«Шримад-Бхагаватам», 2.1.16, Ковалам, 18.12.2017 г.

Аннотация:

В данной лекции Махарадж разъясняет вопросы, связанные с подготовкой человека к смерти: что поможет стереть нежелательные самскары, привязывающие нас к существованию в материальном мире; почему Веды рекомендуют после 50-ти лет уйти из дома и заняться йогой; для чего человек в последний период своей жизни должен осознанно брать на себя дополнительные обеты; как избавиться от постоянного беспокойства в уме и чувства страха, дающего начало всем остальным негативным эмоциям; как почувствовать защиту Бога и принять у Него прибежище.

 ***

16 стих из первой главы второй песни «Шримад-Бхагаватам»

 

грихат правраджито дхирах

пунйа-тиртха-джалаплутах

шучау вивикта асино

видхиват калпитасане

 

Перевод: Человек должен уйти из дому и приступить к обузданию своих чувств. Поселившись в святом месте, необходимо регулярно совершать омовения и сидеть в одиночестве на освященном по всем правилам сиденье.

КОММЕНТАРИЙ:

Чтобы как следует подготовиться к следующей жизни, необходимо оставить свой так называемый дом. Система варнашрама-дхармы (санатана-дхармы) предписывает человеку порвать семейные узы как можно раньше – сразу по достижении пятидесяти лет. Современная цивилизация построена на семейном уюте и всевозможных удобствах, поэтому каждый рассчитывает, что, удалившись от дел, спокойно заживет в хорошо обставленном доме, окружив себя прекрасными женщинами и детьми, и не допускает и мысли о том, чтобы покинуть свой уютный дом. Высокие правительственные чиновники и министры до самой смерти держатся за свои высокооплачиваемые должности, даже не помышляя о том, чтобы отказаться от семейного уюта. Находясь в плену собственных иллюзий, материалисты строят всевозможные планы, чтобы окружить себя еще большим комфортом, но беспощадная смерть, не спрашивая их согласия, внезапно обрывает жизнь этих прожектеров, заставляя их оставить нынешнее тело и получить следующее. Так, в соответствии с плодами своей деятельности, эти прожектеры получают новое тело, принадлежащее к одному из 8 400 000 видов жизни. Как правило, те, кто слишком привязан к семейному уюту, из-за грехов, совершенных ими в течение долгой и порочной жизни, получают в следующей жизни тела низших форм. Так они напрасно растрачивают энергию человеческой жизни. Чтобы избежать этой опасности и не привязаться к иллюзорным вещам, человек в возрасте пятидесяти лет или даже раньше должен задуматься над тем, что когда-нибудь ему придется умереть. Строго говоря, смерть предупреждает о себе задолго до того, как человек достигает пятидесяти лет, поэтому в любом возрасте необходимо готовить себя к следующей, лучшей жизни. Общество санатана-дхармы организовано таким образом, что тот, кто следует его законам, готовится к следующей жизни и практически лишен возможности прожить человеческую жизнь впустую.

Святые места во всем мире предназначены для того, чтобы уда лившиеся от дел люди могли поселиться там и подготовить себя к следующей жизни. Поэтому, достигнув пятидесятилетнего возраста, разумные люди должны отправиться в какое-нибудь святое место и посвятить остаток своих дней духовному возрождению, освободившись от всех семейных привязанностей, которые называют оковами материальной жизни. Чтобы избавиться от материальных привязанностей, необходимо покинуть дом. Тот, кто до самой смерти живет в кругу семьи, никогда не избавится от материальных привязанностей, а сохраняя их, он не сможет обрести духовную свободу. Однако мало просто оставить свой дом и законно или незаконно завести другой в святом месте. Многие, оставив свои дома, отправляются в святые места, но из-за дурного общения снова заводят семьи, вступая в незаконную связь с представительницами противоположного пола. Иллюзорная материальная энергия настолько сильна, что человек может впасть в иллюзию в любом возрасте, даже после того, как ушел из своей благополучной семьи. Вот почему так важно научиться управлять своими чувствами, соблюдая обет безбрачия и полностью избавившись от сексуальных желаний. Для того, кто хочет улучшить условия своего существования, наслаждение сексом равносильно самоубийству или даже хуже того. Поэтому уйти из дома необходимо прежде всего для того, чтобы научиться укрощать свои желания, особенно сексуальные. Для этого нужно устроиться на освященном по всем правилам сиденье из соломы, покрытом шкурой оленя и тканью, и без оскорблений повторять святое имя Господа описанным выше способом. Все это необходимо только для того, чтобы отвлечь ум от материальной деятельности и сосредоточить его на лотосных стопах Господа. Этот метод прост, и только он способен возвести человека на самый высокий духовный уровень.

Шрила Шукадева Госвами отвечает на вопрос, поставленный ему Махараджем Парикшитом в конце первой песни: «Что должен делать умирающий человек? Что должен делать человек накануне смерти? Что нужно делать для того, чтобы подготовиться к смерти?» И Шукадева Госвами, как это водится, сначала дал некий тезис:

тасмад бхарата сарватма

бхагаван ишваро харих

шротавйах киртитавйаш ча

смартавйаш чеччхатабхайам (Бхаг., 2.1.5)

«Если ты хочешь избавиться от страха смерти, то нужно помнить о Боге, повторять Его имя, слушать о Нём – шротавйах киртитавйаш ча смартавйаш чеччхатабхайам».

И теперь он начинает подробно объяснять, что нужно делать. И в начале он сказал: «Не бойся, семь дней достаточно. Одной мухурты достаточно! В принципе быстро можно сделать…У тебя целых семь дней, у Махараджа Кхатванги была одна мухурта». Всё можно перечеркнуть, как мы вчера говорили с вами, что, в конце концов, человек должен в этот последний период стереть все самскары, которые находятся в нашем сердце. А их много! Если человек не сотрёт эти самскары, то эти самскары заставят его рождаться снова. Память о прошлых наслаждениях никуда не денется. И в сущности человек должен стереть эти самскары, и Шукадева Госвами начинает объяснять, как это сделать, но он смотрит на свою аудиторию. Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит удивительную вещь: там сидели йоги, и Шукадева Госвами посмотрел на них и сказал: «Ну, хорошо, ладно. Начнём с чего-то, что будет им приятно услышать». Казалось бы, и очень часто мы слышим это, надо говорить всю правду и ничего кроме правды, резать правду-матку. В лицо нужно говорить, прямо, как будто это боксёрская вещь. И уж кто бы мог себе это позволить – это Шукадева Госвами. Тем не менее, он не делает этого, он начинает с чего-то, что будет приемлемо для людей, находящихся в аудитории. И можно прямо видеть, как он начинает говорить это, и йоги начинают кивать головами. Как любой лектор знает: он что-то говорит, посмотрит на какого-то человека, и человек начинает кивать головой, потом отведёт в сторону, он опять не кивает. Автоматический рефлекс – поддержать. И эти йоги, которые сидели в аудитории, со спутанными волосами, с большими коронами на голове, занимавшиеся йогой, они наверняка согласно закивали головами в этот момент и сказали: «Да-да, он всё правильно говорит, всё хорошо!» Но сам Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит, что на самом деле то, что Шукадева Госвами хочет сказать, он скажет только в конце второй главы. В начале он начинает, скажем так,  с рецептов, которые были известны в ведической культуре, которые были приняты и не шли в разрез с некими культурными нормами. Это примерно то же самое, что если бы мы, обращаясь к какой-то аудитории русских людей, начали свою речь о том, что нужно делать с чего-то, с чем они очень легко себя могут соотнести. Сказали бы что-то, что, в конце концов, расположит их. И поэтому он даёт этот рецепт, который был приемлем для людей той культуры. Но интересен сам подход Шрилы Прабхупады. Он любой даже косвенный метод, о котором говорится в «Шримад-Бхагаватам», всё равно приводит в гармонию с общей системой сознания Кришны. И Вишванатха Чакраварти Тхакур объясняет, что тут дхирах значит «начинающий человек», человек не опьяненный, достаточно трезвомыслящий, не находящийся в иллюзии. Шрила Прабхупада говорит о людях, которые отказываются посмотреть фактам в лицо, которые не хотят признать, что смерть не далеко стоит, что она за углом. Поэтому первая квалификация человека дхирах – некая честность: «Признаюсь себе – смерть близко. И надо что-то делать по этому поводу». Нельзя просто находиться в позиции страуса, засунув голову в песок. Поэтому дхирах – это минимальная квалификация, очень простая: « Я просто должен признаться в этом факте – я умру, так же как умерли все остальные до меня. Исключения для меня никто не сделает». А если сделает, то не дай Бог! У Джонатана Свифта есть история про Гуливера, который оказался в царстве неумирающих людей: у них уже ничего нет, зубов нет, а они всё живут.

Поэтому он говорит дхирах, и дальше он говорит, что человек должен начать йогу. И мы знаем, дхирах – человек, который понял, что нужно подготовиться к смерти, йога означает – яма, нияма, асана, пранаяма. Здесь соответственно говорится яма – первое ограничение, которое человек должен сделать – брахмачарья. Грихат правраджито. Первое, что человек должен сделать – покинуть семью, разрубить эти связи. И Шрила Прабхупада говорит очень жёсткую вещь, он говорит, что для человека, который хочет лучшей следующей жизни, занятие сексом подобно самоубийству или ещё хуже. Сложно представить себе, что может быть хуже самоубийства, но в любом случае первое, что человек должен сделать, если он хочет подготовиться к смерти, – это, так или иначе, разобраться со своим сексуальным желанием. Шрила Прабхупада объясняет в «Бхагавад-гите» в третьей главе, что сексуальное желание – это цепь, майтхунья-агара, цепи, которые привязывают нас к этому миру. Он говорит, что в обычных тюрьмах есть оковы, засовы, замки, а в тюрьме материального мира ничего нет. Есть только одни оковы – оковы секса. И все с удовольствием тут остаются, всем нравится находиться в этих цепях. Поэтому он говорил: первое, что человек должен сделать – грихат правраджито – выйти из дома, то есть перестать заниматься сексом.

Шрила Прабхупада в одном из писем говорит, что брахмачарья – значит, освобождение гарантировано; грихастха – 50%, не факт. Но для брахмачарьи, если человек по-настоящему соблюдает брахмачарью, то много процентов у него есть. И потом, соответственно, яма – запрет, нияма   тиртха-джалаплутах человек должен омыться, совершать омовение в святом месте. И дальше – вивикта асино – человек должен совершать асану. Не значит, что человек должен находиться в позе собаки лицом вниз, потому что если он умрёт в позе собаки лицом вниз, то велика вероятность того, что именно эта поза останется у него последней. Асана – значит, что человек должен медитировать. Шрила Прабхупада говорит: в конце концов медитировать на лотосные стопы Господа.

Во всех классических текстах нет этих всех сотен поз йоги. Говорится, есть 3-4-5 поз, в которых человек может медитировать. И это значит асана – принять позицию, которая максимально благоприятна для медитации, для сосредоточения, для того, чтобы работать с умом. Потому что от позиции зависит наша способность работать с умом.

И дальше, в следующем стихе, он будет говорить про пранаяму, когда он будет говорить про слог ОМ. Вишванатха Чакраварти Тхакур говорит – это пранаяма. Пранаяма сопровождается ОМ. Он делает вдох на сколько-то ОМов, потом произносит Ом, когда выдыхает, и так далее.

То есть, иначе говоря, он даёт ещё раз советы, касающиеся йоги, а Шрила Прабхупада относит это к нам, к сознанию Кришны. И отчётливо видно, что Шрила Прабхупада хочет в каждый комментарий вложить всё, что только есть. Это его метод, который люди не понимают. Люди не очень понимают, почему Шрила Прабхупада так часто повторяется. Для тупых…По сути дела, если бы этот комментарий был последним, Шрила Прабхупада мог бы сказать: «Ну, я всё, что человеку нужно знать, сказал. Что, в конце концов, человек должен отказаться от привязанности к этому миру, и без этого ничего невозможно сделать». Это тот же самый совет, который Прахлада Махарадж дал своему отцу. Когда отец у него спросил: «Что самое лучшее ты узнал? Скажи мне, пожалуйста». Он сказал: «Тат садху, самое лучшее – садху. Садху – значит «превосходное», «превосходящее».

тат садху манйе ‘сура-варйа дехинам

сада самудвигна-дхийам асад-грахат

хитватма-патам грихам андха-купам

ванам гато йад дхарим ашрайета (Бхаг., 7.5.5)

Перевод: «О лучший из асуров, о царь демонов, мой духовный учитель объяснил мне, что любой, кто получил бренное тело и поглощен преходящими семейными заботами, всегда пребывает в беспокойстве, ибо свалился в темный колодец, где нет воды, а есть только страдания. Человек должен оставить мирскую жизнь и уйти в лес [вану]. Это значит, что ему следует отправиться во Вриндаван, где безраздельно царит сознание Кришны, и так обрести покровительство Верховной Личности Бога».

Тат садху манйе ‘сура-варйа дехинам «О лучший из демонов, послушай лучшее, что я узнал из того, что должен знать дехинам – воплощённый человек, находящийся в теле.

Сада самудвигна-дхийам асад-грахат – и этот человек, который находится в материальном теле, –  сада самудвигна, его ум постоянно находится в беспокойстве, 100% времени самудвигна. Прямо русское слово. Понятно. Движется…Ум его всё время в тревоге находится. Дхийам – значит «рассудок». Он все время думает: «Что мне делать?»

Я в последнее время изучаю немножко нейрохимию или структуру того, что у нас есть. И это факт, у нас постоянно вырабатывается кортизол. Кортизол это гормон тревоги, гормон беспокойства. Когда человек находится в беспокойстве, у него возникает вопрос: «Что делать?» У человека сразу же возникает это желание: «Надо что-то делать! Надо как-то спасаться!» И человек асад-грахат, так как он находится в этом теле непостоянном, у него всё время есть эта фоновая тревога, фоновый страх, некая изначальная эмоция, из которой все остальные эмоции исходят. Все остальные эмоции – это порождение страха. Кама, кродха, лобха, моха, мада, матсарья – всё это порождение страха.

Я вчера читал одну интересную статью о природе жестокости. Меня заинтересовал вопрос, как люди объясняют эту жестокость, которая возникает у человека, который хочет удовлетворить свои материальные желания. И в этой статье человек очень интересную вещь говорит: жестокость – это дочь страха. Страх, который живёт в нашем сердце, именно страх позволяет человеку наслаждаться чужими страданиями, видом чужих страданий, видом унижений. Таким образом человек как бы заглушает до какой-то степени этот страх и чувствует своё превосходство, кульминацию своей роли: «Я здесь ишвараИшваро ‘хам ахам бхоги (Б.-г., 16,13-15). Это способ избавиться от страха, как это не парадоксально. Этот страх сада самудвигна-дхийам асад-грахат – это фоновая эмоция на существование. Поэтому Прахлада Махарадж говорит: сада самудвигна-дхийам асад-грахат хитватма-патам грихам андха-купам ванам гато йад дхарим ашрайета. И поэтому он советует своему отцу, которому сильно перевалило за пятьдесят к тому времени: «Дорогой отец! Ванам гато йад дхарим ашрайета – отправься в лес или в святое место». Шрила Прабхупада объясняет: ванам – значит «Вриндаван». Или как здесь говорится: отправься в святое место. Для чего? Что значит святое место? Почему нужно святое место? Дхарим ашрайета – для того, чтобы почувствовать защиту, чтобы избавиться от этого страха. Как в предыдущем стихе говорилось: первое, что ты должен сделать – это избавиться от страха. Как избавиться от страха? Избавиться от страха можно, если ты чувствуешь защиту Кришны.

И Шрила Прабхупада очень интересно пишет в третьей песне «Шримад-Бхагаватам», я сейчас как раз прочитал это. Он говорит, что в принципе человек может легко почувствовать защиту или присутствие Бога. И собственно в конце второй главы тоже есть этот стих, где Шрила Прабхупада говорит о том, что человек может легко почувствовать защиту Бога с помощью разума своего или ощутить это присутствие Бога. И Шрила Прабхупада в третьей песне говорит, что мы не чувствуем защиты Бога из-за этого беспокойства постоянного. Ум, охваченный беспокойством, лишён способности почувствовать защиту Бога. Где-то нужно разорвать этот заколдованный круг: я беспокоюсь и поэтому не могу почувствовать защиту Бога, я не чувствую защиту Бога и поэтому я беспокоюсь. Где разрывается этот круг? Этот круг разрывается, когда человек уходит в святое место и в святом месте ванам гато йад дхарим ашрайета – чувствует это прибежище.

Я встречался с людьми, которые в первый раз приезжали во Вриндаван… Или мне недавно один ученик прислал письмо. В первый раз он приехал во Вриндаван, и говорит: «Это – потрясающе! Там чувствуешь что-то… Я вернулся в Москву и не понимаю, что я тут делаю в этой Москве. Я не могу соотнести себя, я побывал в какой-то другой реальности»

То есть этот уход из семьи и переселение в святое место – у него есть очень глубокий смысл. Это способ заколдованный цикл, какой-то круг нашей жизни разорвать, вырваться оттуда. Как буддисты, представители философии Кшаникавады, говорят: всё кшаника, всё состоит из маленьких моментов. Их способ освобождения: всё состоит из крошечных моментов, но между этими крошечными моментами есть очень коротенькие промежутки пустоты, и надо просто как-то туда нырнуть. Каким-то образом из этой приковывающей к себе реальности нырнуть в этот маленький крошечный промежуток, то есть перейти в другое состояние, сделать квантовый скачок или переход куда-то в другое состояние. Но это, конечно, не очень практичный совет буддистов. Поэтому Шукадева Госвами и Шрила Прабхупада говорят, что практичный совет ванам гато йад дхарим ашрайета – отправься в святое место, и в этом святом месте тебе легче будет почувствовать защиту Бога. Ум естественным образом успокоится, ты получишь какое-то общение, тебе будет легче, и тогда ты вдруг почувствуешь присутствие этого милостивого и справедливого Бога, про которого Васушрештха говорит, что есть два качества у Бога: он всегда милостив и всегда справедлив. В обычной жизни это очень сложно почувствовать, потому что люди, так или иначе, находятся в состоянии бунта против Бога, они не могут смириться с Ним и с тем, что с ними происходит. И ты всё время видишь это сопротивление людей Богу. И так как ты видишь сопротивление людей Богу, оно передаётся тебе в том числе. Чем хорошо святое место? Тем, что мы там видим людей, которые приняли Бога, которые не сопротивляются Богу, которые находятся в этом состоянии ашрайета – они приняли прибежище. Чтоб почувствовать прибежище, нужно его принять.

Когда мы гуляем, здесь в храме Айапы всё время играют какие-то бхаджаны. Постоянно практически в каждом бхаджане – Айапа шаранам, Айапа шаранам, Айапа шаранам – защити, дай прибежище. Кришна шаранам мама – маха-мантра, которую повторяют последователи Валлабхаачарьи. Шри Кришна Шаранам мама, Шри Кришна Шаранам мама, Шри Кришна Шаранам мама… Шаранам, ашрая – все ищут этой ашраи или защиты. Прахлада Махарадж говорит ванам гато йад дхарим ашрайета хитватма-патам грихам андха-купам – надо оставить этот колодец семейной жизни, отправиться в лес и почувствовать прибежище у Кришны.

Ну вот, собственно, всё, что Шрила Прабхупада тут объясняет, что человек должен для начала стать дхирах, уйти в святое место и попытаться полностью стереть эти васаны наслаждений здесь в материальном мире. И прежде всего сексуальных наслаждений, что не простая задача, потому что это очень липкая вещь.

Ну вот, всё, что можно было сказать по этому поводу, сказал.

ВОПРОС:

Это касается последнего периода жизни…У нас же другой способ – не уходить.

ОТВЕТ:

Ну, скажем так: можно не уходить. Всё зависит от того, насколько человек способен, не уходя из дома, находиться реально в сознании Кришны или избавиться от этих всех васан. И кто-то может, в этом нет никаких сомнений. А кто-то не может. Шрила Прабхупада ушёл, так или иначе. Тут он говорит, что после пятидесяти лет или раньше. Но после пятидесяти лет надо о душе подумать и о Боге подумать. Если человек может, находясь в кругу семьи, – не проблема. Но просто смысл в том, что человек должен начать готовиться к своему уходу. И для этого нужно какое-то время. Хотя и есть воодушевляющий пример Махараджа Катванги, способного предаться за одно мгновение, в реальности это не так просто.

ВОПРОС:

В течение жизни он, наверное, тоже готовился?

ОТВЕТ:

Ну да, поэтому он смог, когда узнал… Полубоги у него спросили: «Какое желание исполнить?» Он говорит: «Сначала скажите, сколько мне жить, потом я скажу, какое желание исполнить». Они говорят: «Мухурту».

Суть же не в том, что мы внешне делаем. Суть в том, какова наша мотивация. Если мотив правильный, то человеку неважно, что он делает, он всё делает в правильном мотиве. Если мотив неправильный, то, конечно же, ему нужно подумать… А очень сложно часто бывает отделить. Это то, о чём вчера Васушрештха тоже говорил. Шачинандана Махарадж говорит, что мы как бы делаем и для всех, и даже для самого себя, мы думаем: «У меня всё нормально!» Мы даже сами иногда боимся заглянуть в эти закрытые для всех остальных комнаты. Но заглянуть-то надо. И нужно понять, если эти комнаты у меня есть. Если их нет, то ради Бога, не важно, где ты находишься – ты находишься в святом месте, ты святые места с собой носишь. Если они есть, то тогда нужно подумать всё-таки, нужно ли поменять что-то внешне для того, чтобы эти закрытые комнаты открылись, их не осталось.

ВОПРОС:

То есть люди могут быть по разным ашрамам. Кто-то в этот момент может быть грихастхой ещё, кто-то ванапрастхой, кто-то брахмачарьи, кто-то санньяси. Но сам этот период – это же момент, когда меняется тонкое тело. И могли бы Вы описать, что должно измениться? В чём этот переход, что на новом уровне должно произойти у человека?

ОТВЕТ:

В соответствии с аюрведой и астрологией тонкое тело точно меняется в 60 лет. Потому что 60 лет – это цикл, когда две главные планеты нашего гороскопа самые медленно движущиеся, описывающие самые глубинные процессы, – Сатурн и Юпитер – возвращаются на то же самое место друг относительно друга. Сатурн проходит весь зодиак за 30 лет, а Юпитер – за 12 лет. Соответственно, самый короткий период, когда они снова оказываются относительно друг друга в том же самом месте, – это 60 лет. И поэтому в астрологии говорится вимшоттари даша, что полный срок жизни человека 120 лет. И 60 лет – это половина. Обычно в 60 лет человек переживает определённый кризис, а кризис – это всегда перемена тонкого тела. В Южной Индии по-прежнему есть обычай, который называется шашти шамана. Ученики делали это для Джаяпатаки Махараджа, когда ему было 60 лет. Шашти шамана буквально значит умиротворение шашти, 60-ти лет. То есть это некий обряд или церемония, как любая самскара, которая помогает человеку через этот сложный период пройти, потому что любые изменения, любая перестройка, она всегда сложная, всегда достаточно болезненная, у человека по-другому начинает функционировать всё.

В процессе этой шашти шаманы что предлагается человеку сделать? Ему предлагается взять на себя некие дополнительные обеты, то есть отказаться от чего-то, к чему он привык. Иначе настоящей шаманы не будет. Человек должен отречься. Если, например, он любит чапати, то в этот момент он говорит: «Всё, отныне больше чапати есть не буду». Или бананы есть не буду… Не то, что я морошку есть не буду, потому что её нет всё равно (Смех). То есть человек должен как-то настроиться на этот момент, что начинается последняя часть моей жизни, и я должен потихонечку-потихонечку поменять стиль жизни, и, в конечном счёте, я должен поменять смысл. Смысл в том, что я к чему-то привязываюсь всё равно. Даже если я – санньяси, у меня есть какие-то свои привязанности, мне нравится… Ну, мало ли что может нравиться санньяси, я могу длинный список сказать, что нравится санньяси. Смысл в том, что нужно потихонечку понимать, что всё, что дело уже серьёзное, дело «пахнет керосином».

Я спрашивал у Ниранджана Махараджа как раз в этот период, когда у меня какая-то внутренняя перестройка: «А что после этого будет?» Он очень интересную вещь сказал: «Ты будешь делать то же самое, что делал, но гораздо более осторожно». То есть в любом нашем действии, которое мы делаем, даже если это непосредственно связано с сознанием Кришны, есть некий яд этого эго: «О, какой я крутой. Как у меня всё хорошо получилось». То, что Ниранджана Махараджа сказал, это очень сильно врезалось в меня: «Ты будешь делать то же самое, но осторожнее, понимая, что осторожнее надо быть в этом мире».

Ладно, всё. Спасибо большое!

Шрила Прабхупада ки джай!

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы