Семинар «Шаранагати», лекция 3

Семинар «Шаранагати», первый ретрит учеников, Магдалиновка, 2007 г.  (Диск 90, трэки 10-36)

Аннотация:

Шаранагати не значит рвать отношения, а установить свять с Кришной, это ответственность, нет места лени и сумасшествию, это высший метод. Объяснение Шаранагати 3-мя стихами из “Падма-Пураны”. Отказ от независимости и от представления, что я что-то делаю в этом мире. Я должен стать инструментом в руках Кришны (история про садху, который тащил в поезде груз на себе). Пример с объявлением в туалете в поезде – отказ от всяких достижений. От нас зависит только желание, все остальное делает Кришна. Нам мешает только ложное эго. Глубинный анализ ложного эго (история про изгнание Рамачандры в лес). Шаранагати – принятие воли Бога без какого бы то ни было сопротивления. До тех пор, пока не начнем делать все исключительно ради Кришны, мы не предались и не занимаемся бхакти. Анализ проявления гордости. Пракиткум – рассказать как радуемся своим удачам и как сокрушаемся о своих неудачах. Нужно подняться над этим, так как это то, что отделяет нас от Кришны (почет и бесчестие), оставаясь одинаковым и отождествляя себя только с самым всоким статусом – слуги Бога. Первый шаг к Шаранагати – мощный удар по ложному эго. Шаранагати = 2 вещи: всегда помнить о милости Кришны (гордыня съедает эту память) и ощущение своей незначительности и полной беззащитности (беспомощность и надежда на милость). Поем первую песнь из “Шаранагати”, Доинйа. Гордость – естественный результат материальной жизни (рождение, детство, затем множество важных дел, забота о родственниках, старость). Времени на Бога не осталось. Бхактивинода плачет и сокрушается об этом. Наша болезнь – равнодушие к Богу. Великим преданным достаточно одного слова, чтобы одуматься. Гуру Махарадж рассказывает потресающую историю своей жизни молодого ученого. Практикум – на что я трачу свою жизнь? что я делаю для того, чтобы забыть Кришну? Осознать, насколько мы далеко ушли от Бога, к которому все равно придется возвращаться. Гуру Махарадж заканчивает рассказ о том, как его страшной истории пришел счастливый конец.

***

 

Повторение  Ч. Ч. Мадхйа, 22.100:

 

анукулйасйа санкалпах

пратикулйасйа варджанам

ракшишйатити вишвасо

гоптритве варанам татха

атма-никшепа-карпанйе

шад-видха шаранагатих

 

Харе Кришна. Мы с вами собрались здесь в этом замечательном месте, где щебечут птицы и светит солнце для того, чтобы размышлять над нашим падшим положением. Для того, чтобы найти прибежище в словах ачарийев и для того, чтобы яснее понять, что мы должны делать, чтобы почувствовать любовь Кришны. Кришна готов пролить на нас Свою любовь, но для этого нам нужно предаться Ему. И предание – это внутренний процесс, это не имеет ничего общего с чем-то внешним. Внешне это может проявляться в каких-то формах, может не проявляться. Но это состояние души человека, и в этом состоянии что бы ни делал человек, Кришна принимает. И наоборот, если этого состояния нет, как мы говорили с вами вчера, что бы ни делал человек, Кришна не примет.

Дурйодхана хотел предложить Кришне прасад, вернее бхогу. Созвал самых лучших поворов, он приготовил для Него самый лучший дворец, пригласил туда самых лучших танцовщиц и музыкантов. И сказал: Кришна, приходи, я покормлю Тебя. Кришна сказал: „Ни за что”. Кришна не принимает то, что делается без любви. И любовь еквивалентна Шаранагати, потому что любовь значит, что мы полностью принимаем Кришну, таким, как Он есть, без остатка, и говорим Ему “да” и принимаем Его целиком – Его волю в своей жизни, Его волю, отраженную в священных писаниях, Его волю в тех принципах, которым мы следуем, мы принимаем Его и не пытаемся отвергнуть.

И это, как говорится в стихе, который мы только-что повторили, доставляет душе огромное счастье – модате шаранагатах. Человек предавшийся начинает испытывать радость, модате. Он радуется особой, неземной радостью, и чтобы испытать хотя бы тень этой радости, мы собрались здесь, сюда, чтобы почувствовать хотя бы маленькую крупицу этой радости – тава смити вадан вачах. Такой человек говорит: „Я Твой”. Речью своей он говорит Кришне: „Я Твой”. Телом своим он находится рядом с преданными, или в том месте, где живут преданные, в том месте, где стоит Божество. Он не хочет находиться в другом месте, он не хочет жить где-то, где нет преданных. Ему нужно общаться с преданными. И мыслями своими он говорит Кришне постоянно, что: „Я принадлежу Тебе, мои главные отношения – с Тобой”.

Это очень важная вещь, о которой я, может быть, не так ясно сказал вчера, когда речь шла об отвержении чего-то. Иногда люди неправильно понимают Шаранагати, как попытку отвергнуть или порвать какие-то свои связи. Шаранагати не значит рвать какие-то связи, Шаранагати значит установить связь с Кришной. И когда мы поймем, что эта связь главная, все остальные связи гармонично выстроятся в соответствии с этой главной связью. Когда этого нет, мы будем раздираемы на куски всевозможными связьями, отношениями в этом мире. Но гармония придет в нашу жизнь тогда, когда мы поймем, что главное, что я должен сделать – это установить отношения с Кришной, то есть принять Кришну, принять Его волю.

Я говорил вчера о том, что предание Кришне в отличие от того, что мы привыкли считать, не означает бездействие. Шрила Прабхупада говорил: „ИСККОН не для ленивых и не для сумасшедших”. Хотя, как это ни странно, именно ленивые и сумасшедшие чаще всего присоединяются к ИСККОН. Потому что в нашем сознании предание означает: „Все, я предался, теперь Ты все делай за меня!” Но предание означает нечто прямо противоположное. Предание означает принятие на себя ответственности и мне хотелось это еще раз подчеркнуть сегодня перед началом нашей основной темой, когда мы будем говорить о доинйе, или о смирении. Потому что, если мы посмотрим на настоящих шаранагатах-бхакт…— есть среди знаменитых шаранагатах-бхакт хотя бы один ленивый? Или один сумасшедший? Нет!

Рамануджа Ачарийа, он первый прославил Шаранагати, Рамануджа Ачарийа утвердил славу Шаранагати, сказав, что Шаранагати выше всех остальных духовных путей и духовных методов. Что все остальные духовные методы имеют свои ограничения, тогда, как Шаранагати безгранична. Шаранагати применима ко всем, даже к нам с вами. Более того, мы имеем большие преимущества по сравнению со всеми остальными, потому что мы с вами самые падшие тут собрались и у нас особые привилегии. Был Рамануджа Ачарийа ленивым? Нет. Рамануджа Ачарийа трудился, трудился, не покладая рук. Рамануджа Ачарийа. Веданта Дешика, его последователь, великий ачарийа Шри Сампрадайи – то же самое, кого бы мы не взяли: Рупа, Санатана, Джива Госвами, Шрила Прабхупада, Арджуна, которому Кришна первому сказал: сарва дхарман паритйаджа, мам екам шаранам враджа: отбрось все то, что мешает тебе!  Предайся Мне! Значило ли это, что Арджуна должен был перестать сражаться? Шрила Прабхупада в одной лекции сказал: „Кришна не сказал Арджуне: ‘Арджуна, предайся Мне, сядь и кури ганжу. (смех) Я все за тебя сделаю’. Иногда люди понимают предание, или Шаранагати, как некое пассивное состояние, или состояние паралича: „От меня ничего не зависит, все зависит от Него, Он большой босс, я ничего делать не буду”. Нет, Шаранагати значит, что я работаю как вол, но на Кришну. Я все равно буду работать, я все равно буду трудиться, здесь, в поте лица своего,  материальный мир так устроен, что он не дает мне расслабиться. Даже, если я хочу расслабиться, он меня будет подгонять. Но единственная разница заключается в том, что я стараюсь делать это ради Кришны. И вчера мы читали этот замечательный стих, последний стих из “Уддхава-гиты”, где так же, как в “Гите”, Кришна говорит о предании. Но так же, как “Уддхава-гита” – это следующий шаг и Кришна идет гораздо глубже в Своем рассказе о бхакти Уддхаве, чем Арджуне, точно так же этот стих, он гораздо глубже:

мартйо йада тйактва-самаста-карма

ниведитатма вичикиршито ме

тадамритатвам пратипадйамано

майатма-бхуйайа ча калпате ваи

 

мартйо йада тйактва-самаста-карма, ниведитатма вичикиршито ме – я вчера рассказывал об этом, с одной стороны ниведитатма, ниведитатма значит что такое? Атма-ниведана, да, ниведитатма – я отдаю себя Кришне, Кришна, я твой, Кришна, я принадлежу Тебе, Кришна, я связан с Тобой всегда, я никуда от этого не денусь. Так? И сразу же за этим — вичикиршито ме. Что значит вичикиршито ме, я рассказывал вчера? Чикиршито значает желание сделать. Вичикиршито — желание сделать что-то особенное. Или вичикиршитови так же значит усиление. Очень сильное желание сделать что-то для Кришны.

Две этих вещи появляются вместе. Если у меня нет желания сделать что-то для Кришны, это значит не произошло предание. И мне хотелось прочитать три стиха из “Падма-пураны” для вас. Очень важных, которые ачарии приводят для того, чтобы проиллюстрировать, или объяснить Шаранагати. Насколько я помню, один из них я процитировал в предисловии к этой книге. Это стихи, которые объясняют слово “намаха”. Когда мы встречаемся друг с другом, мы говорим: намаха, намаскар. Или когда мы обращаемся к Кришне, мы говорим: намах. Это очень опасное слово. Особенно в Индии люди злоупотребляют им: намаха, намаха, намаха. Eсли я кому-то говорю ”намаха”, это значит, что все, что у меня есть – твое. И кто-то может буквально понять это. Но намаскар, или поклон Кришне, когда мы кланяемся, мы должны понимать, что это накладывает на нас определенную ответственность.

В “Падма-пуране”, в “Уттара-канде” объясняется это: ахам критих махарах сйан, на кара стхан нишедаках: когда мы говорим ма, на ма, намаха, ма значит аханкара, ма значит ложное эго, ма значит “я”, как я себя понимаю, моя индивидуальность, моя независимость. На, что значит на? – не. Когда я говорю на маха, кланяясь Кришне, когда я молюсь, повторяю какие-то молитвы, где повторяется это или когда я возливаяю что-то в огонь и говорю сваха или намаха (сваха и намаха одно и то же) – это значит, что я говорю Кришне что? Хотите верьте, хотите нет, я отдаю Ему свое ложное эго. Я говорю: „Все, хватит! Я кончаю со своей независимостью, не хочу больше быть независимым, устал быть независимым, надоело быть независимым”. Тасмат ту намаса кшетри, сватантрийам прасидхйате. Поэтому дальше говорится: тасмад ту намаса кшетри – человек никогда не обладает своей независимостью. Тасмат ту намаса кшетри, сватантрийам прасидхйате – у него нет независимости – сва тантрийах. Бхагавад пара тантра сау – он зависит от Кришны, от Бхагавана. Бхагавад пара тантра сау тадайат атма дживанах – он принадлежит Кришне, джива – часть Кришны. Джива неотделима от Кришны, мы часть Кришны, мы должны исполнять волю Целого. Тасмат сва самйартха видхим, тйа джет сарва ашешатах, поэтому, слушайте, это очень важные стихи. Эти две строчки и следующие две строчки, тасмад – так  как я не независим, так как я всегда зависим от Кришны, так как я отказался от своей независимости, от (своей зависимости я тоже отказался), так как я отказался от своей зависимости от материального мира и принял прибежище у Кришны, я не хочу быть больше независимым, поэтому: асмат сва самйартха видхим, тйа джет сарва ашешатах – я полностью отказываюсь от чего? От свя самартхи: от представления о том, что я могу что-то делать в этом мире. Правильно? Хорошее утверждение: „Все, я ничего не могу”. Все было бы хорошо, если бы история кончалась на этом. Человек предался и сказал: „Все, я ничего больше не могу делать и, соответственно, так, как я ничего делать не могу, я ничего делать не буду. Ну и ладушки, а теперь все делай Ты”.

Но дальше говорится в третьем стихе: ишварасйа ту самартхйат – но Кришна всемогущий; я – асамартха, сва асамартхйа – я отказваюсь от этого, самартйах означает моя способность делать что-то, самартха значит я могу что-то делать. Поэтому до этого говорилось: тасмад сва самартха видим тйаджет – я отвергаю, сарва машешитаха – полностью, я ничего не могу делать. Ишварасйа ту самартхйат – но Кришна всемогущий. На алабхйам тасйа видйа те тасмин йаста бараше те тат карма йва сама чайет. Итак как Кришна Всемогущий, что происходит? Он начинает действовать через кого? Через меня. И я начинаю творить чудеса. Я отказываюсь от своей независимости и я позволяю Кришне действовать через меня. И тогда, соответственно, тасмин йасто барашете: я сбрасываю с себя бремя – до этого я нес тяжкое бремя, сгибался под этим бременем: „Я могу, я могу, я могу…”

Есть замечательная история про бремя, знаете? Слышали когда-нибудь? Про одного садху, которй сел в индийский поезд. Все было забито, он где-то нашел себе место, у него был большой тюк с собой. И он водрузил этот тюк себе на голову. Соседи рядом сидели, смотрят – человек сидит под этим тюком, тяжелым-тяжелым, тяжелым. И они говорят:  „Свамиджи, садху, поставьте вниз, зачем, чего вам сгибаться?”

Он говорил: „Не, не, не, я только один билет купил. Это бремя я должен нести”.

Свамиджи, ну неужели вам не стыдно, неужели вы не понимаете, неуже ли вы совсем глупый, вы же ничего не везете, все поезд везет”.

Свамиджи улыбнулся и сказал: „Ага, эк вы заговорили! А что касается вашего бремени, которого вы тащите, кто его везет и почему вы его до сих пор тащите у себя на голове?”

Свамиджи поймал их, потому, что люди сгибаются под тяжестью своих обязанностей, своего долга, всего остального и при этом преисполняются чувства того, что это „Я делаю, я тащу!” Поезд все тащит, все тащит Кришна! Сбросьте с себя это бремя. Здесь говорится: тасмин йастхо бхара. Бхара значит бремя, бхара значит груз. Йасто бхара шете – сбросьте его. Тат кармаива сама чарет, и что делайте? Служите Кришне. Тат кармаива сама чарет, делайте все, чтобы Кришна был доволен вами, старайтесь служить Кришне. И в этом разница – и тот и другой действует, но один действует со своим эго и у него есть это чувство: „Я действую, я великий, о-о-о!” А другой действует, и он делает больше, потому что Кришна действует через него, но у него нет этого чувства: „Я великий!”

Когда я ехал сюда в поезде из Луганска, в туалете я прочел очень мудрое изречение. (смех) Вы уже смеетесь! Постойте, пока я произнесу это изречение. Я понял, что это сам Кришна говорит со мной со стены туалета. Остроумная администрация, зная уровень культуры людей из бывшего Советского Союза, написала объявление большими буквами:

КАКИХ Бы РЕЗУЛЬТАТОВ Вы НЕ ДОСТИГЛИ, СМОЙТЕ ИХ!

(смех)

А ЕСЛИ РЕЗУЛЬТАТы ПРЕВЗОШЛИ ВСЕ ВАШИ ОЖИДАНИЯ, ВОСПОЛЬЗУЙТЕСЬ ЕРЩИКОМ!

(смех и апплодисменты).

Это Шаранагати. Каких бы результатов вы ни достигли, смойте их! И если нужно, воспользуйтесь ерщиком! Все делает Кришна, и нам нужно все время помнить об этом. Мы должны очень хорошо понять, что я всего лишь здесь по воле Кришны, Он мне дал все то, что у меня есть, ничего от меня здесь не зависит. Но, что от меня зависит – от меня зависит это желание, искренне делать что-то для Кришны, делать это, причем только для Него, не для кого-то еще. И единственным препьятствием для этого является мое ложное эго. Шаранагати значит уничтожение ложного эго. Я разбиваю в клочки свое ложное эго. Шрила Шридхара Махарадж написал стих, в котором он объясняет суть Шаранагати.

аханкара нивриттанам

кешаво нахи дурагах

 

Аханкара нивриттанам кешаво нахи дурагах – тот человек, у которого нет аханкары, нет ложного эго, кешаво нахи дурагах – для такого человека Кешава где находится? Нахи дурагах что значит? Недалеко, рядом, для такого человека Кешава всегда подле него. Аханкара нивриттанам кешаво нахи дурагах. Аханкара йута нам хи – но если у человека большое аханкара, большое ложное эго – мадхе парватарасайаха – его отделяет от Кешавы, от Кришны, от Бога непреодолимая горная греда, Гималаи. Я нахожусь по одну сторону Гималаев, а Кришна находится на этих Гималаях. Мне нужно лезть, лезть, лезть, лезть… На самом деле лезть не нужно. Нужно просто попытаться поработать со своим  ложным эго. И мы сегодня будем работать с ложным эго. Кто готов к этому? Те, кто не готов, могут уйти. Целый мир перед вами.

Потому что ложное эго, в сущности, тот самый узел, который связывает нас с этим миром. И через эту связь к нам приходит вся скверна. Ложное эго – это то, что заставляет нас отождествлять себя с этим миром. И так, как мир нечист, так как мир осквернен, то через эту связь я тоже оскверняюсь. Сам я чистый, сам я полностью чистый, но ложное эго оскверняет меня, ложное эго – беда, ложное эго – болезнь, аханкара, этот узел, он – болезнь, и то, что связвает нас с этим оскверненным миром. И я, прежде, чем мы попытаемся поразмыслить над глубиной или высотой своего ложного эго, потому что по сравнению с нашим ложным эго Монт Блан или Еверест покажется маленьким холмиком. У нас там такая гора внутри! И мало того, что это гора, эта гора только сверху, еще внизу  у нее большая часть находится.

Прежде, чем поговорить об этом, мне хотелось привести очень простой и очень доступный критерий, по которому можно судить есть у нас ложное эго или нет. Разумеется, мы все знаем, что у нас есть ложное эго, но мы думаем, что наше ложное эго уже сильно подорвано моим героическим преданным служением. Чтобы понять разные проявления ложного эго, ложное эго –  это не такая простая вещь, это очень многообразная вещь, я расскажу историю одну из Рамайаны, которая показывает, как реагирует человек, у которого нет ложного эго. Все знают эту историю, это история про то, как Рамачандру изгоняли в лес.

Царь Дашаратха провел самую страшную ночь в своей жизни. Когда вечером он пришел к своей жене Кайкейи, Кайкейа затворилась в комнате, которая называлась “покои гнева”.  В те времена люди были цивилизованные и женщины, жены, не устраивали сцен мужьям. Ни на людях, нигде. Но чтобы показать мужу, что они очень сердятся на него, они уходили в покои. Разумеется, если в наших двух-комнатных квартирах вделить одну комнату под “покои гнева”, то может быть (смех)… Адити-дукхаха прабху предлагает для этой цели шкаф вделить (смех).

Ну так или иначе, Кайкейи могла себе позволить такую роскошь, и Дашаратха тоже, одну комнату в своем дворце они выделили под покои гнева. И Дашаратха провел самую страшную ночь в своей жизни, когда Кайкейа объявила ему о своей воли, что Рамачандра уходит в ссылку на четырнадцать лет и что царем должен стать ее сын, Бхарата. Как ни уговаривал ее, как ни упрашивал Дашаратха ее, как ни пытался вразумить, она была непреклонна. Она сказала: „Ты обещал мне, ты должен исполнить”.

 И на следующее утро полу-мертвого Дашаратху под руки привели в тронную залу.

Кайкейа ему сказала: „Ты должен сегодня же объявить”, потому что это было утро коронации. Теперь на минутку поставьте себя на место Господа Рамачандры – вы молодой, красивый, у вас красивая жена. Сегодня, в самый благоприятный день, астрологи вычислили, самый лучший час, мухурту, когда проведут абхишеку, вас коронуют на царство и вы станете царем огромного царства. Даже представить себе трудно.

И вдруг, вместо того, чтобы Ему приготовиться к этому ритуалу, Его зовут к Царю, Царь сидит, и Он видит своего отца – ни живого, ни мертвого, бледного, как бумага, и рядом с ним восседает торжествующая Кайейа, счастливая, с гордой осанкой. Она толкает в бок Дашаратху, Дашаратха не может произнести ни слова, у него дрожат губы, и тогда Кайкейа говорит:

„Моему мужу, Твоему отцу и Государю не здоровится, но мы позвали Тебя сюда, чтобы объявить Тебе о нашей государевой воле. Его величество, Царь Дашаратха, хочет сказать Тебе, что сегодня Ты отправляешься в ссылку в лес на четырнадцать лет. А царем будет мой сын Бхаратха”.

Дашаратха не знал, только стоны раздавались из его кресла. Рамачандра, Он как был светлый и спокойный, так и остался, Он сказал: „Как ты скажешь, мать моя, все то, что ты говоришь –  правда, я принимаю это. Если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду”.

Никто не мог этого понять. Рамачандра на этом примере нам показывает, что значит быть шаранагатой. Быть шаранагатой значит принимать волю, и хорошее и плохое принимать одинаково. Если есть что-то хорошее не радоваться, если что-то хорошее случилось, счастье, удача выпала на меня, я выиграл машину по лотарее! Попробуйте не радоваться. Ну попробуйте не радоваться! Ничего не получится. Если что-то дурное случилось с вами, человек не должен горевать. Он должен принять это, потому что, какая разница, при чем тут я?! У меня нет горя, все зависит от Кришны. Теперь, Рамачандра сам – Бог, но Он играет роль обычного человека и показывает как должен себя вести обычный человек. Лакшман пришел к Нему и стал говорить: „Наш отец выжил из ума. Ты  не должен даже мне ни слова будешь говорить, тебе нужно просто будет бровью повести, пожалуйста, поведи одной бровью, и я сам разберусь. И Ты будешь уже сегодня сидеть на его троне. Ну, пожалуйста”.

А Рамачандра сказал: „А зачем? Зачем?! Мне нужно идти в лес – я пойду в лес. Зачем мне садиться на трон?” Лакшман стал умолять его: „Пожалуйста, пожалуйста”.

Кто-то другой нашел уловку. В таких ситуациях часто ум наш ищет уловку, как бы так все сделать, чтобы и дхарма была соблюдена и я свой интерес соблел. Кто-то подсказал: „Так это же не Твой отец сказал, это же вообще какая-то женщина непонятная сказала. Твой отец молчал”. Потому что Рамачандра сказал: „Это воля моего отца, воля моего отца для меня закон”.

А кто-то сказал: „Нет, это не воля Твоего отца, это воля этой женщины. Зачем Тебе исполнять волю этой женщины?”

Рамачандра ответил на это: „Если я наследую что-то от отца, получу от него какое-то благо, какое-то наследство, то это мое. Но если Мой отец должник, унаследую я его долги или нет? Я тоже унаследую его долги. Мой отец должен этой женщине, и раз она так хочет, я пойду в лес”.

Бхарата пришел, Бхарата стал умолять его. И Бхарата Ему сказал: „Во всех шастрах…” слушайте внимательно: „Во всех шастрах говорится, что если человек хочет, он может поручить кому-то сделать то, что он должен сделать. Поручи мне, я пойду в лес, Ты станешь царем, это Твой трон!”

Васиштха стоял рядом. Васиштха, который знает все шастры, он потвердил Ему все. Васиштха сказал: „Да, да, в шастрах так и написано ‘Если Вы хотите, можете своего представителя…’”

Если вы не можете поститься, пусть за вас кто-то попостится. Это будет считаться вашим поступком. Это древний очень удобный обычай в Индии. Можно нанять брахмана всегда делать что-то за тебя. Вчера нам Ананда-вардхана объяснял как это делать за кого-то.

„Так, наймите!”

А тут даже нанимать никого не нужно, Бхарата сам себя предлагает. Бхарата говорит: „Вот он – я, я пойду и сделаю это за Тебя”.

Рамачандра улыбнулся. Брахманы одобрили, шастры одобрили, подходящий человек есть, чего бы не согласиться? Рамачандра говорит: „Нанимать кого-то можно только в одном случае, если ты сам не можешь это сделать. Если ты сам можешь это сделать, зачем нанимать? Я сам могу в лес пойти. Я пошел в лес, а вы оставайтесь здесь”.

И это значит Шаранагати. Шаранагати значит, что я принимаю волю и при этом у меня нет ни малейшего сопротивления. Я вчера говорил, что Шаранагати означает, что я принимаю волю Кришны, и принимаю это с радостью. Если это радость или счастье, которое выпадает мне, я не слишком радуюсь, но я радуюсь тому, что Кришна этого хочет. И если это горе, которое выпало мне, я тоже принимаю это. Шрила Шридхара Свами, комментатор „Шримад-бхагаватам”, объясняет эту вещь. Вчера Ананда-Вардхана прабху говорил об этом. Шрила Шридхара Свами говорит, комментируя знаменитый стих:

 

шраванам киртанам вишнох

смаранам пада севанам

арчанам ванданам дасйам

сакхйам атма-ниведанам,

где Прахлад Махарадж перечисляет девять методов бхакти. Когда человек слушает о Кришне, это бхакти? Когда человек воспевает Кришну, это бхакти? Когда человек помнит о Кришне, это бхакти? Когда человек служит Кришне, это бхакти? Когда человек возносит молитвы Кришне, это бхакти?

Шридхар Свами говорит: „Нет!” Шридхар Свами говорит: это может быть бхакти, а может не быть бхакти. Все зависит от того, для кого вы это делаете. Если вы делаете это для себя, то это не бхакти. Бхакти это только, если вы делаете это для Кришны. Если я повторяю Святое Имя для себя, это не бхакти. Это – карма, ритуал, еще-что-то. Бхакти начинается тогда, когда я для себя ничего не делаю, потому, что меня нет. Кришна есть и я – Его слуга. Я делаю все для Кришны, я слушаю для Кришны, я воспеваю для Кришны, не ради самого себя. И это бхакти. Это Шаранагати. Это страшная вещь! Поэтому мы до сих пор еще не предались с вами. Поэтому это так трудно.

Я теперь хотел бы, чтобы мы немножечко заглянули внутрь себя и ответили себе на два этих вопроса: „Как я радуюсь своим удачам и как я горюю своим неудачам?” Почему мы так болезненно переживаем свою неудачу? По одной очень глубокой причине: мы воспринимаем неудачу как оскорбление. Так? Нам очень тяжело неудачу пережить, потому что у нас есть внутреннее ощущение того, что со мной не должно случиться неудачи. Неудача – это нечно унизительное, я должен быть удачливым. Как демон в „Бхагавад-гите” говорит: „Я самый удачливый!”

 

ишваро хам ахам бхоги

сиддхо хам балаван сукхи

„Я счастливый, я удачливый, мне везет в этом мире.” Это аханкара говорит: „Я должен быть таким, у меня должно быть это”. Тогда, как если, неудача угодна Кришне, если Кришна понимает, что нам нужна неудача, то эта неудача будет самой большой драгоценностью в нашей жизни. Мы делаем что-то, мы уже отождествили себя со своим будущим успехом, мы уже построили там я не знаю что, хижину, избушку на курьих ножках, и без этой избушки мы не можем жить и избушка недостроеной осталась, а-а-а-а! Или даже мы строим храм для Кришны в Москве. И если у нас ничего не получится, будем мы такими же счастливыми, как всегда или нет? Вы-то будете, я-то нет (смех).

Но человек должен понимать, что „Я делаю что-то, я делаю для Кришны. В конце концов, я делаю это для Него, и только для Него”.

Это моя гордость самим собой. Мне хотелось немножко пару слов сказать, как проявляется моя гордость. У нас есть хорошие качества и плохие качества, правильно? Что мы делаем с хорошими качествами всегда? Мы выставляем их напоказ, ярмарка  – о! И если кто-то, не дай Бог, не замечает наших хороших качеств, что мы делаем? Ну да, мы стараемся намекнуть ему, если он совсем тупой, приходится напрямик ему об этом сказать. Ну не видит человек, ну дурной. Мы показываем, мы намекаем, и так и сяк вертимся, чтобы он увидел, увидел, увидел..!

Что мы делаем с плохими качествами? Прячем, прячем, прячем. Не дай Бог, чтобы никто не увидел, подальше, подальше, подальше. Что делает шаранагата? Наоборот. Может кто-то из вас это делать? Когда я буду прятать свои хорошие качества, прятать. Не дай Бог, чтоб кто-то увидел это. Прятать, как я читаю мантру, прятать, как я один молюсь Кришне, прятать это, прятать. И наоборот, все плохое … Авадута! У них нет ничего плохого, но они специально, это Высшая степень святости, когда человек пытается спрятать все хорошее и наоборот, притворяется дурным. ПРИ-ТВО-РЯ-ЕТ-СЯ ДУРНым. Мы притворяемся умными, нам дурными притворятся не надо. А он умный, но он притворяется дурным. Потому, что у него нет ложного эго, потому что он все принимает. И потому, что он не пытается играть кого-то. Он все отдал Кришне, и он прежде всего отдал Кришне свое ложное эго.

В качестве небольшого перерыва, мне хотелось, чтобы вы обернулись друг к другу, разбились на пары и рассказали друг другу, как вы реагируете на свои радости, рассказали какой-нибудь случай из своей жизни, последний, или какой-то запомнившийся, и главное, как вы реагировали на свои неудачи, когда что-то очень плохое случалось с вами. Жена ваша ушла от вас, или наоборот, вернулась (смех), или еще что-то, попытайтесь подумать и проследить за движениями своего сердца. Почему, почему горе снизошло на вас, почему горе парализовало вас, как вы все это воспринимали? – попытайтесь рассказать об этом друг другу. Расскажите, как вы радовались как щенок из-за какого-то пустяка, или как вы, наоборот, сокрушались, опять же, из-за какого-нибудь пустяка. Подумайте, покайтесь, пока не поздно.

Обсуждаем.

(Не можем остановиться)

Потихоньку закругляйтесь. Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе/Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе. О себе всегда приятно рассказывать, даже когда каешься!

Но иногда полезно бывает заглядывать в свое сердце и наблюдать над тем, что происходит в нем. Потому что, еще раз, все эти наши реакции психологические – свидетельство преграды, которая отделяет меня от Кришны. Кришна недаром в „Бхагавад-гите” снова и снова говорит: „Человек, который одинаков в почете и в бесчестии”. Так, теперь, кто может быть одинаковым в почете и в бесчестии? Все смеются надо мной, все смотрят на меня, все показывают на меня пальцем. Или наоборот, все прославляют меня –  кто может оставаться одинаковым в этой ситуации. Кришна говорит: „Тот, кто остается, очень дорог Мне, потому что у него нет ложного эго, потому что он понимает: ‘Я часть Кришны и ничего, ровным счетом ничего для меня не меняется от этого. Я всегда останусь частью Кришны. Никто меня этого статуса не может лишить’”.

И этот статус самый высокий, которого только можно достичь. Сейчас я в грязи копошусь. И с этого начинается Шаранагати. Шаранагати начинется с доинйи. Бхактивинода  Тхакура объясняет, что первым шагом должен быть мощный удар по нашему ложному эго. Доинйа, раскаяние или ощущение своей беспомощности. Понимание того, что я завишу от милости Кришны. Что дает Шаранагати? Шаранагати, когда у человека есть Шаранагати, у него есть две всегда вещи в уме и в сердце: это постоянная память о безграничной милости Кришны, он ни на минуту не забывает об этом. Когда у нас есть гордыня, наша гордыня съедает эту память. Гордыня не позволяет нам помнить о милости Кришны. И одновременно с этим, у него всегда есть ощущение своей малости и беспомощности. Надежда на милость Кришны безграничная и бесконечная, абсолютно нерациональная, не основанная ни на чем. Полная надежда на милость Кришны, потому что Кришна безгранично милостив. И одновременно с этим очень сладкое чувство своей беспомощности.

Как, опять же, Шридхар Махарадж приводит пример, в Индии, во время больших праздников или фестивалей,  и я думаю, что в нашей части света такое же тоже было –выставляли большой шест, в Индии это был бамбуковый шест. И этот шест смазывали маслом, и устраивали соревнования: „Кто заберется на этот шест, тот получит большой приз”. И люди подходили к этому шесту и там все скользко и никто приз не получал, все вокруг стояли и смеялись над ними. Потому что как можно влезть наверх по этому скользкому шесту? Точно так же люди в этом мире –  они пытаются штурмовать какие-то высоты, или достичь царства Божьего, и это все равно, что лезть по скользкому, намазанному маслом шесту. Чем дальше я залез… даже, если я залез дальше, что потом будет со мной? Сшшшшххх! Упаду, к удовольствию всех ротозеев. Но я могу залезть туда, только если будет милость, если меня поднимут, если кто-то сверху протянет мне руку или канат, я смогу забраться туда.

И доинйа, это ощущение, с одной стороны, память, всегда память о милости Кришны, если мы будем внимательно читать песни Бхактивинода, то мы увидим, что две этих вещи всегда рядом там есть. Это грусть, которая была бы темной и нехорошей, если бы она не просветлялась надеждой на милость Кришны, абсолютно полной и безоговорочной. И Кришна, в тот самый момент, когда такое чувство проявляется, Он проявляет Свою милость, протягивает мне руку. Это ощущение малости, это опыт всех великих душ. И как, по-вашему, почему это ощущение малости появляется? В свое время это объяснил Бирбал Акбару. Знаете эту историю, нет? Про то, как Акбар однажды прочертил линию и сказал: „Кто сможет сделать ее короче, но к ней нельзя прикасаться?” И все пытались, как ее сделать короче, никто не мог. Бирбал сказал: „Очень просто”, – он взял и прочертил рядом гораздо большую линию и сказал: „Я сделал ее меньше”. Человек ощущает свою малость, когда он сталкивается с кем-то, кто более велик. Но почему тогда великие души, великие преданные все время ощущают свою малость? Почему великие преданные считают себя меньше самого маленького? Слушайте внимательно, это очень важный закон: они столкнулись с Кришной, который больше величайшего. И естественно, они ощутили свою малость. Но у нас всегда остается лазейка: ну, ладно, Кришна – великий, но можно же посмотреть вниз и увидеть тех, кто меньше меня. Но что при этом видят великие преданные когда смотрят вниз? Они видят Кришну. Они одновременно видят, что в самом маленьком, в самом ничтожном, находится Кришна. И как они себя ощущают? Ничтожнее самого ничтожного. Ничтожнее самого ничтожного.

Рассказывают такую историю про одного сиддха-махатму, который жил во Вриндаване, Мадхусудана дас Бабаджи. Он был таким смиренным, что у людей разрывалось сердце от его смирения. Причем, это смирение непритворное, когда видишь какого-то такого человека, сердце начинает разрываться. Во-первых, он не терпел прославления, об этом не может быть и речи. Чтобы кто-то хотя бы слово в его честь сказал, он этого не позволял в принципе. Если же кто-то начинал себя проклинать или самоуничижаться при нем, он воспринимал это как косвенное прославление его, и тоже этого не терпел. Когда к нему приходил ученик, он ему кланялся. Тогда другой к нему приходил и говорил: „Гуруджи, ну не кланяются своим ученикам, ну неправильно это, ну не этикет это, твои ученики, у них сердце кровью обливается, когда они видят, что ты кланяешься!” Он очень смущался и при этом он говорил: „Простите меня, пожалуйста, ну что делать, он – махабхагавата, его Кришна как-то мне  послал, я больше не буду ему кланятся, потому что я его обидел, я знаю, ему неприятно было, что я ему поклонился”. Он говорил это и когда ученик приходил в следующий раз, он опять ему кланялся, потому что он забывал и потому что он видел в каждом Кришну. И по сравнению с Кришной, он видел себя маленьким. В этом закон доинйи.

Сейчас мы споем с вами первую песню из Доинйи Шаранагати. Откройте, пожалуйста, если у кого-то нет текстов, сядьте к тем, у кого рядом есть книги. Пока я скажу два слова о том, что самое печальное в гордыне это то, что она заставляет нас забывать о Кришне. Точно так же, как смирение позволяет видеть Кришну всюду, чувствовать, ощущать Его, открывает нам глаза. Дает нам возможность увидеть Кришну, точно так же гордыня заставляет нас забыть о Кришне и гордыня эта в каком-то смысле, естественный результат нашей материальной жизни. Вся наша материальная жизнь, и Бхактивинода Тхакур говорит об этом в песне, заставляет нас забыть о Кришне. Он говорит здесь, что во чреве, когда я мучился, Кришна явился передо мной на мгновенье. Когда муки мои достигли пика, я увидел Кришну, или даже не увидел Кришну, а стал Ему молиться от безнадежности, стал говорить: „Кришна, Кришна, я – Твой! Я не хочу больше жить в этой темнице, я не хочу снова и снова рождаться”. В “Чаитанйе-бхагавате” и в Третьей песне „Шримад-бхагаватам” есть это описание злоключений обусловленной души. Там описывается, как она входит вместе со спермой отца в яйцеклетку матери, как через три-четыре дня повляется что-то величиной со сливу, или через десять дней величиной со сливу, и потом этот камочек слизи растет, растет, и это – я. Мы все были этим камочком слизи, красным, маленьким, этот камочек рос девять месяцев. Я не знаю, Высоцкий читал „Шримад-бхагаватам” или нет, но он говорил об этом, что “…Первый срок отбывал я в утробе, ничего там хорошего нет…” Наверняка он в какой-то из прошлых своих жизней „Шримад-бхагаватам” читал, Третью песню. И перед тем, как выйти, если душа праведная, если у нее есть какой-то запас благочестивых заслуг из прошлой жизни, она вспоминает о Кришне, она начинает молиться: „Я Твой! Я Твой, сделай так, чтоб я Тебе служил”. Но стоит ей выйти на свет, как она обо всем забывает. Почему она забывает? Потому, что она становится маленьким царем. Ее сажают на колени, все вокруг нее бегают, крутятся, она думает: „А-а-ах! А-а-ах! Мир не так уж и плох!” (смех) „Стоит мне чуть-чуть пискнуть, и все бросают все и начинают бегать вокруг меня и служить мне”. Ее сажают на коляску, она ложится, потом она сидит и ей приносят все покушать, и все эти вещи, как Бхактивинод Тхакур объясняет: „Я забыл обо всем этом, ласка отца и матери, которые сделали меня центром их мира, заставило меня забыть о Тебе”. И в этой ласке я полностью джанака-джанане снехете бхулийа, бхулийа значит забывчивость, самсара лагило бхало, и в результате этого я опять погрузился в самсару. С детства душа забывает об этом. Краме дина дина балака хоийа и день ото дня я рос, день за днем рос, кхелину балака-саха ара кичху дине джнана упаджило патха пори ахар-ахах и дальше у меня много дел стало важных, время мое стали занимать. Мир этот устроен так, что он полностью занимает все наше время, времени никогда не хватает, и в результате этого я стал очень умным, у меня появились знания, я стал ездить из страны в страну, бхроми деше деше – я объездил пол-света, дхана упаджана кори, сваджана палана и вокруг меня были мои родственники, мне нужно было их защищать, и мне некогда было думать о Тебе, некогда, и я забыл Тебя полностью, ни разу не вспомнил о Тебе, о Хари! И теперь старость наступила и Бхактивинода плачет. Я для Тебя не нашел ни одной минуты в своей жизни, вся жизнь моя пролетела, но я не нашел времени для Тебя. Я нашел время для всего остального, на все остальное у меня было время, для Тебя времени не было. Это первая песня из “Доинйи”. Давайте споем ее вместе.

Поем песню.

Это первый шаг к доинйи, когда мы оглядываемся назад на свою жизнь и смотрим, каким образом мы провели свою жизнь и на что мы потратили ее. Здесь Бхактивинода Тхакур говорит о том, что проблемы наши коренятся в самом детстве, когда человек в наивном эгоцентизме своем хочет все время оставаться ребенком. Некоторые люди не хотят взрослеть. Встречались вам такие люди? Все время вспоминаем, как там раньше было хорошо, когда все вокруг бегали, когда все служили нам и именно поэтому мы не хотим брать ответственность на себя. Мы не хотим делать что-то, но нам нужно повзрослеть. Повзрослеть значит понять, что реально происходит в этом мире. Здесь люди и вся наша материальная жизнь построена таким образом, чтобы мы забыли Бога, бхулийа томаре самсаре асийа пейе нама-бидха бйатха – я забыл о Тебе, я погрузился в самсару и что я получил? Намабидха бйахта – всевозможные тревоги, так как я забыл о Тебе, вот она, моя награда. Ничего другого я не получаю, но все равно я забываю о Тебе. Вся материальная жизнь направлена на это, люди изобрели огромное количество средств для того, чтобы забыть о Боге. Какие это средства? Телевизор! Есть чем гордиться – самое гениальное изобретение человечества: телевизор, радио, интернет, наркотики, алкоголь, все, что угодно, огромный арсенал средств. Все есть у нас, компьютер, лишь бы мы не помнили о Боге. И наше раскаяние, или понимание того, кто я должно начаться с этого, с осознания того, что, в общем-то, Бог мне не интересен.

Шрила Джива Госвами дает диагноз, он ставит диагноз каждому из нас, всем обусловленным душам. Он говорит, что наша болезнь – это индифферентность, равнодушие по отношению к Богу. И в чем проявляется это наше равнодушие? В том, что нам интересно все остальное. Газеты – ух! Там столько всего интересного, столько всего происходит! Мы открываем „Шримад-бхагаватам”, мы беремся за мантру… как мы мантру читаем – мука, мука, шестнадцать кругов, еще один круг, еще один круг! Вместо того, чтобы увидеть в этом и почувствовать самую удивительную возможность, которая у нас есть. У всех у нас по милости Шри Чаитанйи Махапрабху есть возможность с Кришной говорить каждый день. Просто так, сесть и поговорить, Он рядом.

Как я давал лекцию и рассказывал, что Шрила Джива Госвами объясняет, что когда мы поем киртан или когда мы читаем мантру, мы должны делать так, как будто бы Кришна находится перед нами, стоит перед нами. У нас должно быть это ощущение присутствия, для Него мы это делаем. И после того, как я это рассказал, ко мне три человека подошли, независимо друг от друга, с одним и тем же вопросом: „Ну я представил, хорошо, я представил себе, что Он пришел. Что с Ним дальше делать? Ну, пришел Он сюда, что с Ним делать?! Сел, сидит!”

Это равнодушие, которое у нас есть и мы должны понять глубину этого равнодушия, глубину нашего безразличия к Богу. Когда мы повторяем Его Имя, это – Он, мы можем с Ним говорить. Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе/ Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе.

Он все может услышать, что у нас есть. Мы можем Ему все сказать и Он может нам что-то умное ответить. Он знает все, а мы не знаем, что с Ним делать. И в этом наша беда. Поэтому мы тратим время на все, что угодно, мы тратим время на всякие глупости, время нашей жизни из-за этого нашего эгоцентризма.

Можно видеть, один из первых признаков принятия человеком Бога, это когда он начинает ценить каждое мгновение своей жизни. Когда каждое мгновение своей жизни он так или иначе хочет связать с Ним. Ощутив, то, что Кришна самый главный, самый важный. Еще одно очень важное определение смирения, которое дает Шрила Санатана Госвами в “Брихад-бхагаватамрите”. Он говорит, что смирение – это способность отбросить все неважное. Несмирение, или гордыня что меня заставляет делать? Принимать все неважное, все вторичное. Смирение значит, я понял, что Кришна самый важный, что это самые важные отношения в моей жизни, самое важное, что может быть со мной. И я, поняв это, пытаюсь каждое мгновение своей жизни так или иначе занять чем-то связанным с Ним.

И мы можем видеть, как преданность многих преданных, вернее, скажем так: зенит преданности многих преданных начинался именно с этого. Я много раз рассказвал историю про Лалу Бабу, вы наверняка знаете историю про Шрилу Дживу Госвами, когда одно слово вдруг заставляло их обратить глаза  свои в свое сердце и увидеть всю свою жизнь. В какой-то момент мы с вами будем лежать на смертном одре. И мы волей-неволей будем вспоминать всю свою жизнь и здесь Бхактивинод Тхакур  говорит, что бхардакейа кона, я стал старым и у меня больше ничего уже нет впереди, у меня нет уже времени, чтобы я мог использовать для Кришны. Уже все поздно. Мне едиственное, что нужно, сейчас  предаться Ему, пока не поздно еще. Но мы видели на примере жизни многих преданных, как одно слово было тригером, как спусковой крючок, и у человека включался этот механизм раскаяния: „На что я потратил свою жизнь?! На что я трачу сейчас свою жизнь?”

Это история с Рупой Говами, когда он в жуткий ливень, ночью ехал куда-то и его несли на паланкине слуги по делам шаха, Хусеин Шаха, которому он верно служил. И на дороге стояла хижина, и он услышал, как собака залаяла. Так, как  залаяла собака, мужчина сказал: „Кого это несет в такую жуткую ночь? Хороший хозяин в такую ночь собаку не выгонит на улицу, а тут кто-то идет, кого-то тут нелегкая несет!”

И женщина ему сказала: „Кого еще, это либо вор, либо слуга царя.”

Эти слова женщины, которые он услышал в этот миг, они заставили его заглянуть в свое сердце и подумать: „На что я трачу свою жизнь? Хороший хозяин не выгонит собаку в такую погоду, а я слуга царя. Кому мне нужно служить? Вместо этого я кому служу? Я непонятно кому служу, мясоеду, какому-то млеччхе, яване, я служу ему”.

И Лала Бабу, та же самая история, когда несколько слов вдруг заставили его посмотреть на всю свою жизнь и сказать: „Что я делаю тут?” Он лежал, развалясь на подушках, курил кальян, все было хорошо, самый богатый человек, у него была красивая жена, замечательные дети, огромное наследство, достижения… – все бросил, потому что он понял, что все это прах. С этого начинается доинйа. Булийа томаре самсаре асийа пей нана видйа бхйата – что я получил в результате этого? Какая плата, какая награда мне за все это? Я трудился в поте лица своего. Какая награда? Нама бидха бйатха – всевозможные страдания, муки, тревоги, беспокойства и конца им нет, нет им конца и края.

И мое последнее задание на сегодня вам: чтобы вы опять повернулись друг к другу и очень честно рассказали, на что вы тратите свою жизнь. Не нужно рассказавать все, но попытайтесь найти что-то в своей жизни, что вы делали в надежде обрести взамен что-то.

Я вам расскажу историю своей жизни. Я перед вами покаюсь, я подам вам пример. Это вещь, которая до сих пор мучает меня.

Когда я, многообещающий ученый, в поисках какой-то несбыточной карьеры, окончив университет, я отправился в институт, чтобы делать свою кандидатскую диссертацию. Ну, я рассказывал несколько раз эту историю. И это была одна из самых лучших лабораторий во всем институте. Они были на самом передовом крае, руководитель этой лаборатории был выдающимся ученым, он ездил в Америку. В России это означало, в Советском Союзе это означало, что он не просто так. Аж сам в Америку ездеет! Он публиковался в самых лучших журналах. И я пришел туда, и хотя мне было тошно, противно, уже тогда я не понимал, зачем все это нужно. Тогда уже я не понимал, никакого смысла в этом не было. Все равно была какая-то инерция, которая заставляла меня идти туда. И я пришел туда. Мне сказали: „Все хорошо, диссертация, научная работа…” И я стал делать. Мне сказали: „Тебе нужно получить клеточную культуру. И для этого есть два способа – ты можешь вынимать печень из крыс, или ты можешь прививать асцитную карциному Эрлеха мышам”. Асцитная карцинома – это раковая опухоль в асците, тут в желудке есть такая жидкость.

И я стал это делать.

„Как из мышей и из крыс вырывать печень?”

„Очень просто, им нужно отрезать голову… ножницами!”

И мне сказали: „Делай это”, и я стал это делать. До сих пор не могу понять, как я мог это делать! Крыса визжит, ей жить хочется! Одно из проявлений гордыни, мы будем с вами говорить об этом, когда мы будем разбирать песню “Амара дживана, сада папе рата”, будем говорить о том, что гордыня всегда является источником страдания для  других, невинных, которые падают жертвой непонятно чего. Я стал вырывать из них печень, и мне нужно было этой печени много много граммов … мне до сих пор тошно, когда я об этом вспоминаю. И потом мыши, белые мышки, они бегали, хорошие были, шустренькие. Я делал им маленький укол в живот и через несколько дней у них становился огромный живот, у них рос рак, раковая опухоль. Эти несчастные мыши, они не знали, что с ними случилось. Я это делал! Зачем я это делал, почему я это делал? Я до сих пор не знаю. Это был мой способ забыть о Кришне. Ночами я там просиживал, делал эти дурацкие опыты, сидел перед электрофорезами какими-то, крутил в центрифугах, и при этом думал, что я делаю что-то полезное! Это то, на что мы тратим свою жизнь.

Я привел самый жуткий пример. Я уверен, что у вас нет таких жутких примеров! Что вы все лучше меня. Но вы должны знать, кого вы принимаете своим духовным учителем (смех). Это то, что мы делаем, чтобы забыть Кришну, поэтому, пожалуйста, расскажите друг другу, что вы делали. Какой-нибудь случай из своей жизни, который вы делали, чтобы забыть Кришну.

Рассказываем.

Мы обсуждаем Шаранагати для того, чтобы у нас пробудилось желание предаться Кришне. Если мы действительно посмотрим, на что мы тратим свою жизнь, если мы увидим, до какой степени она становится пустой и как это желание, даже, когда мы стали преданными, остается у нас, расстрачивать ее на пустяки. Сейчас появился интернет. Интернет – это самое жуткое изобретение человечества. Самое страшное изобретение человечества, где человек может так изваляться в грязи, как нигде в другом месте. Поэтому он называется паутиной. Паутина охватила всех, и человек тратит время. Вы заметили, как летит время, когда вы в интернете? И как оно тянется, когда вы мантру читаете? Все – проявление нашего равнодушия и это все проявление нашего эго, нашей гордыни. Доинйа значит понять, насколько я далеко от Бога, доинйа значит ощутить, что я очень, очень далеко ушел от Него, очень далеко, и что мне все равно надо будет к Нему вернуться, что без Него будут одни тревоги и беспокойства, без Него будут только одни страдания, которые ничем не кончатся. Старость будет бессмысленная и пустая. В этом смысл доинйи. Мы пойдем глубже сегодня, дальше в этом направлении, когда будем петь “Амара дживана, сада папе рата”. Когда Бхактивинода Тхакура будет рассказывать обо всем, что есть у него, и мы все это найдем в себе. Самое главное, в чем нам нужно каяться, как по-вашему, в чем? В нашей неспособности каяться. В том, что мы не считаем это необходимм. Я специально провел эти несколько упражнений и сказал эти несколько слов по этому поводу, чтобы мы поняли, что нам есть о чем каяться. Не только у Бхактивиноды есть о чем каяться, нам тоже. Что мы очень далеко ушли в своих поисках счастья в этом мире и заблудились. Но у нас есть, к счастью, одно средство, это Святое Имя. И Святое Имя сразу же может вернуть нас к Нему. Если мы отдадим Святому Имени все свое сознание. Давайте попытаемся сейчас спеть киртан, но опять, так, чтобы мы ни о чем другом не думали. Все наше время отдано Кришне, нам некуда спешить. Прасад раньше времени все равно не будет. На мастерские мы все равно опоздали. Нам некуда спешить. Несколько минут мы отдаем целиком Кришне, целиком все наше сознание, все наше сердце, весь наш слух должен быть там. И подумайте над тем, что это вам дает.

Киртан.

Я еще несколько слов скажу. Я расскажу конец истории страшной, которую я начал. Конец у нее был счастливый. Когда человек доходит до какого-то предела в своем падении, в бессмысленности своего бытия, в погоне за иллюзорными целями и если у него есть хотя бы крупица искренности, Кришна приходит ему на помощь. В моем случае, это было так: после многих, многих месяцев бессмысленных экспериментов, которые ничем не кончались, и вынуждали меня снова заниматься этим ужасным делом, после всех этих мук, страданий, всего остального, я получил мантру. И в какой-то один день, когда я поставил решающий электрофорез, была глубокая ночь. Я вышел и подумал: „Если Кришна – Бог, то Он должен сделать так, чтобы этот эксперимент оказался удачным и мне не нужно больше заниматься этой глупостью”. И я стал читать мантру. Электрофорез шел четыре часа. Ночью. Холодной, осенней, ноябрьской ночью! Я ходил по какому-то парку и читал изо всех сил: Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе/ Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе. Это был единственный удачный электрофорез за всю мою научную карьеру! (Харибол!)

Кришна спас меня от всего этого и от многого другого, чего бы я делал! Поэтому, как я уже говорил, когда у человека появляется доинйа, или ощущение своей зависимости от Кришны, своей связи с Ним и понимание того, что все здесь – мой успех и моя неудача, — в руках Кришны, то тогда, вместе с этим, приходит память о Кришне и надежда на Его милость.

Сейчас, когда вы плясали, в порыве какого-то расскаяния, вы так плясали потому, что вы знали, что нам есть за что (смех).

Две эти вещи, они присутсвуют всегда вместе: память о Кришне и надежда на Его милость, расскаяние, понимание того, что сам я могу только глупости делать в этой жизни. И это ощущение позволяет нам постоянно чувствовать Кришну, помнить о Кришне и сделать Его неотъемлемой частью нашей жизни. Сегодня вечером мы будем больше еще говорить об этом, пойдем еще глубже в эту опасную землю раскаяния. Но награда будет еще большей. Наградой за это будет особенно сладкая память о Кришне и о Его милости.

Сегодня приходите в 4:30, мы начнем наши занятия, не забудьте с собой четки взять обязательно, приходите вместе с четками и мы продолжим. Слабонервных прошу не приходить.

 

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы