Семинар «Шарангати, или возвышенная наука предания себя», вступительная лекция

Семинар «Шарангати, или возвышенная наука предания себя», ретрит учеников, Германия, 2012 г.

Аннотация:

Предание, как естественная садхана перемены эго. Противоестественность смерти; смерть, как символ ограниченности реальности; связь с «ограниченным», как основной источник стресса; выход за пределы своей ограниченности, как единственный способ избавления от стресса; преодоление тревог, беспокойств и страхов, как побочный эффект предания. «Предание себя» в разных сампрадаях; шаранагати, как самый естественный способ установить связь с бесконечным Богом; уникальное понимание шаранагати и бхакти-йоги в нашей сампрадае; особое отношение нашей сампрадаи к Харе Кришна маха-мантре; повторение святого имени, как практика предания. Отличие ретритов от фестивалей; цель ретритов, их актуальность; духовное обновление (восстановление первоначальной новизны духовного опыта и избавление от оскорблений), как главная цель ретрита; ретрит, как практика ухода от «искусственного» и прихода к «естественному»; служение близким, как самая естественная вещь. Сосредоточенность через «естественное», и рассеянность через «противоестественное».

Истории:

- Бесстрашие Шрилы Прабхупады;

- Драупади зовёт Кришну, но имеет в виду не Его;

- Большого культуриста сваливает с ног горстка прасада;

- Матаджи едет за тридевять земель на фестиваль, чтобы помыть обувь преданных.

 ***

Я очень рад видеть всех и каждого из присутствующих здесь, в этой комнате замечательной. Я рад увидеть эту комнату тоже. Но гораздо больше я рад увидеть всех вас здесь. У нас будет сегодня небольшое вступление, небольшая вводная речь. Тема ретрита в этом году здесь, в Германии, будет «Шаранагати – предание себя Кришне». Много лет тому назад я начал эту тему на первом ретрите в Магдалиновке. И буквально несколько дней назад я рассказывал на эту тему что-то в Лондоне на английском языке. И мне хотелось снова с вами поднять эту тему и вместе поразмышлять над тем, что значит «предание себя». Мы называем себя преданными от этого слова, – что мы предались, посвятили себя чему-то. Иначе говоря, предание – это некая основа и фундамент, на котором зиждется вся наша практика. Но очень часто мы пытаемся обойти этот фундамент. Очень часто незаметно для себя в силу каких-то отклонений, которые естественным образом существуют в нашем сознании, мы пытаемся подходить к практике бхакти с другими рецептами. Бхакти будет успешной только тогда, когда в основе её лежит предание, то есть перемена эго человека.

Но очень часто мы слышим рецепты, в общем-то, взятые из других традиций. И в этой связи, пожалуй, будет любопытно в качестве введения на эту тему объяснить, каким образом в сампрадае Рамануджа-ачарьи (в Шри-cампрадае) понимается предание, и чем оно отличается от бхакти-йоги.

Для нас между преданием, шаранапатти (шаранапатти-прапанн) и бхакти-йогой нет никакой разницы – одно немыслимо без другого. Но в достаточно близкой к нам духовной традиции проводится очень чёткая грань между тем и другим. И говорится, что эти два способа – это два способа, с помощью которых человек может поменять свой статус. Мы все сейчас имеем материальный статус, мы крепко-накрепко привязаны к материальному отождествлению, наше эго связывает нас с материальным телом. И в сампрадае Рамануджа-ачарьи говорится, что есть два способа, о которых Кришна говорит в конце «Бхагавад-гиты». Если вы помните самый конец «Бхагавад-гиты», то Кришна сначала говорит Арджуне: «Арджуна, Я тебе всё сказал. Подумай, как следует и поступай, как знаешь. Делай всё, что хочешь. Я всё тебе сказал». Потом Кришна смотрит на Арджуну и сострадание пробуждается в Его сердце. И Он понимает, что Он не может закончить «Бхагавад-гиту» на этом. Он не может сказать, что: «Делай, как знаешь». И со слезами на глазах Он говорит: «А теперь Я открою тебе самое важное. Нечто в высшей степени важное. И просто послушай Меня». И Кришна вкладывает такую силу в эти два стиха, что невозможно не понять, что именно это Он хочет сказать нам всей «Бхагавад-гитой». Он произносит два стиха. Первый (Б.-г., 18.65):

ман-мана бхава мад-бхакто

мад-йаджи мам намаскуру

мам эваишйаси сатйам те

пратиджане прийо ’си ме

Он говорит: «Я торжественно обещаю тебе, о Арджуна, что ты придёшь ко Мне, если ты будешь думать обо Мне (ман-мана). Бхава мад-бхакто – если ты станешь Моим бхактой, то есть будешь исполнять какие-то требования, если ты будешь кланяться Мне и будешь приносить какие-то жертвоприношения Мне (мам-йаджи) и поклоняться Мне (или просто кланяться Мне), тогда ты придёшь ко Мне наверняка». И второй, следующий, стих, всем известный стих (Б.-г., 18.66):

сарва-дхарман паритйаджйа

мам экам шаранам враджа

ахам твам сарва-папебхйо

мокшайишйами ма шучах

И второй стих – Он говорит: «Ф-ь-ю-ю-х! Просто брось всё и предайся Мне! И ничего больше не делай». И Рамануджачарья, и вслед за ним вся сампрадая (вся школа бхакти) говорит, что Кришна говорит здесь о двух принципиально разных подходах к духовной жизни. И оба подхода работают, но оба подхода сильно отличаются друг от друга. Он говорит, что в первом случае Кришна говорит, – и это факт, сам по себе санскрит, и слова Кришны подразумевают такое толкование, или по крайней, мере позволяют такое толкование, – первый подход они называют бхакти-йогой. И в их понимании бхакти-йога – это наши попытки медитировать на Кришну: на образ Кришны, на форму Кришны, на имя Кришны (ман-мана – думай обо Мне). Бхава мад-бхакто – стань Моим преданным (когда мы исполняем различные правила, предписания преданного служения, когда мы совершаем жертвоприношения в честь Кришны, когда мы кланяемся, когда мы ведём жёсткую регулируемую жизнь в соответствии с принципами бхакти-йоги).

И в каком-то смысле этот подход является йогой, или чем-то напоминает медитативную йогу, описанную в шестой главе «Бхагавад-гиты». Потому что, что такое йога в обычном понимании этого слова? Йога – медитируем: «Сосредоточьтесь, расслабьтесь, сядьте в хорошую позу, медитируйте». И они говорят: «Это один метод» – и очень часто мы пытаемся идти этим путем. Кто-то пытался идти этим путем? Нужно сосредоточиться на имени Кришны: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе. (повторяет очень сосредоточенно, выстреливая слоги) Ман-мана – думай обо Мне. Однако мы знаем, что попытки эти достаточно беспомощны, что попытки эти часто не приносят ничего. И мы думаем: «Что же не получается?! Говорят же нужно сосредоточиться: Харе Кришна Харе Кришна». Так? Но не успели мы сказать Харе, как ум уже полетел куда-то. Мы говорим: «Кришна» – и возвращаем его, но на следующем Харе, он опять улетел куда-то.

И ещё раз, это то, что в Шри-сампрадае называется бхакти-йогой. И они говорят, что для того, чтобы заниматься бхакти-йогой, надо родиться в определённой семье, надо быть чистым. Надо, в сущности, уметь медитировать – надо иметь чистый ум, что, в принципе, задача достаточно неисполнимая в Кали-югу. У кого здесь чистый ум, между прочим? Потому что, чтобы медитировать, надо иметь определённые способности. Поэтому, они говорят: есть второй метод. И второй метод Кришна описывает в знаменитом стихе (Б.-г., 18.66): сарва-дхарман паритйаджйа мам экам шаранам враджа – шаранагати. «Просто предайся Мне, и Я позабочусь о тебе».

И я привожу этот пример для того чтобы мы поняли, как часто…. Но это, ещё раз, – это не наше понимание. Наше понимание заключается в том, что мы предаёмся и потом занимаемся бхакти-йогой, что мы сначала предаёмся, и потом начинаем повторять: Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе. Не сначала начинаем повторять Харе Кришна, а потом предаёмся, – а сначала предаёмся. Иначе говоря, с самого начала мы читаем Харе Кришна особым образом. Все попытки, так или иначе, сосредоточиться просто на Харе Кришна, они, мы знаем сами, оканчиваются неудачей. Как иногда на ретритах говорят: «Надо ровно сидеть, чтобы повторять Харе Кришна». И объясняется, что медитацией можно заниматься, только если позвоночник ровный. Мы понимаем, что для нас с ровным или кривым позвоночником медитация с равным успехом не получается. (смех) Наша медитация достигла полной независимости от формы позвоночника: она не получается ни в том, ни в другом случае, как бы мы ни пытались его выпрямить. И всякие другие способы. Пранаяма – хороший метод. Но если человек предался, то ему неважно, какую форму примет его позвоночник. Почему? Потому что предаться – значит, вложить всё своё сознание в эти слова.

И Шрила Прабхупада говорит об этом. Когда он объясняет, как нужно повторять мантру, он говорит, что мантру нужно повторять, как ребёнок, который зовёт свою мать. Вы слышали когда-нибудь это? И Шрила Прабхупада, объясняя, давая это объяснение, он в сущности говорит, что в начале должно стоять шаранагати, потому что ребёнок, он ищет прибежища у своей матери. У него нет другой защиты, кроме матери своей, поэтому, он зовет её. И в этом случае ребёнку ненужно объяснять принципы медитации, пранаямы, чтобы он звал свою маму искренне. Ему ненужно все эти вещи делать, потому что он будет её звать так, как надо.

Если мы поймём, что значит это настроение предания, и если мы, как следует, поймём – даже не поймём, а почувствуем (потому что речь не идёт о каком-то холодноватом интеллектуальном понимании; интеллектуальное понимание помогает, но в конце концов, речь идёт о том, чтобы почувствовать, что это значит – предаться Кришне), – то тогда успех нашей практики будет гарантирован. Чтобы привести пример того, что значит предание, и почему успех заключается именно в этом (в полном предании), – самый, конечно же, яркий пример предания (результатов предания), это история Драупади. Вы все знаете и слышали эту историю. И рассказывалось, что много лет спустя, однажды, Кришна остался наедине с Драупади. И Драупади посмотрела на Кришну и сказала: «Кришна, Ты спас меня в тот самый момент, когда меня пытались обесчестить». Просто на минутку представьте себе: целомудренную женщину пытались раздеть. Причём не просто раздеть, – на глазах у старших, на глазах у воинов, царей, огромного количества мужчин. Что может быть страшнее?!

И Драупади стала говорить об этом, и слёзы стояли у нее в глазах. Она, обращаясь к Кришне, говорила: «Кришна, спасибо. Ты спас меня! Но я хочу задать Тебе один вопрос: почему Ты не сделал это сразу, почему Тебе нужно было столько времени, чтобы спасти меня?» И этот вопрос иногда возникает у нас. Мы тоже думаем: «Что-то Кришна не торопится нас спасать». Кришна не приходит к нам на помощь в каких-то ситуациях, или иногда мы думаем: «Вообще, есть Кришна или нету? Спасёт Он меня или не спасёт?» Кришна ответил Драупади на этот вопрос. И Она говорит: «Я же, Кришна, я же Тебя звала! Я с самого начала звала Тебя». Кришна сказал: «Да, ты Меня звала. Ты действительно говорила: „Кришна, Кришна, Кришна, Говинда!“, но имела в виду не Меня. Вначале, когда ты звала, обращаясь ко Мне, ты звала Меня, а глаза твои искали Арджуну и Бхиму. Потому что они были твоими мужьями, ты знала, что ты находишься под их защитой, ты знала, что они всегда тебя защитят. И ты глазами искала их, и ты говорила: „Кришна, Кришна, Кришна“, но при этом думала, что они будут делать. И ты увидела, что Арджуна и Бхима опустили голову в пол».

Бхима: «Пффф!», – смотрел на Юдхиштхиру, и он ждал знака Юдхиштхиры. Но Юдхиштхира равнодушно сидел и делал вид, что его это не касается. Кришна сказал в этот момент: «Потом ты обратила свой взор к Дроне. Ты звала Меня и кричала: „Кришна, Кришна, Кришна, помоги!“, но ты думала: „Дрона, он же может остановить это безобразие!“». Если бы Дрона сказал одно слово, – Дроначарья пользовался такой силой, уважением и могуществом, что достаточно ему было сказать одно слово, и всё бы прекратилось. «Ты увидела, что Дрона отвернулся и тоже сделал вид, что он не понимает, что происходит. Тогда ты обратила свой взор на Бхишму и звала Меня: „Кришна, Кришна, Кришна!“ Ты встала перед ним и сказала: „Бхишма, что происходит? Останови это! Соответствует ли это дхарме или нет?! Рабыня я или нет?“. И Бхишма сказал: „Не знаю. Сложный вопрос, надо подумать“. Бхишма отказался. Потом ты подбежала к слепому Дхритараштре и стала просить помощи у Дхритараштры. Ты смотрела на него в надежде, что он остановит всё это. Когда ты поняла, что он не остановит этого, тогда ты схватилась за своё сари сама. Но Духшасана тем временем тянул на себя край твоего сари. Ты звала Меня. Потом ты подняла одну руку и кричала: „Хе Говинда!“, – а другой придерживала сари, вцепилась в него зубами и не хотела отпускать. А потом ты поняла, что тебя никто и ничего не спасёт. И в этот момент ты крикнула: „Кришна! Говинда!“ (повторяет с полным преданием), – и тут Я пришёл. В этот момент Я стал сари твоим». Кришна сказал, что: «Когда ты позвала Меня, – Я пришёл. До этого ты говорила: „Кришна“, – но имела в виду кого-то другого. До этого ты всё равно, так или иначе, полагалась на кого-то ещё».

И смысл этой истории для нас с вами очевиден. Мы тоже зовём Кришну, правильно? Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе. Но иногда вообще ничего не чувствуем – мы не чувствуем присутствия Кришны. Мы знаем теорию: что Кришна и Его имя неотличны друг от друга. Это значит, что стоит нам произнести Его имя, – мы должны почувствовать Его присутствие рядом. Но иногда мы не чувствуем Его присутствия. А иногда чувствуем, да? Иногда бывает так, что Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе / Харе Рама, Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе. И всё зависит только от этого, – только от того, насколько предание находится в этот момент в нашем сердце или в нашем сознании; насколько наше сознание проникнуто этим духом.

И предание – это практика. Понятно, что сложно ожидать, что мы предадимся сразу на 100%, если Драупади этого не сделала. Драупади – не садхака, или как это в женском роде сказать? Садхакини. Драупади – не преданный, который стремится к совершенству. Она сиддха, она достигшая совершенства, – но даже в её случае, она полагалась на кого-то другого и искала защиту у кого-то другого. Разумеется, это лила, игра – для нас. Это лила для того, чтобы показать нам, как, через какие этапы должно проходить наше духовное развитие. И шаранагати, или предание себя – это процесс, это садхана, это практика. И в тех каких-то рассказах, которые будут посвящены этой теме, я попытаюсь затронуть это, попытаюсь рассказывать об этом. И буду рассказывать истории того, как разные люди проходили через этот процесс, что он, собственно, подразумевает.

Садхана означает нечто, что мы делаем каждый день. Садхана не есть что-то, что мы сделали однажды и забыли об этом. Садхана – это практика, и практика значит – каждый день мы это делаем. И собственно, когда мы повторяем святое имя – это наша практика предания. И если мы повторяем святое имя в этом настроении, то всё остальное то, что мы будем делать, будет делаться в правильном сознании, в правильном состоянии. И вся наша жизнь превратится в одно удивительное приключение, – когда мы будем постоянно ощущать присутствие Кришны в нашей жизни, когда это присутствие божественной силы (которая ведёт нас по жизни и в конце концов, должна привести нас к себе), будет не теорией, а практикой, конкретным опытом нашей жизни.

Собственно, в этом смысл – я буду говорить об этом. Это будет тема моих каких-то рассказов. И мы будем с вами думать о том, как применять это в своей жизни, что нужно делать, что делали другие, как нам нужно реагировать на всё то, что с нами происходит. И самое удивительное, что должно с нами случиться в этот момент – это обещание Кришны, Он говорит: «Когда человек делает это, – когда человек предаётся (сарва-дхарман паритйаджйа / мам экам шаранам враджа / ахам твам сарва-папебхйо / мокшайишйами ма шучах), – он перестаёт испытывать тревогу, беспокойства, стресс, страх». Кто-то испытывает иногда – изредка – тревоги, беспокойства, страхи? Это признак, – ну скажем так, – не очень совершенного предания себя. Когда наше предание становится совершенным, человек становится абсолютно бесстрашным, абсолютно спокойным. Такой человек может зайти на корабль в семьдесят лет, поехать в Америку с сорока рупиями в кармане (или со скольки там рупиями?), не зная ничего, что там ждёт. И ничего, – нормально. Какие проблемы? Кришна, Он и в Америке Кришна, правильно? Кришна, Он же не только в Индии, – Он везде Кришна. Такой человек может всё, что угодно сделать. Он не беспокоится по пустякам, из-за мелочей не беспокоится, – не из-за чего. Он полностью абсолютно непоколебимо невозмутим. И его жизнь протекает в другом измерении – в постоянном общении с Кришной. Почему? Потому что он вышел за пределы ограниченной реальности, в которой мы находимся. Мы находимся с вами в ограниченной реальности, и символом этой ограниченности является смерть.

Самая главная проблема материального существования – это смерть. И это самое ясное доказательство ограниченности. И всё внутри нас бунтует против смерти. Мы же не хотим умирать, правильно? Смерть же – это противоестественная вещь? Мерзкая, гадкая, противоестественная вещь, – нечто противное, совершенно противное существу, нечто не укладывающееся в нашей голове. Человеку – душе – естественно ощущать свою бесконечность. Мы ищем бесконечности, – бесконечного счастья, бесконечного знания, понимания и бесконечного существования, бытия, – и мы не можем смириться с этой ограниченностью. Когда человек предаётся, то он выходит за пределы ограниченного бытия, за пределы своего ограниченного сознания.

На самом деле, когда мы находимся в контакте с ограниченным, мы постоянно испытываем стресс, постоянно испытываем беспокойства. Эту вещь заметил Виктор Франкл – человек, далекий от какой-то ведической культуры или от понимания (человек, изучавший психологию, психолог из венской школы психологии) – он утверждает эту удивительную вещь, что человек ощущает счастье только тогда, когда он, так или иначе, соприкасается с чем-то бесконечным. Люди ищут чего-то, – люди ищут, они хотят расширения, расширения, расширения, так? Зачем люди деньги зарабатывают? Потому что деньги, особенно, когда их много… Казалось бы, заработал миллион и живи себе спокойно – тебе хватит. Нет! Никто никогда не останавливался на одном миллионе – даже на одном миллиарде никто никогда не останавливался. Люди хотят расширять эти все вещи. Почему? Потому что такова природа духа. Природа духа – постоянное расширение: анандамбудхи-вардханам. Эта вардханам – это природа духа. И мы хотим обрести что-то. Когда человек соприкасается с чем-то, что напоминает ему это постоянное расширение, он чувствует себя хорошо: больше, больше, больше, больше, больше…

Так вот шаранагати, или предание себя – это самый простой, самый естественный и самый прямой способ ощутить себя в контакте с бесконечным Богом и избавиться от своей ограниченности и от неминуемых стрессов, связанных с этим. Все хотят жизни, свободной от стресса – все хотят чего-то, но никто не знает, как это получить. Иначе говоря, у нас будет семинар, как избавиться от стресса. (смех) Потому что есть только один единственный способ избавиться от стресса – это выйти за пределы своей ограниченности, тюрьмы материальной, тюрьмы материального сознания, ограниченного материального сознания. Когда человек выходит за пределы этого, он соприкасается с безграничным, он становится абсолютно счастливым. Другой совершенно, другой природы его сознание становится, – другое качество оно приобретает.

Это то, что мы будем с вами пытаться практиковать здесь. Вот. Согласны? (зал: согласны) Две матаджи согласны. (смех) Те кто не согласны, – можно погулять. (смех) Но на самом деле, это удивительная вещь, это секрет. И это сокровенное знание – это не такое простое знание и не такое примитивное, как нам кажется. Иногда, когда мы слушаем об этих вещах или мы видим какие-то примитивные проявления так называемого предания себя, или шаранагати, – это всё не работает. Нам нужно понять очень глубоко эту вещь. И для того чтобы это делать, ненужно никаких предварительных условий. Каждый человек может это делать – собака может это делать, не только человек. Даже существа в более низших формах жизни могут это делать. Поэтому это очень подходящий для нас способ духовной практики, в высшей степени демократичный, не требующий никаких предварительных условий, – соблюдения предварительных условий, – или какой-то квалификации предварительной.

К сожалению, Адити-духкхаха прабху не приехал – я очень надеялся на его приезд. И конечно, этот ретрит был бы другим, если бы он приехал, но надо предаться Кришне. Кришна захотел, Кришна из сердца эстонских иммиграционных властей заставил их почему-то поставить другую дату на его визе, – после того, как наш ретрит уже кончится. Так что мы будем как-то пытаться погружаться без него.

Ещё несколько вещей, которые мне хотелось сказать важных по поводу всего этого. Ретрит отличается от фестиваля тем, что ретрит подразумевает максимальную сосредоточенность сознания. Ретрит – это особая форма духовной практики, когда люди уединяются. Буквально ретрит значит «уединение». И ретрит подразумевает то, что человек оставляет всё остальное и пытается сосредоточиться на чём-то главном, – на самом главном. Оставляет все остальные мысли. И всё то, что способствует этому сосредоточению, будет в целом способствовать цели ретрита, которая есть «духовное обновление».

Как получается в процессе нашей какой-то практики, суеты, – человек совершает очень много оскорблений, незаметно для себя, практика теряет вкус. Практика утрачивает какую-то свою свежесть. Вы все же помните какой-то первый опыт соприкосновения с сознанием Кришны, когда вдруг, вообще всё, весь мир преобразился, и всё было свежим, и все думали: «Надо же, вообще как круто!» Да? Помните, да? Было же такое? У кого-то давно, у кого-то недавно, но как правило, мы говорим об этом в прошедшем времени. Почему? Потому что в суете, – в заботах каких-то о хлебе насущном, в какой-то повседневности, – стирается всё. Наша практика теряет свою свежесть, наше посвящение теряет что-то. И люди совершают оскорбления, потому что оскорбления – это невнимательность. И когда свежесть уходит, то невнимательность приходит. В невнимательности своей мы перестаём ценить. Вначале, мы же не оскорбляли никого. Мы думали: «Господи! Есть такие люди оказывается, которые живут по каким-то другим принципам. И это само по себе уже чудо».

Сегодня только я прочитал письмо, – одна преданная пишет из Татарстана: «Я, – говорит, – рассказываю иногда у себя на работе своим сотрудникам о преданных. И они слушают, раскрыв рот, и говорят: „Такие люди есть, да? Правда?“». Вначале, когда мы приходим, – у нас есть эта свежесть. Мы начинаем видеть, ценить этих людей, которые оставили всё, которые сосредоточены на Боге, которые хотят вообще достичь Бога, которые хотят служить – у нас есть свежесть подхода к преданным, к святому имени, к прасаду. Мы думаем: «О, прасад! Прасад – фу-у-ух!» Люди, которые первый раз пробуют прасад, они говорят, – Алексей рассказывал: «Вообще – говорит – это просто, вообще. Прасад, он же… У-х-х!» Мне один тоже преданный рассказывал, что он был культуристом и в армии служил. Такой большой преданный, он ел такие горы – горы там. Был там килограммов сто пятьдесят. Ел всегда горы. Его пригласили к преданным. И преданные поставили перед ним какую-то тарелочку – там было немножко сабджи и гречневой каши чуть-чуть. Он посмотрел на это, у него внутри просто прямо возмущение – волна возмущения поднялась: «Что они мне хотят этим сказать?! Что это такое вообще?! Это мне даже вообще ни…» – немножечко там гречневой каши было. (смех) Он говорит: «Я съел это, я почувствовал такую сытость – я не мог вообще пошевелиться. Я подумал: „Да, это круто. Это что-то!“». Так?

И вначале у нас есть это. Вначале мы ценим это, а потом как-то куда-то всё это уходит. Преданные? Ну да, преданные. Уже знаем недостатки всех и каждого. Уже обсудили эти недостатки помногу раз со всеми. И практика теряет какую-то свежесть для нас. Прасад уже там, – если панира нет, то уже это не прасад. (смех) Уже там нам нужны какие-то изыски. И из-за этого мы совершаем оскорбления. Так как мы оскорбления совершаем, вкус уходит. И мы уже отбываем как-то свою практику, – какая-то у нас повинность. Шестнадцать кругов – это трудовая повинность. Но это же всё – это не духовная практика.

И для этого нужны ретриты – Бхактивинод Тхакур говорит об этом. Бхактивинод Тхакур объясняет в «Шри Чайтанья Шикшамрите», что ретрит, или праздники – это особые дни, когда человек полностью может сосредоточиться на духовной практике, чтобы вернуть утраченную свежесть, чтобы полностью погрузиться туда, почувствовать этот вкус, который приходит только при полной сосредоточенности. А для этого нужно отключиться от всего остального. И собственно, правила ретрита, они очень простые. Нужно попытаться максимально сосредоточиться на одном: на преданных, на служении и на всём том, что помогает сосредоточиться.

Недавно я читал замечательную фразу Гуру Махараджа. Он пишет: «Чистота, как всё естественное, помогает сосредоточенности сознания», – в этой фразе очень глубокая мудрость. Чистота, как всё естественное, помогает сосредоточенности сознания. Это значит, что всё неестественное способствует рассеянности. Мы можем видеть, что все искусственные вещи приводят именно к этому – они возбуждают ум и заставляют сознание наше рассеиваться. И плата за это рассеянное сознание – отсутствие глубокого счастья, понимания того, кто я, своего предназначения. Человек рассеивает своё сознание множеством всевозможных способов. И самым лучшим из них, – самым последним изобретением для рассеивания сознания, – является Интернет. Если хотите рассеять своё сознание – зайдите в Интернет и попляшите там слегка. Поэтому на ретритах Интернет надо отключать – Wi-fi отключать надо, электронную почту и всё остальное.

Но смысл, ещё раз, того, что на ретритах нужно делать, в высшей степени естественные вещи. И естественные вещи, какие? Давайте вспомним. Сейчас очень сложно. Нужно будет читать семинар по тому, что такое «естественно». Потому что наша жизнь настолько искусственна, настолько противоестественна, что сложно сказать, что такое «естественная вещь». Естественная вещь – это улыбаться. Улыбаться – это естественная вещь. На ретритах надо улыбаться. Каждый раз, когда кого-нибудь видите – улыбнитесь. Это естественно – хотите верьте, хотите нет. На ретритах надо говорить друг другу приятные слова – это естественно. Говорить друг другу неприятные слова – это противоестественная вещь. Надо пытаться воодушевлять друг друга. На ретритах надо служить друг другу, потому что это наше самое глубокое естество. К сожалению, мы забыли об этом естестве, потому что это естество завалено грузом всего противоестественного, чему мы научились в этом мире.

На самом деле, желание служить, желание делать что-то для другого, желание реализовать смысл своего существования вне и помимо себя – это очень естественная вещь. Все хотят что-то сделать для другого. Я видел это сегодня, когда Роман меня проводил, – привёл сюда. Я понял, что ему надо было это всё сделать, чтобы мне показать. (смех) Это факт! Для себя бы он этого не стал делать. На самом деле, мы для себя ничего не можем делать – для себя делать что-то скучно. Кто-то может приготовить пир из восемнадцати блюд для самого себя? Потом сесть и съесть. (смех) Может и может, но это патология (смех) – это уже нечто не естественное. Человек, который ведёт себя таким образом, он сумасшедший. А приготовить для человека, которого мы любим, – сделать что-то для другого, – это естественная вещь. Это самая естественная вещь.

И все естественные вещи, ещё раз, они помогают сосредоточению сознания. Все противоестественные вещи сознание рассеивают – оскверняют, делают его очень поверхностным, очень мелким. Все естественные вещи делают сознание чистым и очень глубоким. Поэтому успех ретрита в том, чтобы максимально сосредоточить сознание. А для этого надо делать самые естественные вещи – надо служить друг другу, делать что-то друг для друга, улыбаться, воодушевлять друг друга, стараться настраиваться друг на друга. Это же тоже естественная вещь. Наше одно из естественных желаний, очень глубинных желаний человека – знать. Правильно? Сат, чит и ананда, – мы хотим существовать, хотим знать и хотим наслаждаться. И знать – значит чувствовать другого человека (знать, что другой человек думает, что он ощущает). Это очень естественная вещь. Желание знать, общаться с другим человеком, настраиваться на его волну, чувствовать его, – это очень естественное желание. И всё это помогает, в конце концов, сосредоточить сознание. И чистота, – чистота тоже помогает сосредоточить сознание, – чистота, простота, естественность.

Это скажем так, какие-то общие слова – каждый может для себя подумать, что это значит для него: какие естественные вещи он будет естественным образом делать здесь. Но одна вещь очень важная – служить, просто служить друг другу. Потому что это, ещё раз, самое главное естество. Я недавно встречался с Бхакти-ананта Кришной Махараджем, и он мне рассказал историю потрясающую. Они устраивают такие праздники, фестивали, ретриты. И слава об этих праздниках, она распространяется далеко – фестивали святого имени. И одна женщина приехала из Волгодонска – специально на этот праздник. То есть ей нужно было целый день, – это где-то около Ростова, – целый день ехать до Москвы, чтобы поучаствовать в этом празднике и обратно потом уехать. Вот. И они вначале объяснили, что главное условие, правило – это служить друг другу, делать что-то, какие-то вещи делать друг для друга: помогать друг другу, поддерживать друг друга. Он говорит: «Эта женщина, она услышала это, воодушевилась. Она приехала специально на праздник из Волгодонска. Она побежала к стойке, где обувь стоит, и целый день она мыла туфли». Там где-то полторы тысячи человек было, (смех) которые приехали. Полторы тысячи пар обуви! И он говорит: «Она была самым счастливым человеком на всём празднике». И сказала: «В следующий раз обязательно ещё раз приеду!» (смех)

Но на самом деле, это факт. Это очень естественные вещи, которые помогают человеку правильно настроиться и сделать своё сознание глубоким. И естественно, надо просыпаться рано, – потому что это тоже естественная вещь. Забытая, но естественная вещь. Все естественные вещи, они, как правило, хорошо нами забыты. Вставать до восхода солнца – это очень естественная вещь. Ложиться рано – тоже естественная вещь. И приходить сюда на мангала-арати – это тоже очень естественная вещь. Проснуться и петь. Есть даже такая пьеса, спектакль такой: «Проснись и пой». Это про кришнаитов. (смех) Петь ведь тоже очень естественно. Правильно? Все в ванной поют или под душем. Ну то есть вот несколько напутствий, которые мне хотелось сказать, чтобы настроить на наш фестиваль. Давайте мы сейчас споём киртан включительный, и на этом завершим нашу вступительную программу.

Шри Шри Джаганнатх Баладев Субхадрамайи ки… джай!

Шри Гоур-Нитай ки… джай!

Все остальные ки… джай! (смех)

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы