМ: Интересный вопрос. Может кто-то ещё хочет сказать ответ на этот вопрос? Как вы думаете, по каким внешним признакам можно судить?

РЕПЛИКА (прабху): Дерево судится по плодам.

РЕПЛИКА (матаджи): Умиротворение.

БВГМ: Вишнутаттва хочет…

ВИШНУТАТТВА Д: Я хотел два признака обозначить такого проповедника. Это тот, кто не назначает сумму на билеты на свои мероприятия – он зависит от пожертвований. Так действует. [Реплика БВГМ: Тот кто не назначает суммы на билеты, а зависит только…] Аударья-дхама прабху так действует. [Реплика БВГМ: Аударья-дхама прабху ки джай! (смех)] И второй признак (тоже внешний) – это то что он со своих мероприятий людей направляет к проповеднику сознания Кришны. Это то как действует Аударья-дхама прабху. [Реплика: А погромче можно?]

БВГМ: Второй признак – это то, что он со своих мероприятий людей направляет к проповедникам сознания Кришны. Это то, каким образом Вишнутаттва прабху сформулировал эти критерии. Два внешних признака. Это два внешних признака. Кто-то ещё хочет сказать?.. Да, Харидев прабху.

ХАРИДЕВ Д: Может быть, без крайней необходимости он не создаёт какой-то параллельные структуры.

БВГМ: Без крайней необходимости он не создаёт какой-то параллельные структуры – доверяет ИСККОН. (смех)

РЕПЛИКА: Он должен находиться в санге преданных, которые идут этим путём. Т.е. он должен с ними близко общаться, близко контактировать. [Реплика: Ну это внутреннее…] Почему, это внешне хотя бы – не только внутренне.

НИТАЙ ЧАЙТАНЬЯ МАХАРАДЖ: Я бы сказал, что в результате любого действия или проекта, преданные прогрессируют. [Реплика БВГМ: Преданные, которые этот проект реализуют, они сами…] Это как в Чоупати есть такой принцип. В течение 60-и лет должен [Реплика БВГМ: В течение 60-и лет… вайкунтха-прапти.] расти в результате действия. Должен расти и расти.

БВГМ: Нитай-Чайтанья Махарадж говорит, что критерием для такого прогресса является сам какой-то внутренний прогресс человека. У человека привязанность к бхакти и к слушанию о Кришне и к «Шримад-Бхагаватам» становится сильнее, и он растёт. Отношения с преданными углубляются.

НИМИ Д: А вы скажите своё мнение!

БВГМ: Нет, я не буду. Я же сказал своё мнение – я очень люблю разные точки зрения. (смех) И уважаю.

ГАУРАКРИШНА Д: Не наводит тень не плетень. Когда вот говорится, что надо предаться не Кришне, а не рождённому в Кришне. Что когда человек подчёркивает такие ортоничные ??? (84:38 непонятное слово) принципы, что… Или допустим: «Только если образованный человек может служить Богу». Или если сыроедческий человек (смех) может служить Богу.

БВГМ: Гауракришна прабху говорит, что таким внешним признаком является то, каким образом он проповедует. То есть, когда он в своей проповеди не пытается всё-таки так или иначе «и нашим и вашим» послужить. Не говорит, что нужно служить не Кришне, а не рождённому в Кришне, и что бхакти для избранных, а для других людей нужно язык хорошо по утрам чистить или ещё что-то там такое делать.

БХАКТИВЕДАНТА САДХУ МАХАРАДЖ: Осталось некая такая… Вот я поставил себя на место человека обыкновенного, который слушает «Бхагаватам», и у меня осталось некое чувство разрыва внутри. Я не понимаю, как мне занимаясь внешней кармой, практиковать именно бхакти. То есть как бы вот это вот посыл, что «занимаясь деятельностью обычной в этом мире, я должен делать это для Кришны». Он как бы… Ощущается истинность, но при этом я вот как обычный человек, не понимаю его практичности. Т.е. как практически его реализовывать. Какова абхидхейа?

БВГМ: Ну тут я думаю, мы сможем более подробно на этом остановиться завтра (когда мы продолжим собственно то, что там говорит Нарада Муни), потому что тут, – ещё раз, – он только в каком-то первом приближении… Если бы всего того, что он сказал было бы достаточно, то он на этом бы и остановил свои наставления Вьясадеве. Что он сделает дальше, – дальше он расскажет свою собственную историю и покажет на примере своём, каким образом бхакти действует. Как она в нём собственно проявлялась. Притом, что очевидно совершенно, что это всё-таки исключительный случай, а не какой-то такой общий сценарий. И там будет несколько очень интересных моментов, – просто мне не хочется сейчас их комкать, – таких вот, когда собственно он начнёт объяснять, что должен делать человек обычный в этом мире. Т.е. тут он просто как бы обозначил это всё в первом приближении. И он пойдёт чуть-чуть дальше в последней части.

АДИТИДУХКХАХА Д: Хотел бы дополнить то, что Вишнутаттва затронул. Как бы когда в общем-то мотивом такой проповеди является не сострадание допустим (не бхакти), а какое-то материальное… т.е. когда на первый план выходят деньги, то в общем-то человек начинает… [Реплика БВГМ: Он начинает отоваривать свою бхакти.] Да, да, да. Он идёт на компромиссы, и он как бы скрывает то, что он преданный и т.д. Или как-то там вуалирует это всё. И вследствие этого… [Реплика БВГМ: Ну вуалировать он может в принципе.] Обычно если преданный делает это из сострадания, он не скрывает – он даже внешне…

БВГМ: Я расскажу интересную историю в связи с этим – с вуалированием – про Шрилу Прабхупаду, очень интересную. Эту историю Махатма прабху рассказывает. Он говорит, что в Сандиегском храме появились первые преданные, у которых стали… В начале преданные выходили распространять книги и журналы в такой одежде, и всё было нормально. Но в какой-то момент они почувствовали, что что-то не работает. И появилась большая категория преданных, которые парики стали одевать, шапки, кпрмическую одежду.

И он говорит, одновременно с этим появилась группа преданных, которые очень сильно возмутились этому. «Это обман! Это не то! Мы должны чистой бхакти заниматься. Это значит, мы должны выходить…». И они собрались, у них возникла такая мощная группировка. Они стали друг друга воодушевлять. Они решили: «Мы докажем всем. Мы всем докажем, каким образом надо проповедовать. Что проповедовать надо только так, в лоб, и никак иначе».

И они проводили марафон, и на марафоне были потрясающие результаты. Они все там очень много книг распространили. И они сразу же сели и написали письмо Шриле Прабхупаде: «Дорогой Шрила Прабхупада, вот так и так, есть некоторые преданные, которые выходят в кармической одежде, а мол мы выходили в обычной одежде – в нашей преданской. Всё. И распространили много. Что вы думаете по этому поводу?»

Ответ подразумевался. Он говорит, что мы несколько дней между собой обсуждали, что интересно напишет Шрила Прабхупада. Какой ответ придёт от Шрилы Прабхупады. Они думали, что Шрила Прабхупада напишет: «Да конечно. Всё, вообще этих трусов надо… Пусть они знают, берут пример с вас».

И потом пришёл ответ от Шрилы Прабхупады. Он говорит, мы с нетерпением собрались, чтобы открыть это письмо и посмотреть, что он там написал. Какого же было наше удивление, когда мы прочитали: «Если вы чувствуете себя более комфортно в одежде преданных, можете распространять в одежде преданных. (смех) Если вам так удобней, – вообще никаких проблем». (смех) Шрила Прабхупада проткнул ложное эго наше. Он сразу же понял нашу мотивацию. (смех) И он всё… Ну т.е…

РЕПЛИКА: Я хотел сказать, что это же всё внешние признаки. И всё равно внутренний признак садху сложно определить. Т.е. человек может делать какие-то странные вещи. И поэтому это всё-таки главный вопрос к себе. Т.е. не то что других оценить, а к себе – «Я-то что делаю?» А это проверится потом.

РЕПЛИКА: Я хотел бы, чтобы вы объяснили лучше, что значит «предаться гуру». Шрила Прабхупада в комментарии писал, что благодаря преданию гуру, преданный обретает видение. И вторая часть как бы этого вопроса, означает… т.е. там Шрила Прабхупада очень интересно объясняет это. Что когда Кришна видит искренность ученика, Он наделяет этого ученика видением, пропорционально его искренности. То есть возможен ли такой вариант, когда даже учитель может быть не имеет этого видения, но ученик, благодаря свой искренности, по милости Кришны, может обрести его?

БВГМ: Я думаю, возможно. По крайней мере наша теология подразумевает такую возможность. Я думаю вполне. То есть Кришна видит нашу искренность в служении, наше желание служить – не какой-то абстрактной идее, абстрактной какой-то функции или ещё чему-то, а очень конкретному: конкретному человеку, конкретному делу, конкретному обществу. И Шрила Прабхупада в этом смысле конечно же был несравненным человеком. Он требовал этой конкретики, – не просто каких-то там красивых рассуждений где-то там (как мы вас любим), – он требовал конкретного предания. И конкретное предание означает: «Я предаюсь гуру даже если мне это не нравится. Даже если что-то, что творит гуру мне не нравится или от меня потребуются какие-то действия, которые очень болезненны для моего эго». Шрила Прабхупада интересные вещи на этот счёт говорил. Он говорил, что да, вот эти люди (показывая на каких-то своих старших учеников), они поставлены мной. И вы должны предаваться им, потому что вы должны видеть в них связь со мной. И даже если они неправильно что-то делают, вы всё равно должны это делать. Например.

Это искренность! Потому что если я просто делаю то что мне нравится, – ну Ачьютатма вчера какие-то примеры на этот счёт приводил… [Кого ты цитировал, что он прав по преданию.] Он интересно кого-то процитировал: Шьямасундару или ещё кого-то. То есть мы находимся в обществе преданных. И в обществе преданных… – это очень важный момент, потому что гуру нас вводит в сангу преданных, в общество преданных. И в санге преданных, в обществе преданных, нам придётся делать далеко не всегда то, что нам нравится, нам далеко не всегда придётся вступать в какие-то отношения, которые будут так уж приятны. Но если мы делаем это ради гуру, – а гуру хочет этого!.. Он хочет. Духовный учитель говорит, что вы не должны ссорится. Как бы вам этот человек не нравился, вы не должны ссорится. Любая ссора – вы меня бьёте. И так далее. Т.е. очень много вещей, которые по сути дела являются настоящим испытанием нашей искренности.

Если мы не искренни, при первой же… что-то мне не понравилось, мои рага и двеша включатся, и я убегу из этого общества. Я буду писать, – и многие ученики писали, – «Шрила Прабхупада, мы вас признаём, но с этими не хотим иметь ничего общего». Шрила Прабхупада им писал в ответ, что если вы их не признаете, вы меня не признаете. Если вы не признаете общество преданных со всеми его плюсами и со всеми его минусами. Для Шрилы Прабхупады не было ровным счётом никакой тайны, или никаким секретом того, что много каких-то недостатков будет, много вещей. Но тем не менее, если я как служение Шриле Прабхупаде продолжаю служить его ученикам и тому обществу, в которое он меня ввёл и его миссии, то это искренность. И когда Кришна видит эту искренность, то Он сильно тронут бывает. Потому что Он видит.

А иначе это теория, иначе это просто красивая теория:

– Я предался!

– А в чём твоё предание заключается?

– В том, что я рано встаю.

– Ну извините меня пожалуйста, многие люди рано встают, – это ещё не предание. Оттого, что я рано встаю.

– Я мантру повторяю.

– Это тоже ещё не предание. Я могу сколько угодно эту мантру повторять, но у меня внутри никакой реальной работы не будет происходить. Я буду оставаться тем же самым. Мои рага и двеша не будут превращаться во что-то другое.

Рага и двеша значает, что для меня всё… Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад, он цитировал, – любил цитировать – и Шрила Прабхупада тоже цитировал эти стихи Бхактивиноды Тхакура. Очень важная вещь, очень важная мысль! [Реплика из зала: «Манаса деха геха»?] Не «Манаса деха геха» – есть другая песня из того же самого раздела «Шаранагати», где он говорит: «Отныне всё: и хорошее, и плохое…» Он там говорит: «В служении тебе, если я встречаю что-то хорошее или что-то плохое, – и то и другое становится для меня источником экстаза. Потому что это помогает мне избавиться от привязанности к материальной двойственности». В служении Тебе, – если я начал служить Тебе, и я столкнулся с чем-то приятным и с чем-то неприятным, – и то и другое для меня экстаз полный. Потому что это помогает мне выйти за пределы так сказать моей материальной обусловленности.

А Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур Прабхупад, который в сущности реализовал эту вещь реально, создав организацию, в которой было много проблем, он часто цитировал этот стих. (смех) Бхактивинода Тхакур его по отношению к себе в основном делает. Но он его распространял на нашу позицию: для меня это служение. И как я собственно могу понять, что это служение? А именно в этом. Служение значит, что бы там ни случилось, – для меня это экстаз. Потому что я могу служить! Даже если это очень сложно, даже если это болезненно, даже если кто-то не ценит то что я служу таким образом и делаю что-то.

ВИШНУТАТТВА Д: Я хотел поделиться соображениями. Просто как-то меня по поводу 5-й главы (в частности, 20-го текста)… Мне как-то стало непонятно там то, что вы говорили. Потому что… Ну очевидно в силу того, что препятствие – это моё собственное понимание, я хотел бы им тоже поделиться. Либо его разрушите, либо… Мне кажется тут несколько проще. Мне кажется этот текст венчает собой как бы определённое усилие – стихов, где обсуждается этот конфликт между необходимостью описать лилы Господа и вот то, что было сделано Вьясадевой (он дал кармические наставления). И это было ему инкриминировано так сказать как преступление. Вот. Очень жёстко!

Но если посмотреть на 21-й текст – чем всё заканчивается. А заканчивается всё в общем-то призывом очень позитивным: «Поэтому…», говорит Нарада. «Поэтому» – т.е. «в результате всего, что я сказал». Я так понимаю. «Поэтому, исходя из всего что я сказал, опиши как можно ярче трансцендентные лилы Верховной Личности». То есть это кажется та цель, ради которой он всю эту головомойку устроил Вьясадеве. [БВГМ: Так?.. (с интересом)] И предшествующий этому 20-й текст говорит: «Ты вот всё описал там. Про материальный мир, все эти ценные наставления. Но в принципе этот материальный мир – это Господь, это Бхагаван». [БВГМ: Да.] И есть как бы эти два взгляда на него. Что это… Ну есть мнение, что это неотлично от Господа, а есть мнение, что отлично по форме. Но с 20-го он сказал, что это Бхагаван вообще-то. И как бы снижая вот этот свой пыл, – вот этот критический, – он говорит: «Ну ты же сам знаешь это всё, – тоже как бы по ходу упоминает это. – Я просто вкратце тебе это напоминаю. Ты сам мудрый человек, прекрасно…»

БВГМ: А причём тут?.. Причём тут тогда?.. Что это вдруг он про материальный-то мир вспомнил? (с улыбкой)

ВИШНУТАТТВА Д: Потому Вьяса про материальный мир давал наставления: как жить. [БВГМ: Правильно, так.] И поэтому он говорит, что ты давал как бы о материальном мире, но имей в виду, что это в общем-то Верховная Личность Бога. Ты про него писал, просто неправильно. Ты описывал мир! «Хотя – он говорит – да это Он, но ты дай лилы Его, а не просто Его вот это безличное описание – этой вселенной».

БВГМ: Тогда бы Вьясадев… Если бы это действительно было таким образом. Если бы это был вывод, который Вьясадев сделал, услышав наставления Нарады, то он бы стал описывать игры 10-й Песни. Зачем бы он тогда делал всё остальное?

ВИШНУТАТТВА Д: Ну почему же? Не обязательно только лилы – Творение тоже.

БВГМ: А зачем? Потому что на самом деле реально, – и дальше мы это увидим, лилы всё равно… Лилы, которые описаны в «Бхагаватам», у них есть некая иерархическая структура. Они не равноценны. И есть лилы, которые непосредственно скажем так питают нашу бхакти, а есть лилы, которые какие-то другие результаты дают. Они не совсем на одном и том же уровне находятся. И Шрила Прабхупада тут в любом случае очень сильно подчёркивает вот этот момент неотличия. Если мы возьмём ту же самую чатур-шлоку «Бхагаватам», в чатур-шлоке «Бхагаватам» даётся определение майи. И определение майи такое: это моя способность отделять то что я вижу от Бога. И это чатур-шлока «Бхагаватам» – это «Бхагаватам» в самом скажем так «зазипованом» виде, в самом сокращённом виде.

И это очень существенная вещь. Для того чтобы мы действительно поняли игры Господа, нам нужно от майи избавиться. А для того чтобы мы могли избавиться от майи, нам нужно перестать относиться к этому миру, как к чему-то принципиально отличному от Бога. Нам нужно перестать относиться к людям, которых мы окружаем, как просто к каким-то объектам моей эксплуатации. Потому что если это нечто отличное от Бога, я буду эксплуатировать это. Я буду либо наслаждаться, либо отрекаться от этого. Мне нужно понять, каким образом относиться к преданным в этом мире и понять их связь – мы даже этого не можем понять. Из-за нашей запрограммированности на рагу и двешу мы смотрим на преданных и видим в них объекты эксплуатации моей, объекты моего наслаждения.

Иначе говоря, это очень существенный момент. До тех пор, пока этот момент не станет ясен, я не смогу правильно жить. Я буду слушать игры Господа, и я буду видеть при этом майю. Для меня игры Господа будут всего лишь навсего проявлениями майи в конечном счёте. Я буду видеть Его… У меня трансцендентного понимания игр Господа не появится, потому что по-прежнему мой ум находится под влиянием майи. Дело в том, что я живу в этом мире – я живу в этом 24 часа в сутки. Мне нужно научиться жить в этом мире 24 часа в сутки как слуга. Если я ощущаю себя слугой Верховного Господа только тогда, когда я повторяю Харе Кришна мантру или только тогда, когда я сижу на лекции «Шримад-Бхагаватам», а всё остальное время я думаю, что я могу так сказать, топтать этот мир своими лотосными стопами, и оставлять отпечатки своих лотосных стоп всюду, и метить: «это моё, это моё, это моё» что-то в этом мире, то грош цена всем этим вещам.

Поэтому это существенный стих, это очень существенный стих. И Нарада Муни не зря его тут произносит. Потому что если бы это было не важно, он бы его не произнёс. Он бы сказал: «Опиши благие игры Господа», и всё. К которым не обязательно игры творения даже относятся, потому что что тут благого? – Тут сплошное вообще кровопролитие какое-то. Что тут особенно-то? Ну понятно, что мы понимаем. Но мы сможем понять это: мы сможем понять то что Кришна всеблагой и что бы Он ни делал – благо, только тогда, когда мы сможем научиться 24 часа в сутки взаимодействовать с этим миром, как с продолжением Бога. И получить определённый опыт в определённом общении с этим миром. Потому что сейчас мы получаем опыт постоянно от этого общения с миром. Какой этот опыт? – Что-то мне нравится, что-то не нравится. Либо мне хочется продолжать наслаждаться, либо хочется убежать из этого мира. Всё, у меня нет этого самого – маханубхавы, у меня нету реального духовного опыта от общения или от жизни в этом мире. Нету!

Поэтому это существенный стих, важный стих. И поэтому ачинтья-бхеда-абхеда, поэтому «Веданта-сутра» начинается с этого: джанмадй асйа йатах, – описание Брахмана с чего начинается? И Шрила Прабхупада пишет, что человек никогда не поймёт и не сможет научиться взаимодействовать с Богом, если он не станет это делать прямо сейчас. Я не думаю, что это просто он походя говорит: «Ну да вот ты это знаешь. Ну и скажи… В общем-то, это не так важно, но скажи там, что знаешь». Нет! Это важная вещь, – на мой взгляд это очень важная вещь, – и если мы эту вещь не зафиксируем сейчас в сознании, мы не поймём: а откуда вдруг потом какие-то другие вещи появляются.

Ну по крайней мере, это моё…

Да! Всё. Мне Ачьютатма на часы показывает. У нас часы уже… Время истекло.

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы