Семинар «История вайшнавских сампрадай», лекция 3

Семинар «История вайшнавских сампрадай: шесть Госвами Вриндавана», Дивноморск, 1999 г. (Диск 18, л. 9 – Санатана Госвами)

Аннотация: 

Роль гуру-парампары в передаче духовного знания.  Осквернение тремя формами желаний.  Основной признак обретения духовного знания.  История учеников Джаганнатха даса Бабаджи.  Ачинтья-бхеда-абхеда-таттва как ключ к пониманию Веданта-сутры.  Философия Шри-сампрадаи, Брахма-сампрадаи, Рудра-сампрадаи и Кумара-сампрадаи.
 История о том,как Господь Джаганнатх велел Рамануджачарье идти к Господу Чайтанье.
 Истории из жизни Мадхавачарьи.
***

Мне хотелось сегодня продолжить тему этого семинара, начатого нами. В сущности, тема   нашего семинара очень проста: как обрести милость Господа Чайтаньи. Мы должны понять,  что сами мы, без милости Господа, ничего не представляем. Своими силами мы можем  попасть только в ад. Для этого наших сил хватит. Своими силами мы можем оттолкнуть   кого-то с нашего пути, своими силами мы можем обрести старость, болезни, смерть и новое  рождение. Это то, на что мы годимся сами. Но если мы хотим чего-то большего, то нам  нужна милость Господа.

 

Кришнадас Кавирадж Госвами в “Чайтанья-чаритамрите” называет Господа Чайтанью   адбхута-карунья, адбхута-ваданьяя и адбхута-аударья. Адбхута на санскрите значит  удивительно, а карунья, ваданьяя и аударья значат практически одно и то же: “милостивый”.  Адбхута-карунья значит удивительно милостивый, адбхута-ваданьяя – удивительно  щедрый, и адбхута-аударья – удивительно сострадательный. Все это качества Господа Чайтаньи, которые означают, что у нас есть шанс. Если бы Он не был адбхута, если бы Он  был просто карунья, ваданьяя или аударья, то вряд ли мы бы смогли получить от Него что- то. Но так как Он не просто милостивый, не просто щедрый, не просто сострадательный,   великодушный, а удивительно щедрый, удивительно сострадательный, удивительно  великодушный, поэтому мы можем получить Его милость.

 

В “Шри Шри Шад-госвами-аштаке”, песне, написанной Шринивасом Ачарьей,   изложена вся философия сознания Кришны. В восьми стихах с удивительной глубиной   объясняется, как можно получить милость Господа Чайтаньи. Начинается она со слов  кришноткиртана-гана-нартана-парау. Милость приходит оттого, что мы участвуем в   киртане святого имени. Мы танцуем, и причем не просто танцуем. Тут говорится: кришнаткиртана-гана-нартана-парау премамритамбхо-нидхи. Госвами Вриндавана   танцевали в киртане, они пели киртан, и при этом према амритамбхо-нидхи, нидхи значит   океан. Према амрита значит, что они не просто танцевали в киртане. Они испытывали  прему, они плавали в океане премы, когда начинали киртан. Это то состояние, которого  мы хотим достичь. Это то состояние, в которое мы хотим погрузиться.

 

После первой лекции ко мне подошел один преданный, и мы говорили о преме, о том, что  Господь Чайтанья пришел для того, чтобы раздать прему. Он сказал мне: “Господь Чайтанья   пришел для того, чтобы раздать прему, а преданные-то все равно несчастны. Никуда от этого  не деться”. Его вопрос заключался в том, что же, на самом деле, делаем мы? Лицемерим ли  мы, когда кричим со сцены: “О, самый милостивый, Он пришел, чтобы сделать всех  счастливыми!”? А потом выходим отсюда с понурыми физиономиями и думаем: “А жизнь остается  жизнью,  проблемы  остаются  нашими  проблемами”.  Но,  на  самом  деле,  прему  можно    получить, милость можно получить, счастье можно получить. Для этого есть все   возможности. Господь Чайтанья пришел специально для этого. Он пришел для того, чтобы  стоило лишь нам услышать звук имени Кришны, мы погружались в этот океан премы. Секрет этого Он принес с Собой. Он рассказал, каким образом   можно достичь этого   состояния. Во второй строке Шриниваса Ачарья пишет: дхирадхира-джана-прийау прийа- карау нирматсарау пуджитау. Он рассказал, каким образом можно войти в это состояние,   каким качеством должен обладать человек, чтобы, стоило ему услышать звук святого имени   Кришна, он сразу погружался в океан счастья.

 

Дхира-адхира-джана-прийау Госвами Вриндавана были дороги всем: и карми, и   преданным. Иногда мы говорим: “А, эти карми”,  и у нас появляется презрительное  выражение на лице. Но я думаю, что в лексиконе Госвами Вриндавана не было такого слова  ”карми”. По крайней мере, с презрительным оттенком. Они были дхира-адхира-джана-прийау. Нирматсарау пуджитау, слово нирматсарау значит, что они не испытывали ни к кому зависти. Они   любили всех, они никому не завидовали, и при этом пуджитау, были   готовы оказать почтение каждому. В этом фокус того, как получается према. Мы на самом  деле ее достигаем. Нельзя сказать, что так уж мы несчастны. Недавно мне рассказывала одна  преданная, что она стояла в очереди в магазин рядом с Беговой. Какая-то женщина,  соседка, распознала в ней преданную и стала ей говорить: “Наверняка, у вас наркотики в   пищу подсыпают.” “Почему”? Соседка продолжает: “Я сама слышала как в семь часов утра люди смеются. Нормальный человек в семь часов утра не смеется”. Действительно,   ”нормальные” люди в семь утра не смеются, “нормальные” люди в семь часов утра  переживают экзистенциональный кризис: быть или не быть? Как жить дальше? Но  преданные смеются в семь часов утра, и это уже хороший знак. Однако для того, чтобы быть  по-настоящему счастливым, премамритамбхо-нидхи, чтобы плавать в океане премы, нужно нирматсарау пуджитау. Нужно  вырвать из сердца анартху зависти. И Госвами Вриндавана  были свободны от зависти.

 

Сегодня мы будем говорить о Санатане Госвами и немного о Гопала Бхатте Госвами, о   котором есть одна история. Эта история показывает, каким образом человек, в сердце   которого нет зависти, может возвысить другого человека простым общением. Каким образом   сердце человека меняется, стоит ему приблизиться к такому человеку, нирматсарау  пуджитау. Миссия Гопала Бхатты Госвами заключалась в том, чтобы установить бхагавата-катху во Вриндаване, чтобы люди во Вриндаване каждый день читали “Шримад- Бхагаватам”. Он пришел с этой миссией, и он целыми днями читал “Шримад-Бхагаватам”.  Люди тысячами собирались для того, чтобы послушать его. Люди приходили из самых  отдаленных уголков для того, чтобы только услышать, как  Гопала Бхатта читает “Шримад- Бхагаватам”.

 

Однажды он читал десятую песнь “Шримад-Бхагаватам”, где рассказывается о  том, как Кришна уехал в Матхуру. Как, прожив в течение одиннадцати лет во Вриндаване и доставив бесконечную радость жителям Вриндавана, Он сел на колесницу для того, чтобы  больше никогда уже не вернуться и как гопи вышли из себя, пришли в неистовство, как они  рыдали, бросались на землю, пытались стащить Акруру. Как Кришна, тем не менее,  улыбаясь, махал им рукой, и как колесница удалялась. Как Яшода-майи, застывшая, махала   им рукой вслед, как из её глаз текли слезы. Как Нанда Махараджа то бросался вслед за  колесницей, то возвращался опять и не находил себе места. И когда Гопала Бхатта читал это, у людей, которые его слушали, потекли слезы. Никто не мог удержаться от слез. Люди  всхлипывали, рыдали, кто-то пытался скрыть свои слезы, но они текли, текли, текли и текли   потоками. Только один человек с каменным сердцем, который оказался там, сидел и смотрел   на своих плачущих соседей. И ему стало очень неловко. У него никаких слез не было.   Ничего, ни капельки. И ему стало очень неудобно. Он подумал: “Почему все плачут, а я не  плачу”? Он пытался выдавить из себя слезинку, но ничего не получилось. Тогда он достал из  кармана перец и посыпал его украдкой себе в глаза, чтобы никто не видел, и сразу потекли  слезы. Гопала Бхатта заметил это. Все остальные были погружены в рассказ “Шримад- Бхагаватам”, но Гопала Бхатта увидел это и  после того,  как бхагавата-катха закончилась,   он подошел к этому человеку и сказал  ему: “Прабху, я читал в священных писаниях, что мы  должны наказывать свои глаза, когда из них не льются слезы, если мы слушаем о Кришне. Я  в первый раз увидел человека, который наказал свои глаза за это. Ты поистине очень  возвышенный преданный”. Внезапно у этого человека покатились из глаз настоящие  слезы. Это были слезы  раскаяния.  В  этот  момент  его  сердце  оттаяло.

 

Это  пример  того,  каким  образом  чистый  человек действует на других людей, каким  образом передается милость, каким образом садху меняет сердце другого человека. Он  просто подходит и говорит другому человеку: “Прабху, ты такой возвышенный преданный”,  - и этот человек начинает плакать. У него в сердце, может быть, в первый раз в жизни,   появляется желание действительно стать преданным, стать таким преданным, чтобы слезы   катились у него из глаз, когда он слышит звук имени Кришны. Это то, каким образом можно  купаться в океане премы. Для этого нужно вырвать матсарью, эту зависть из нашего сердца.  Когда матсарьи не будет, и в этом суть проповеди, тогда к кому бы мы ни подошли, этот  человек будет меняться.

 

И в этом суть того, что принес Шри Чайтанья Махапрабху. Господь Чайтанья Махапрабху  принес не обычную религию. Он   принес не просто какие-то правила и ограничения. В   нашей сампрадайе ваидхи, или правила, ограничения, очень сильно были представлены со   времен Мадхвачарьи. Когда Мадхвачарья установил поклонение Божествам в Удипе, там  была установлена система ашта-матха, восемь матхов. Каждый матх по очереди два года  ухаживал за Божествами Кришны. Стандарт поклонения в этом храме настолько высок, что только один человек имеет право прикасаться к Удипе-Кришне. Только один человек,   пуджари, который является настоятелем этого храма, имеет право всходить на алтарь и  дотрагиваться до Божества. При этом правила, которые установил Мадхвачарья, настолько   строги, что пуджари, который служит Удипе-Кришне, двадцать три часа в сутки занят севой.  У него остается только один час на сон. Так этот пуджари должен служить Божеству в  течение двух лет. В течение двух лет он спит только один час в сутки, не больше, потому что   только он один может всходить на алтарь. Смысл этого примера в том, что виддхи уже были   в нашей сампрадайе и эти виддхи никто не отменял. Правила и ограничения есть, они  остаются. Но Господь Чайтанья принес другое. Господь Чайтанья принес рагу, то, что   смягчает виддхи, что дает внутреннюю жизнь нашей преданности. Он принес рага-марг и  проповедь рага-марга.

 

На примере жизни Санатаны Госвами мы будем говорить о том, каким образом виддхи-марг и рага-магр сплетаются для того, чтобы привести человека к высшей цели, для того,   чтобы дать ему Кришна-прему, любовь к Богу. Иллюстрацией к жизни Санатаны Госвами  является четвертый стих из “Шад-госвами-аштаки”:

 

тьяктва  турнам  ашеша-мандала-пати-шреним  сада  туччха-ват  бхутва  дина-ганешакау  карунайа  каупина-кантхашритау  гопи- бхава-расамритабдхи-лахари-каллола-магнау  мухур

В  этом  стихе  Шриниваса  Ачарья говорит:  тьяктва  турнам  ашеша-мандала-пати.  Пати  значит  господин,  ашеша  -    бесконечный,  мандала  - владения и тьяктва значит они отвергли. Многие из Госвами   Вриндавана происходили из знатных семей и были обладателями гигантских богатств. Иногда преданные приходят в сознание Кришны, находятся какое-то время в храме, а  потом решают разбогатеть. Они думают: “Чего-то мне не хватает для счастья. Кришна у  меня есть, Кришна-према есть, прасад есть, садху-санга есть. Все есть. Чего же не хватает?   Наверное, денег не хватает для полного счастья”.

Но Госвами Вриндавана тьяктва турнам   ашеша-мандала-пати-шреним сада туччха-ват. Туччха значит нечто ничтожное. Шриниваса Ачарья говорит, что они отвергли это. Они не просто отвергли, не просто  бросили. Они бросили это так, как будто это была крошка, пылинка, как будто это было   ничто. Они бросили все свои богатства, отвернулись и даже не вспоминали об этом.

 

Один из предков Санатаны Госвами был царем Карнатаки. Карнатака – это один из  богатейших штатов на юге Индии. Это был род брахманов, которых избрали царями,  просили править этим штатом. Однако его дед переселился на берега Ганги.  Он происходил   из очень, очень знатного рода. Его  предка,  который был царем  Карнатаки,  звали Сарвагья.   Они происходили из Бхарадваджа-готры, древней готры ведического мудреца Бхарадваджи,   чья жизнь описана в “Махабхарате”. Отец его был очень состоятельный, знающий брахман,   и у него было три сына – Амар, Сантош и Валлабха. Санатану звали Амар, его младшего   брата, который позднее стал Рупой, звали  Сантош,  и  Валлабха  стал  Анупамой.  Отец  послал     их  учиться  в  Навадвипу  под  руководством Сарвабхаумы Бхаттачарьи и Видьявачаспати.  Позже Санатана Госвами будет возносить молитвы своим гуру. Он перечислит среди них  первыми Сарвабхауму Бхатачарью, потом Видьявачаспати. Видьявачаспати был его дикша-гуру. У них они учились, и при этом отец готовил их к очень знатной карьере. Отец готовил  их к тому, чтобы они правили миром. Отец специально нанял муллов, чтобы они учили их   персидскому, арабскому и другим не менее важным языкам. Уже из этого следует, что они   готовились служить в мусульманском правительстве. Муллы в Саптаграме учили их. Они   владели огромным богатством, у них было все, что можно. Но при этом, с самого детства,  единственной настоящей целью и смыслом их жизни было преданное служение.

Когда Санатане Госвами было восемнадцать лет, он увидел сон. Во сне к нему пришел   брахман. Брахман  был  очень  красивый,  с  длинными  волосами,  и в  руках  он  сжимал    “Шримад-Бхагаватам”.  Этот брахман  подошел  к  нему,  посмотрел  ему  в  глаза,  протянул    ”Шримад-Бхагаватам”  и  сказал:  ”Возьми “Шримад-Бхагаватам” и изучай его. Не  расставайся с этой книгой”. Санатана Госвами проснулся, вскочил с постели и стал повсюду   искать, где же этот брахман и где же “Шримад-Бхагаватам”. Когда он не нашел ничего, то  стал сокрушаться. Но утром, когда он пришел к своему алтарю и стал проводить пуджу,  раздался стук в дверь. Он открыл дверь и увидел на пороге того самого брахмана, которого  видел во сне. Этот брахман из сна протянул ему “Шримад-Бхагаватам” и сказал: “Возьми   эту книгу, изучай ее”. И ушел, растворился. Говорят, что это был Сам Кришна. Сам Кришна   пришел к нему в образе брахмана и дал ему “Шримад- Бхагаватам”для  того,  чтобы  он    никогда  не  расставался  с  ним.  Позже  в  ”Кришна-лила-стхале”  Санатана Госвами писал про   ”Шримад-Бхагаватам”: “Мой постоянный спутник, мой единственный друг, мой гуру, мое богатство, мое спасение, моя удача, источник моего счастья, в котором я черпаю  бесконечное блаженство, тебе я поклоняюсь, о “Шримад-Бхагаватам”. Он поклоняется  ”Шримад-Бхагаватам” как своему Божеству, потому что “Шримад-Бхагаватам” – это наш  гуру, наш друг, источник нашего счастья и самое большое богатство. Нет большего   богатства, чем “Шримад-Бхагаватам”. И нам нужно это понять. Санатана Госвами понял это   с самого детства. Он черпал из “Шримад-Бхагаватам” мудрость.В “Шримад-Бхагаватам”   есть все, что нам нужно для того, чтобы быть счастливыми. Даже в материальном смысле.  Если нам кажется, что нам чего-то не хватает в материальном смысле, все есть в “Шримад- Бхагаватам”. В конце концов, в этом мире по-настоящему счастливым может быть только  мудрый человек.

 

Санатана Госвами уже в двадцать пять лет был мудрецом, про которого ходили легенды.  Слава о его мудрости достигла Хуссейн Шаха. Несмотря на то, что Хуссейн Шах был  заклятым врагом индусов, и к тому же самым мощным демоном своего времени, он сделал  Санатану Госвами своим премьер-министром. Есть история о том, как это произошло.   Однажды Хуссейн Шах решил построить сторожевую башню, выше которой, лучше которой  не было бы на свете. Он нанял знаменитого архитектора по имени Пиру. Когда башня была  уже почти закончена (оставался незавершеным лишь купол), Хуссейн Шах решил осмотреть  ее. Он поднялись на башню  вместе  с  архитектором,  осмотрел  ее  и  подумал:  ”Какая     потрясающая  башня”.  И  шах  решил вознаградить архитектора. Он сказал: “Я хочу  вознаградить тебя за то, что ты построил такую замечательную башню, равной которой нет  нигде”. Глупый архитектор обрадовался, и в приливе верноподданического экстаза стал  говорить: “О, повелитель, это замечательная башня, но я могу построить еще лучшую  башню во славу тебя”. Когда Хуссейн Шах услышал это, он страшно разгневался. Он сказал:   “Негодяй, если ты можешь построить еще лучше, почему ты не построил? Ты хотел убежать   к другому царю и построить там башню лучше, чем эта? Иди сюда, я хотел тебя   вознаградить, но теперь накажу”. Он подвел его к краю башни и столкнул. Несчастный   архитектор с воплем упал с башни и вдребезги разбился. А башня осталась недостроенной.   Своим незаконченным видом она очень раздражала Хуссейн Шаха, потому что стала памятником его глупости и жестокости.

 

Однажды Хуссейн Шах решил снова подняться на  башню, чтобы осмотреть её. Его сопровождали визирь и свита. Они поднялись, и Хуссейн  Шах подумал: “Не дело, что башня не закончена. Нужно позвать хороших каменщиков из   Мораграма, чтобы они закончили ее”. Он подозвал своего визиря и сказал: “Эй, Хука,  запиши, что ты должен отправиться в Мораграм”. В этот момент подбежал посланец,  отвлек его, и шах не договорил эту фразу. Хука, который записал себе, что он должен  отправиться в Мораграм, оказался в страшной ситуации. С одной стороны, он боялся, что  если он спросит у Хуссейн Шаха, что ему нужно делать в Мораграме, то его сбросят с этой  же самой башни, не долго думая. А с другой стороны, если он ослушается и не пойдет в   Мораграм, то его тоже сбросят с этой же башни. В любом случае он оказывался в  проигрыше. Поэтому он отправился в Мораграм и стал ходить по улицам и плакать. Он  рыдал, оплакивая свою судьбу: “Бедный я, бедный визирь Хуссейн Шаха, этого демона   ужасного”. Тут ему повстречался Санатана Госвами. Будучи преданным, Санатана   Госвами, на свою беду решил его утешить и спросил, почему он плачет. Визирь ответил:   “Меня сейчас с башни сбросят, наверное. Потому что меня отправили сюда, в Мораграм, я   пришел, а зачем   – не знаю. Не прийти сюда я не мог, и исполнить волю Хуссейн Шаха  тоже не могу”. Санатана Госвами стал расспрашивать, как все случилось. Подумав немного,  он сказал: “Все очень просто. Возьми каменщиков из Мораграма, здесь есть очень хорошие  каменщики. Возьми самых  лучших,  прийди  к  Хуссейн  Шаху  и  скажи,  что  ты  исполнил  его    приказание”.  Тот  посомневался немного, так это или не так. Но решил последовать совету,  так как терять ему было нечего. Когда Хуссейн Шах увидел бригаду каменщиков во главе с   Хукой, визирем, он сказал: “Хука, что-то до этого ты не был таким сообразительным. Ты  давно у меня визирь, я тебя давно знаю, но такой сообразительности ты до сих пор не проявлял. Объясни, пожалуйста, откуда это у тебя взялось”? И визирю пришлось признаться,  что он встретил Санатану Госвами. Хуссейн Шах подумал: “Зачем мне такой визирь?   Может, мне лучше Санатану Госвами сделать своим визирем?”

 

Так Санатана Госвами стал премьер-министром Хуссейн Шаха. Но занимать пост  премьер-министра Хуссейн Шаха ему было противно. Он боялся ослушаться Хуссейн Шаха,  но при этом не хотел служить ему. У себя дома он сделал маленькую копию Вриндавана,   чтобы не расставаться с ним. Он вырыл там Радха-кунду, Шьяма-кунду, Лалита-кунду,  посадил деревья кадамба, цветы малати. Санатана Госвами возвращался домой, приходил на  берег Радха-кунды и читал “Шримад-Бхагаватам”. Так как он проводил свое время.  Прослужив до двадцати семи лет, он уже ушел со службы у шаха.

 

Дальше, в этом стихе тьяктва турнам ашеша-мандала-пати-шреним сада туччха-ват.  Госвами отвергли любое общение со знатью, считая его бессмысленным. Санатана Госвами  состоял при дворе Хуссейн Шаха премьер-министром, высокооплачиваемым и любимым  чиновником. Его не отпускали со службы так легко как Рупу Госвами,  который  служил  в    правительстве  министром  внутренних  дел.  Но  когда  Рупа  Госвами  ушел  со службы, он  забрал целую лодку золотых монет. При этом часть денег Рупа Госвами оставил для  Санатаны Госвами.  Можно  спросить:  ”Почему  у  Санатаны  Госвами  не  было  своих  денег?    Почему  он  подкупал тюремщика деньгами Рупы Госвами?” Ответ очень прост. Когда  Санатана Госвами жил у себя дома, все, что ему приходило, он раздавал в тот же день.   Стоило ему что-то получить от кого-то, он сразу же раздавал. Говорится, что, на самом деле,   Санатана Госвами был нищий. У него был богатый дом, но у него ничего не было. Все, что у   него было, он раздавал брахманам и вайшнавам, которые к нему приходили. В действительности, все началось, когда он уже состоял на службе у Хуссейн Шаха.  Однажды Санатана Госвами увидел сон. Он увидел юношу в облике санньяси с бритой   головой. В глазах у юноши-санньяси было сострадание, и он сказал: “Санатана, чем ты  занимаешься, на что ты тратишь время? Как ты проводишь свою жизнь? Брось все как   можно скорее, отправляйся во Вриндаван и посвяти всего себя Кришне”. Санатана проснулся и не мог понять, что ему делать? То ли бросать все и отправляться во Вриндаван,  то ли не бросать. Он позвал Рупу Госвами и спросил у своего брата: “Что мне делать? Я  увидел такой сон. Юноша-санньяси смотрел на меня, и из глаз его текли слезы. Он говорил  со мной так, что сердце мое перевернулось. Что мне теперь делать?” Рупа Госвами ответил:  ”Правда? А ко мне этот санньяси уже давно во сне приходит и говорит то же самое. И я даже   знаю, кто это. Этого санньяси зовут Гауранга”. Они слышали о Господе Чайтанье, который  жил тогда в Навадвипе и не принял еще санньясы. Но еще до того, как Господь Чайтанья  принял санньясу, в облике санньяси Он пришел к Рупе и Санатане Госвами и показал им, что  нужно делать.

 

Дальше говорится, что они не просто отвергли эти богатства, не просто так шреним сада   туччха ват, не просто бросили все это. Бхутва дина-ганешакау карунайа капина-кантхаршитау. Они облачились в каупину и кантху, отбросили все и стали жить как нищие.  Но для чего? Бхутва дина-ганешакау карунайа. Для того, чтобы проявить милость к падшим,  обусловленным душам. В этом была их милость. На первый взгляд кажется, что это  очень    странное  утверждение:  они  надели  каупину,  чтобы  проявить  милость.  Тут  Шринивас  Ачарья говорит, что это была их милость. Они отбросили все, чтобы проявить милость, чтобы дать  милость падшим обусловленным душам. И это объясняет Рагхунатха Дас Госвами в своем   стихе, посвященном Санатане Госвами. Он говорит, в чем заключалась милость Госвами  Вриндавана, в чем суть этой милости по отношению к падшим обусловленным душам.  Рагхунатха Госвами, прославляя Санатану Госвами, говорит, что Санатана Госвами проявил   милость ко мне. Эта милость заключалась в том, что он заставил меня пить бхакти-расу. Кажется, что тут особенного? Зачем нас нужно заставлять пить бхакти-расу? Он говорит,  что бхакти-раса – это особый напиток. Бхакти-раса – это очень вкусный напиток. Однако  это бхакти-раса вайрагья юк. Чтобы выпить эту бхакти-расу, нужно смешать ее с вайрагьей.   Для того, чтобы действительно напиться напитком бхакти- расы, ее нужно смешать с отречением от этого мира.

 

Рагхунатха Дас Госвами говорит, что он не хотел пить этот напиток. Но милость Госвами   Вриндавана заключается в том, что они сами отрекаются от этого мира и своим отречением   они побуждают делать это других. Своим отречением они показывают другим путь, каким  образом можно обрести это высшее счастье, каким образом, отрекаясь, человек может быть  счастливым. Он не просто переживает то, что он отрекся. Он пьет  этот напиток бхакти-расы.   Рагхунатха  Дас Госвами говорит,  что  в  этом  была  милость Санатаны Госвами. Он меня  заставил ее выпить.

 

Иногда нам кажется,   что правила и ограничения, которым мы следуем, нам навязывают.   Это факт. Нас заставляют повторять шестнадцать кругов, потому что у нас нет вкуса, но в  этом и состоит милость. Милость Господа Чайтаньи в том, что пока у нас нет вкуса, Он  заставляет нас это делать. И каким образом он заставляет нас это делать? Он заставляет нас   это делать Своим примером и примером Своих последователей, которые пьют до дна чашу отречения.

 

Когда во сне к Санатане Госвами санньяси пришел, то Санатана Госвами стал думать:  ”Что же мне делать теперь”? Вместе с Рупой Госвами он пошел посоветоваться к своей  матери. Они спросили у нее, что делать: “Санньяси пришел к нам во сне и велел  отправляться во Вриндаван. А мы служим, у нас служба, семья, дом, дворцы”. Мать  сказала: “Напишите письмо этому санньси. Пусть он вам скажет, что вы должны делать”. Тогда  Санатана  Госвами  с Рупой  Госвами  стали  писать  письма  Чайтанье  Махапрабху в    Навадвипу.  Они послали  одно  письмо,  стали  ждать  ответа,  но  он  не  пришел.  Они  послали    другое  письмо  с  нарочным. Нарочный отправился туда и сказал, что он вручил письмо лично   Гаурасундаре в Навадвипе; но ответа не  пришло. В конце концов, когда они написали   четвертое письмо подряд, Чайтанья Махапрабху написал им ответ. В этом ответе был всего   лишь один стих. Этот стих звучал так: “Женщина, у которой появился возлюбленный,   старается как можно тщательнее исполнять свои обязанности, так, чтобы муж ни о чем не заподозрил, но внутри, в сердце своем она думает о своем возлюбленном, и ни о ком другом.   Подождите немного, придет ваш срок и в свой срок вы сможете бросить все, вы сможете  отправиться во Вриндаван.” Рупа и Санатана стали ждать. Тем временем Господь  Чайтанья принял санньясу, и они узнали об этом. Господь Чайтанья отправился в Пури. Рупа   и Санатана подумали, что утратили свой последний шанс, что больше никогда   они не    увидят того санньяси, который приходил к ним во сне. В этот момент Гоподь Чайтанья снова пришел к ним во сне и сказал: “Не волнуйтесь, скоро Я Сам приду к вам. Скоро Я  приду для того, чтобы спасти вас, для того, чтобы освободить вас из той ситуации, в которой  вы сейчас находитесь”.

 

Господь Чайтанья под предлогом того, что отправился во Вриндаван, пришел в  Навадвипу. Сотни, тысячи людей окружали Его и вместе с этими сотнями, тысячами людей   Он отправился прямиком в Рамакели, в царство Хуссейн Шаха. В Рамакели, которое тогда   находилось рядом со столицей Бенгалии, люди боялись даже произнести вслух имя Кришны.  И вдруг этот огромный киртан, тысячи людей, которые поют, пляшут и кричат изо всех сил:  Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе. Тысячи людей вдруг сразу оказались в царстве Хуссейн Шаха. Сразу же со всех  сторон шпионы стали прибегать во дворец Хуссейн Шаха и докладывать: “Тысячи людей  пришли, и тысячи людей нарушают твой приказ, тысячи людей поют Харе Кришна, тысячи  людей танцуют, и тысячи людей следуют за каким-то санньяси. Санньяси находится у них в  центре. Этот санньяси поет, танцует. Он не видит ничего, Он не знает ничего, и они идут за  Ним”.

 

Хуссейн Шах стал спрашивать: “Что делает этот санньяси? Он показывает своим последователям фокусы? Он дает им что-то”? Они сказали: “Нет, ничего не делает. Просто  поет и танцует. Стоит Ему ступить, как десятки людей падают на это место и начинают   собирать пыль с Его стоп, и там оказывается яма. Когда Он идет, там появляется одна яма за  другой на всем продолжении Его пути”. Хуссейн Шах сказал: “Это все я понимаю. Пыль –  это понятно. Но что Он им дает”? “Он ничего не дает. Просто поет Харе Кришна. И Он  танцует, и все танцуют”.

 

Хуссейн Шах долго думал и пришел к выводу: “Наверное, это пророк. Потому что только пророк может ничего не давать, и люди за ним пойдут. Только   посланец Бога может держать такие толпы людей, ничего не обещая взамен. Кто еще  способен на такое?” Хуссейн Шах по-своему стал соображать. Он вызвал своего секретаря.   Кешаву, который был вайшнавом и стал его расспрашивать: “Кешава, что за новый санньяси  пришел к нам в город? Что это за санньяси, который громко поет Харе Кришна? Мне со всех   сторон о нем говорят”. Тот ответил: “Какой санньяси? Какой-то нищий ходит-бродит.   Вокруг него там два-три человека. Плачут они, но что тебе их бояться?” – “Какие два-три человека, я тебе не верю”! – “Да, все то, что тебе рассказали – это преувеличения. Неужели   ты не знаешь индийцев. Индийцы вечно преувеличивают. Вечно они что-то такое  придумывают. То холм Говардхан кто-то поднял, то девятьсот девяносто девять тысяч коров  у кого-то было, то еще что-то. Неужели ты не знаешь, как они все это придумывают?”  Хуссейн Шах подумал и сказал: “Нет, что-то не то ты мне говоришь”. Тогда он отправился  к Рупе и Санатане и стал спрашивать их: “Рупа и Санатана, кто этот санньяси, который  пришел сюда?  Кто  это  такой?  Все  люди,  которые  рассказывают  мне  о  Нем,  сами  выглядят    очень  странно.  Они прибегают ко мне, волосы на их теле стоят дыбом. Они рассказывают,  как Он пляшет, как Он прыгает, и при этом слезы у них начинают течь из глаз. Кто это  такой”? Рупа посмотрел на него и сказал: “Я не знаю, кто это. Но если ты заглянешь себе в  сердце, ты сам поймешь, кто это”. Хуссейн Шах заглянул к себе в сердце и сказал: “По-моему, это Сам Бог”. Рупа Госвами сказал: “Тебе виднее. Я могу сказать тебе только одно.  Это тот, по чьей милости ты стал повелителем Гауды. Это Тот, по чьей милости удача  сопутствует тебе на каждом шагу. Это тот, по чьей милости:” И тут он замолчал. Он хотел  сказать: “По чьей милости, в конце концов, ты бесславно умрешь”, но этого он не сказал. Тогда Хуссейн Шах сказал: “На всякий случай, не трогайте этого санньяси. Пусть Он делает,   что хочет. Пусть они пляшут, пусть они ведут себя тут как дома, пусть у Него будет все хорошо”.

 

Так Чайтанья Махапрабху пришел в Рамакели. Поздно ночью в Рамакели пришли Рупа  и Санатана Госвами. Они пришли так, чтобы Хуссейн Шах не узнал, потому что Санатана  Госвами и Рупа Госвами лучше других знали коварный нрав своего господина. Они знали,  что да, сейчас он говорит: “Пусть делает все, что хочет”, – а потом может переменить   решение. Господь Чайтанья находился там вместе с несколькими Своими ближайшими   преданными и с Нитьянандой Прабху. Рупа и Санатана, зажав солому во рту, со смирением припали к стопам Господа Чайтаньи, и стали плакать. Они стали говорить, что если Ты нас  не спасешь, то нас никто не сможет спасти. Если Ты не дашь нам Своей милости, никто не  сможет дать нам милость, потому что мы хуже, чем Джагай и Мадхай. Джагай и Мадхай, по   крайней мере, были брахманами. Они совершали всевозможные грехи, но они никогда не   служили мусульманам, мясоедам.Они никогда не получали от них денег. Мы хуже их, поэтому, пожалуйста, спаси нас.

 

Это то, с чего должна начинаться духовная жизнь. И Чайтанья Махапрабху ответил им:  ”Вы уже спасены тем, что вы просите об этом. Что вы со слезами на сглазах и со смирением  просите. Это уже означает, что вы спасены”. Такое желание должно предшествовать  духовной жизни. Мы должны захотеть, чтобы нас спасли. До тех пор, пока у нас нет этого  желания, нас никто не спасет. Даже если Чайтанья Махапрабху появится здесь, мы  посмотрим на Него и скажем: “Здравствуйте, Господин Чайтанья. Мы Вас давно ждали”. Но  отношения с Господом Чайтаньей строятся на этом горячем, рвущемся из глубины сердца  желании: “Я хочу, чтобы Ты меня спас, я хочу, чтобы Ты дал мне милость. Я сам ни на что  не  способный, я падший, я совершил все возможные грехи”. Мы пришли сюда, чтобы нас  спасли. И нам нужно сначала это понять. И для этого нужно обладать изрядной долей  смирения. Мы должны понять, что нам нужно спасение, что мы тонем. Если нас никто не  спасет, то из нас ничего не выйдет.

 

Есть замечательный бхаджан Нароттамы даса Тхакура, где он поет о том, как Господь  Чайтанья спасает нас. Этот бхаджан описывает раскаяние человека. Чтобы наша духовная  жизнь развивалась правильно, чтобы она шла своим чередом, нам нужно сначала глубоко, до  глубины души понять, в каком положении мы находимся, и то, что нам нужно, чтобы нас  спасли. В этом коротком бхаджане Нароттама дас Тхакур дает все, что нужно нам для   духовной жизни, Он говорит хари хари! Бипхале джанама гонаину манушйа-джанама пайа,   радха-кришна на бхаджийа, джанийа шунийа биша кхаину. Я получил  манушья-джанму,  эту человеческую форму жизни, но при этом радха-кришна на бхаджийа, я не поклонялся  Радхе и Кришне. Я, может быть, изображал поклонение Радхе и Кришне, я, может быть, что-то слушал об этом, но на самом деле я не поклонялся Радха-Кришне и джанийа шунийа  биша кхаину, поэтому жизнь моя прошла напрасно. Я, по сути дела, пил яд. Он говорит   голокера према-дхана, хари-нама-санкиртана, рати на джанмило кене тай. Голокера према-дхана, богатство премы, Господь Чайтанья принес сюда прямо с Голоки. Хари-нама- санкиртана, Он принес богатство святого имени Господа сюда. Но рати на джанмило кене   тай, у меня нет никакой привязанности к святому имени, и поэтому самсара-бишанале, я   горю в этом яде самсары, биша значит яд. Диба-ниши хийа джвале джураите на коину упай,  день и ночь я пью яд материальной жизни и не могу избавиться от привязанности к ней.

 

Дальше он говорит: браджендра-нанадана джей шачи-сута хоило сеи, моя единственная  надежда на то, что Браджендра-нандана, Кришна пришел сюда в виде Шачи-суты, Господа  Чайтаньи и баларама хоило нитай Баларама пришел сюда как Нитай. Дина-хина джата  чхило хари-наме уддхарило, тара шакти джагаи мадхаи. Дина-хина джата чхило. Всех, и  падших, и праведников, всех Они спасают. Каким образом они спасают? Хари-наме  уддхарило, они дают нам хари-наму. Тара шакти джагаи мадхаи, примером тому  являются Джагай и Мадхай. Дальше ха ха прабху нанда-сута, вришабхану-сута-джута,   коруна карохо эи-баро нароттама-даса кой, на тхелихо ранга пай, тома бине ке ачхе амара.  Он говорит: “О, пожалуйста, Нанда-сута, я обрел Тебя то милости Господа Чайтаньи, я   принял Тебя, Кришна, в свою жизнь. Вришабхану-сута-джута, Ты всегда находишься  вместе с дочерью царя Вришабхану, со Шримати Радхикой. Коруна карохо эи-баро  пожалуйста, пролей на меня Свою милость, не отгоняй меня от Себя. Не отгоняй меня от  Себя, я хочу, несмотря ни на что, продолжать служить Тебе. Нароттама-даса кой, поет:   “Пожалуйста, сделай так, чтобы я навсегда остался привязан к Тебе”.

 

Когда я готовился к этому семинару, мне хотелось не просто рассказывать истории. Мне хотелось смешать истории с философией. Мы узнаем о жизни Санатаной Госвами и   постараемся оценить сделанный им вклад. В течение двух месяцев в Бенаресе Господь  Чайтанья наставлял Санатану Госвами. Он дал  ему  исчерпывающие  наставления  в    ”Санатана-шикше”  о  том,  что  значит  поклоняться  Кришне.  Он рассказал ему о пути ваидхи-марга и о пути рага-марга. Он рассказал ему многое другое. Помимо комментария на  ”Шримад-Бхагаватам”, с которым Санатана Госвами никогда не расставался, он написал еще  две основные книги, которые обессмертили его имя и легли в основу нашей сампрадаи. Это “Хари-бхакти-вилас”, где описываются правила и ограничения жизни вайшнавов. (“Хари- бхакти-вилас” – это очень страшная книга. Если кто-то не хочет увидеть кошмарных снов,   ему не нужно читать “Хари-бхакти-виласу”, потому что Шрила Прабхупада однажды сказал:   “Если бы я вам рассказал все, что вам нужно делать, вы бы упали в обморок”. Это факт.   Если прочитать “Хари-бхакти-виласу” и попытаться делать не то что все, а хотя бы десятую   часть того, что говорит там Санатана Госвами, то тут не мудрено упасть в обморок.) В   другой книге,  в  ”Брихад-Бхагаватамрите”  Санатана  Госвами  описал  скитания  души.  Он    описал  разные  виды преданных и то, как душа эволюционирует, проходя различные уровни   сознания. Но “Хари-бхакти-вилас” является основополагающей книгой во всем том, что   сделал Санатана Госвами. Более того, Чайтанья Махапрабху сказал ему: “Ты должен  написать книгу, в которой будут изложены повседневные правила жизни вайшнавов”. Мы  должны понять, что эволюция души до самых высоких ступеней любви к Богу основана на твердом  фундаменте  правил  и  ограничений  ваидхи-марга,  которые  описаны  в  ”Хари-бхакти-виласе”. Санатана Госвами говорит, и это очень важно понять, что бхакти только одна, что бхакти  нераздельна. Сразу же возникает вопрос, почему тогда есть столько видов бхакти?   Рагануга-бхакти, ваидхи-бхакти, рагатмика- бхакти, према-бхакти, садхана-бхакти. Как   это понять? Бхакти только одна. И Санатана Госвами, а потом и Бхактивинода Тхакур,   определяют, что такое бхакти. Бхактивинода Тхакур определяет бхакти как пурна- ануракти-паре, что бхакти – это полностью развившаяся привязанность к Кришне. Паре –  это значит Кришна, или трансцендентный Господь. Эта абсолютная привязанность к   Господу называется бхакти.   Теперь, занимаемся ли мы бхакти? Сначала нам нужно понять, откуда возникает эта  привязанность, привязанность к Господу? Откуда она может возникнуть, в принципе?

 

Бхакти  возникает  в  результате  соприкосновения  с  преданными.  Ведь  что  было  бы,  если  бы    не  было преданного, на примере которого мы бы видели, что значит бхакти? Для того,  чтобы понять и уловить суть бхакти, нужно увидеть человека, который бхакти обладает.  Нужно приблизиться к этому человеку, и если мы к нему приблизимся, сразу же нам станет   ясно, что значит бхакти, что значит эта полная и безраздельная привязанность к Кришне.  Бхакти исходит только от святых, настоящих чистых преданных. Если мы порываем связь со   святыми, то мы лишаем себя возможности обрести бхакти.   Однако очень интересно, почему существуют разные виды бхакти? Потому что есть  разные категории душ, разные категории преданных. И так как есть разные категории   преданных, то, соответственно, бхакти делится на две большие категории. Одна  называется  пхала-бхакти, а другая называется  упайа-бхакти.Пхала-бхакти значит плод. В высшем  смысле слова пхала-бхакти – это и есть бхакти, когда мы бхакти воспринимаем как цель.   Любовь к Богу является целью. И  према-бхакти и есть пхала-бхакти, цель. Когда мы  достигаем премы или, по крайней мере, бхавы, мы достигаем бхакти. Другая категория  бхакти называется упайа-бхакти. Упайа значит метод. Есть пхала-бхакти и упайа-бхакти,    когда  пхала-бхакти,  бхакти  является  целью.  Но  на  уровне  упайа-бхакти  мы  воспринимаем бхакти как средство. Когда мы занимаемся садхана-бхакти, то это бхакти называется  упайа-бхакти. На уровне садхана-бхакти бхакти – это упайа-бхакти.

 

Может возникнуть   вопрос, почему мы называем ее бхакти. Если бхакти одна, это абсолютная привязанность к   Господу и у нас нет никакой привязанности или, по крайней мере,  нет  абсолютной    привязанности, почему  то,  чем  мы занимаемся,  называется  бхакти,  тем  не менее? Потому   что, в конечном счете, она приводит к конечной цели. Бхактивинода Тхакур очень   интересно объясняет это. Он говорит, что есть такая санскритская поговорка. Ди – это долгая   жизнь. Или есть такая русская поговорка “Социализм – это советская власть плюс  электрификация всей страны”. На самом деле ди – это не долгая жизнь, это средство для  достижения долгой жизни. Или “советская власть плюс электрификация все страны” – это  еще не социализм, это средство для достижения социализма. Суть в том, что средство для достижения цели иногда называют самой целью. Поэтому то, чем мы занимаемся, также по  праву называется бхакти. Это не совсем бхакти в полном смысле этого слова, это средство   для достижения бхакти. Однако садхана-бхакти, это, тем не менее, бхакти.  Садхана-бхакти делится на две больших категори: ваидхи-бхакти и рагануга-бхакти.

 

Чем  отличаются ваидхи-бхакти и рагануга-бхакти? Эти две части практики, ваидхи и рагануга,  Бхактивинода Тхакур определяет следуюшим образом. Рагануга-бхакти он называет пара-анушиланам. Пара-анушиланам значит позитивное культивирование. Другую часть   бхакти, ваидхи-бхакти, он называет пратьяхара. Пратьяхара – это ограничение, когда мы   перестаем заниматься чем-то. Когда мы перестаем заниматься глупостями и начинаем  заниматься чем-то хорошим – это ваидхи. Когда же мы позитивно развиваем в себе что- то  реальное, реальное бхакти – это рагануга. Уже из этого определения можно понять, что  любая практика должна состоять из двух этих элементов. Мы не можем отказаться от одной  и сказать: “Сегодня я занимаюсь только раганугой, мне не нужна больше ваидхи-бхакти”.  Так, одна из апасампрадай, которая возникла не так давно на российской почве, говорит:  ”Кому нужны эти правила и ограничения? Зачем себя насиловать?” Но насиловать себя  нужно. В чем суть этого насилия, в чем суть этой второй части бхакти? Какую роль играет ваидхи-бхакти? Вкус приходит к нам от рагануги, вкус приходит к нам от раги,  привязанности. Но почему мы не можем отказаться от этих правил и ограничений, почему  мы не можем сразу обрести вкус, почему бы нам, в конце концов, не броситься в океан   бхакти-расы и не слушать о том, как Кришна танцует с гопи? Да, надо очистить сердце. Эти  две вещи связаны друг с другом таким образом.  Ваидхи играет роль предохранительной оболочки, тогда как внутри сладкая часть – это  рагануга, привязанность. Точно так же, если мы возьмем плод. Если мы возьмем любой   плод, то в нем есть внутренняя часть, мякоть и предохранительная оболочка. Что случится,   если мы возьмем зеленый плод, который еще не созрел, снимем с него оболочку и оставим   его таким. Он сгниет. Подобно такому зеленому плоду, если наша рагануга еще не достигла  настоящей сладости и зрелости, и мы снимем оболочку правил и ограничений, то что  получится? Сахаджия. Получится гнилая, дурно пахнущая кама. Наша према сгниет, премы  не получится. Для того, чтобы према действительно появилась, для того, чтобы рага   развилась, нужна защитная оболочка ваидхи, правил и ограничений. Когда эта защитная оболочка есть, тогда внутри мякоть будет очень хорошо спеть. И в какой-то момент, когда  она созреет, тогда нужно будет снять эту шкурку и отбросить ее. Но только тогда, когда она   созрела, не раньше. Пока она не созрела, нам нужна защитная оболочка правил и  ограничений. Если мы сейчас, раньше времени, сбросим эту кожуру, то ничего хорошего не получится.

 

Это можно сравнить с другой вещью. Помните историю про царевну-лягушку?  Как царевна-лягушка танцевала на пиру. Как она поведет одной рукой – у нее лебеди летят  из рукава, поведет другой – еще что-то происходит. Сестры, которые смотрели и страшно   завидовали ей, тоже стали танцевать и рукавами трясти. Но из их рукавов кости летели.   Точно так же если наше бхакти не созрело, ничего хорошего не выйдет. В этом суть медитации, которой занимаются сахаджийи. Сахаджийи пытаются побыстрее избавиться от   правил и ограничений. Мы будем тоже рассказывать интересные истории, связанные с этим.  Но если сделать это прежде времени, если сделать это до срока, то ничего хорошего из этого  не выйдет.  И мы можем увидеть, как ваидхи и рагануга сплетаются в жизни Санатаны Госвами.

 

Есть  история о том, как Санатана Госвами “испортил” жизнь Мадана-Мохану. Мадана-Мохан  находился в доме брахмана, и Ему поклонялись на уровне рагануги. Жена брахмана  ухаживала за Мадана-Моханом как за своим сыном. Она кормила Его вместе со своим   сыном. Она усаживала сына за стол и усаживала Мадана- Мохана за стол. Она ставила  тарелку кичри своему сыну, и ставила тарелку Мадана-Мохану. И туда пришел Санатана   Госвами. Когда Санатана Госвами увидел это, он чуть не лишился чувств. Он сказал: “Ты   что делаешь, ты же в ад пойдешь! Нельзя поклоняться Господу таким образом!” Но он не  увидел, что за всем этим стоит рага, за всем этим стоит огромная  привязанность. Есть разные формы поклонения Божествам. Как, например, Вамшидас Бабаджи, который   поклонялся своим Божествам Радхи и Кришны. Есть замечательная история о том, как   Вамшидас Бабаджи сидел на берегу Ганги и повторял святые имена. Повторял очень сосредоточенно и внимательно: Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе  Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе и вдруг перед ним показалась женщина с   корзиной, и в корзине была рыба. Она подошла к нему, подергала его, вывела его из его   экстаза и сказала: “Эй, рыбки не хочешь”? Вамшидас Бабаджи страшно разгневался. Но он  был преданный. Поэтому Вамшидас Бабаджи посмотрел на эту женщину печальным   взглядом и страшно разгневанный отправился в свою хижину. Он подошел к своим   Божествам Радхи и Кришны и стал кричать на Них: “Я Вам служу верой и правдой. Почему  Вы меня не защитили от этой глупой женщины? Я повторял Ваши святые имена, я был в  полном экстазе. Что вы со мной делаете? Я Вас накажу”. Он схватил Божества Радхи-Кришны, обвязал их веревкой, пошел к Ганге и сбросил Их в воду. Но веревку держал и при  этом он приговаривал: “Чтоб знали, и в следующий раз не подпускали ко мне”.  Это поклонение на уровне рагануги. (Если наши пуджари будут бросать Божества в Москву-реку  или еще куда-нибудь, они пойдут прямиком в ад.)

На самом деле, у этого есть внутренний  смысл. Вамшидас Бабаджи понял: “Радха и Кришна хотят искупаться”. На самом деле он  исполнял Их желание, но внешне это приняло такую форму. В сердце его жила рага. Это поклонение на уровне спонтанной любви.   Но Санатана Госвами пришел для того, чтобы дать ваидхи. Эта история о Санатане Госвами началась немного раньше. История началась, когда   Санатана Госвами жил в Махаване. Он ходил и просил мадхукари. Однажды он пришел в   одну деревню недалеко от Матхуры и увидел группу детей, которые играют на берегу   недалеко от Ямуны. Он заметил одного мальчика, который очень сильно отличался от всех   остальных. Этот мальчик бегал, прыгал выше всех остальных, и он вертел палкой как-то   особенно. При этом он был заводилой, и все остальные бегали за ним. Санатана Госвами смотрел и не мог оторваться  от этого мальчика. В конце концов мальчик увидел его,  подбежал к нему сам и сказал: “Эй, Бабажди, я хочу с тобой жить”. – “Со мной жить, ты что,  с ума сошел? Ты должен жить со своим отцом, со своей матерью”. – “Нет, Бабаджи, я уже  решил, я буду жить с тобой”. – “Ты что, чем я тебя буду кормить”? – “А ты сам чем  питаешься”? – “Ну, я питаюсь шариками из теста”. – “И я буду вместе с тобой эти шарики   есть”! – “Нет, нет, нет, иди к себе домой”. Тогда мальчик с гурьбой забежал в какой-то   дом. Санатане Госвами показалось это странным, и он заглянул в этот дом. Он увидел, что  этот мальчик, который только что с ним разговаривал и просил его взять с собой, был  Мадана-Мохан. Он вскочил на алтарь и стал играть на флейте. Санатана Госвами стал   приходить в этот дом. Он смотрел, как женщина ухаживает за Мадана-Моханом, и он стал ее  ругать. Он говорил: “Ты не можешь так за Ним ухаживать. Ты должна сначала сделать  ачаман, ты должна притронуться к носу, ко лбу, к уху. Ты должна делать мудры, все как  полагается”. На следующий день эта матаджи стала делать все, что он ей говорил, а  Мадана-Мохан стоял и ждал, ждал, когда Ему кхичри принесут. В конце концов, Он  пришел во сне к Санатане Госвами и сказал: “Я же тебя просил: возьми Меня. Ты не захотел  Меня взять. Мало того, что ты меня с собой не взял, ты Мне еще и тут жизнь испортил. Я   жил вместе с ней, она Меня кормила, Мы любили друг друга и все было хорошо. Ты пришел,  и теперь она какие-то ведические мантры читает вместо того, чтобы Меня кормить. Так что  придется тебе все-таки Меня забрать”. А на следующее утро Мадана-Мохан пришел во сне к  брахману, отцу Мадана- Мохана и сказал: “Отпусти Меня, Я хочу пожить с Бабаджи. У тебя  есть другие сыновья”. Так Мадана-Мохан оказался вместе с ним и Санатана Госвами каждый день предлагал Ему шарики из пшеничной грубой муки, посыпав их немного пылью Враджа. Это была единственная специя, которую он добавлял  туда. Но при этом мысленно он предлагал Мадана-Мохану пятьдесят шесть блюд. Мысленно   Санатана Госвами устраивал для Мадана-Мохана огромные пиры. Но Мадана-Мохан   говорил: “А ты не можешь Мне в реальности что-то предложить”? Санатана Госвами   пытался все делать по правилам, но Мадана-Мохан все время настаивал, чтобы он поднялся  на уровень рагануги.

 

Print Friendly

Комментарии запрещены.

Архивы